Письмо к N.
Моя дорогая, моя несравненная, непостижимая N. !
(Так море поет неземными сиренами, манящими в призрачный плен.)
Пишу, ухватившись за цепкую память, как тонущий держит весло. И белый листок папиросной бумаги мараю чернилами слов. Ты помнишь тот день? Твои горные лыжи явились незримой судьбой. Я робко краснел, как обычный мальчишка, столкнувшись на склоне с тобой.
Прозрачная кожа и звезды веснушек, в глазах отражается снег. И ты рассмеялась. А я просто слушал. И слышал твой искренний смех.
И нас невзначай от Моне до Сезанна под ветра счастливый напев искусство с тобой воедино связало, на нас вдохновенье надев.
Ах, как мы любили!.. Огонь амаретто у нас разливался в крови! Мы грели друг друга, и были согреты. Согреты пожаром любви. С тобой я почувствовал таинство жизни, огромность ее и размах. Меня поразила прекрасная близость в твоих бесконечных глазах…
Моя ненаглядная, светлая N. ! Далекая песня моя!
Я горько смеюсь среди чахлых стен, как гибнущий в море маяк.
(Пишу тебе только однажды в году, и это единственный раз. Я сильный, но в сердце тяжелая ртуть. Мне трудно. Но только сейчас.) Далекие смутные образы манят… К неистовой нашей судьбе... Ты знаешь, колечко лежало в кармане. Простое колечко тебе.
Шел дождь как симфония Ференца Листа. И ты была лилий бледней. Бледнее печали, предутренне-мглистой, бледней самых пасмурных дней. Ты слышишь мой голос? Мой дрогнувший голос… Приди, постучись ко мне в дверь. Но неодолима огромная пропасть меж нами двоими теперь. Что было внутри? Ни единого звука, душа - как непрошеный гость. Лишь острая горечь и жгучая мука за то, что сберечь не пришлось.
Я стал на земле самым древним поверьем… Гляжу отрешенно в окно. Мне как исполины кивают деревья. Дом пуст. И покинут давно. Здесь дождь оплавляет дырявую крышу. Прошло уже 1000 лет…
Сегодня с тобой двое деток-малышек и муж в серебре эполет.
За все благодарен тебе, дорогая! Незримый ловец моих снов! Мой чистый листок папиросной бумаги пропитан чернилами слов.
Храни тебя Бог! И в домашней вселенной будь счастлива, с мужем нежна. Люблю тебя крепко! Люблю сокровенно! Мне жаль.
Мне решительно жаль.
Прости меня, милая N. ! Я не смог исчезнуть как ветер в горах.
Спаси меня, N....
Я сжигаю письмо на пепле сожженных вчера.
(Так море поет неземными сиренами, манящими в призрачный плен.)
Пишу, ухватившись за цепкую память, как тонущий держит весло. И белый листок папиросной бумаги мараю чернилами слов. Ты помнишь тот день? Твои горные лыжи явились незримой судьбой. Я робко краснел, как обычный мальчишка, столкнувшись на склоне с тобой.
Прозрачная кожа и звезды веснушек, в глазах отражается снег. И ты рассмеялась. А я просто слушал. И слышал твой искренний смех.
И нас невзначай от Моне до Сезанна под ветра счастливый напев искусство с тобой воедино связало, на нас вдохновенье надев.
Ах, как мы любили!.. Огонь амаретто у нас разливался в крови! Мы грели друг друга, и были согреты. Согреты пожаром любви. С тобой я почувствовал таинство жизни, огромность ее и размах. Меня поразила прекрасная близость в твоих бесконечных глазах…
Моя ненаглядная, светлая N. ! Далекая песня моя!
Я горько смеюсь среди чахлых стен, как гибнущий в море маяк.
(Пишу тебе только однажды в году, и это единственный раз. Я сильный, но в сердце тяжелая ртуть. Мне трудно. Но только сейчас.) Далекие смутные образы манят… К неистовой нашей судьбе... Ты знаешь, колечко лежало в кармане. Простое колечко тебе.
Шел дождь как симфония Ференца Листа. И ты была лилий бледней. Бледнее печали, предутренне-мглистой, бледней самых пасмурных дней. Ты слышишь мой голос? Мой дрогнувший голос… Приди, постучись ко мне в дверь. Но неодолима огромная пропасть меж нами двоими теперь. Что было внутри? Ни единого звука, душа - как непрошеный гость. Лишь острая горечь и жгучая мука за то, что сберечь не пришлось.
Я стал на земле самым древним поверьем… Гляжу отрешенно в окно. Мне как исполины кивают деревья. Дом пуст. И покинут давно. Здесь дождь оплавляет дырявую крышу. Прошло уже 1000 лет…
Сегодня с тобой двое деток-малышек и муж в серебре эполет.
За все благодарен тебе, дорогая! Незримый ловец моих снов! Мой чистый листок папиросной бумаги пропитан чернилами слов.
Храни тебя Бог! И в домашней вселенной будь счастлива, с мужем нежна. Люблю тебя крепко! Люблю сокровенно! Мне жаль.
Мне решительно жаль.
Прости меня, милая N. ! Я не смог исчезнуть как ветер в горах.
Спаси меня, N....
Я сжигаю письмо на пепле сожженных вчера.
