Сердце

Смотришь глазами раскалёнными болью,
Пытаясь во лжи разобрать лик живого!
Чёрный тон, утерявших свет глаз,
Пускает слезу, меняясь в красный окрас!
Не смотри на меня, ища надежды пустые!
Я опять буду врать, что чувства остыли!
Любовь мою прикрыл пласт изо льда,
Растопить который не в силах даже пожар!
Смотришь глазами прожженными ртутью,
Час слепоты - для тебя лишь минута!
Куда же делись жалость и сострадание?
Кто ж я такой, раз не тревожат рыдания?
Движения вслепую направлены в пропасть,
Позволит ступить прогнившая совесть!
Ждешь крика: "Стой!", и руки для опоры,
Но на данном этапе в этом мире нас двое!
Смотрю устало в глаза лишенные жизни.
Чего так сильно хотел, того и добился!
Растопилась в груди гора изо льда,
И как в экране кино теперь вижу себя!
Оголив её грудь, мой жестокий двойник
Разрывая кожу, вовнутрь тела проник!
Еще горячее сердце еле бьёт по рукам
Даже после смерти продолжу им обладать!
Уже боли нет, и ты смотришь сквозь мглу.
Спокойствие. Тишь. Словно у света в плену!
Вместе с сердцем теперь будет рвана душа,
И на обрывках души нарастает порша!
На тело твое слетаются мухи,
Чует зверьё запах твой тухлый!
Теперь не предскажет сердце беду,
Обращается тело в чью-то еду!
Пытаясь во лжи разобрать лик живого!
Чёрный тон, утерявших свет глаз,
Пускает слезу, меняясь в красный окрас!
Не смотри на меня, ища надежды пустые!
Я опять буду врать, что чувства остыли!
Любовь мою прикрыл пласт изо льда,
Растопить который не в силах даже пожар!
Смотришь глазами прожженными ртутью,
Час слепоты - для тебя лишь минута!
Куда же делись жалость и сострадание?
Кто ж я такой, раз не тревожат рыдания?
Движения вслепую направлены в пропасть,
Позволит ступить прогнившая совесть!
Ждешь крика: "Стой!", и руки для опоры,
Но на данном этапе в этом мире нас двое!
Смотрю устало в глаза лишенные жизни.
Чего так сильно хотел, того и добился!
Растопилась в груди гора изо льда,
И как в экране кино теперь вижу себя!
Оголив её грудь, мой жестокий двойник
Разрывая кожу, вовнутрь тела проник!
Еще горячее сердце еле бьёт по рукам
Даже после смерти продолжу им обладать!
Уже боли нет, и ты смотришь сквозь мглу.
Спокойствие. Тишь. Словно у света в плену!
Вместе с сердцем теперь будет рвана душа,
И на обрывках души нарастает порша!
На тело твое слетаются мухи,
Чует зверьё запах твой тухлый!
Теперь не предскажет сердце беду,
Обращается тело в чью-то еду!

