О двойных стандартах
И почему всё ценим мы двояко,
Коли успех, то сам всего достиг,
А если жить мешает грязь, и слякоть,
С претензией мы к Богу напрямик.
Своей вины не видя в неудаче,
Лишь обвиняя Господа во всём,
Мы просто не способны жить иначе
И потому то крест свой и несём.
К своей Голгофе мы бредём понуро,
Свой Тяжкий Крест пожизненно неся,
Встречая новый день привычно хмуро
Уверены — иначе жить нельзя.
И радость наша тоже суррогатна,
Её привыкли получать с вином.
Хоть внешне всё пристойно и опрятно,
Мы радость видим в зеркале кривом.
Потом клянёмся каемся , божимся,
Хотим с нуля другую жизнь начать.
В субботу ж от друзей отстать боимся
И нам на жизнь другую наплевать!
И катится неделя за неделей,
За годом год и вот уже финал.
И, сидя на печи, как тот Емеля,
Ты чуда ждать от Господа устал.
И возопил, как нищий на майдане,
Подай Господь мне счастья хоть на миг!
Зачем же помогать тебе он станет?
Ты всё авансом выбрал немощный старик…
Коли успех, то сам всего достиг,
А если жить мешает грязь, и слякоть,
С претензией мы к Богу напрямик.
Своей вины не видя в неудаче,
Лишь обвиняя Господа во всём,
Мы просто не способны жить иначе
И потому то крест свой и несём.
К своей Голгофе мы бредём понуро,
Свой Тяжкий Крест пожизненно неся,
Встречая новый день привычно хмуро
Уверены — иначе жить нельзя.
И радость наша тоже суррогатна,
Её привыкли получать с вином.
Хоть внешне всё пристойно и опрятно,
Мы радость видим в зеркале кривом.
Потом клянёмся каемся , божимся,
Хотим с нуля другую жизнь начать.
В субботу ж от друзей отстать боимся
И нам на жизнь другую наплевать!
И катится неделя за неделей,
За годом год и вот уже финал.
И, сидя на печи, как тот Емеля,
Ты чуда ждать от Господа устал.
И возопил, как нищий на майдане,
Подай Господь мне счастья хоть на миг!
Зачем же помогать тебе он станет?
Ты всё авансом выбрал немощный старик…
