В Новотроицке
Кругом бухающий народ,
Ослобони его печали.
Плеснёт нам Васька, время -врёт,
Нас только лишь бухать и ждали.
Да гонят в вену "дурь" чмыри,
А их, увы, здесь очень много,
Бог водку с пивом сотворил,
Вот и зовёт к нему дорога.
А жизни здесь иной и нет,
Все мужики "на домнах" пашут".
Здесь деньги сто рублей- привет!
Вот и на них отлично "вмажут".
Простая жизнь здесь издавна,
В пустыне комбинат и "черти."
Все наедятся здесь говна,
Ну, коль желаете- не верьте...
Здесь жил мой друг, и я скорблю,
В его я память выпиваю.
Я очень далеко живу,
Но помню я, и я страдаю.
Что написать-мол, там -жлобьё?
Но нет, такого здесь не будет.
Людей там разное житьё,
И те чмыри- то тоже люди.
Те, кто работает и пьёт,
Кто "дурь" гоняет по подъездам...
Ведь это всё же, мой народ,
А я с ним близок, а не между.
Мой друг скончался под Луной,
Ко мне носатая заглянет.
Придёт с высокою косой,
И ЧЁ? И всё! И мир увянет...
18 ноября 2013.
Ослобони его печали.
Плеснёт нам Васька, время -врёт,
Нас только лишь бухать и ждали.
Да гонят в вену "дурь" чмыри,
А их, увы, здесь очень много,
Бог водку с пивом сотворил,
Вот и зовёт к нему дорога.
А жизни здесь иной и нет,
Все мужики "на домнах" пашут".
Здесь деньги сто рублей- привет!
Вот и на них отлично "вмажут".
Простая жизнь здесь издавна,
В пустыне комбинат и "черти."
Все наедятся здесь говна,
Ну, коль желаете- не верьте...
Здесь жил мой друг, и я скорблю,
В его я память выпиваю.
Я очень далеко живу,
Но помню я, и я страдаю.
Что написать-мол, там -жлобьё?
Но нет, такого здесь не будет.
Людей там разное житьё,
И те чмыри- то тоже люди.
Те, кто работает и пьёт,
Кто "дурь" гоняет по подъездам...
Ведь это всё же, мой народ,
А я с ним близок, а не между.
Мой друг скончался под Луной,
Ко мне носатая заглянет.
Придёт с высокою косой,
И ЧЁ? И всё! И мир увянет...
18 ноября 2013.

