Похороны Дирижёра Похоронного Оркестра
...Истерично мяукнув, гобой
Утро серое прокукарекал:
Красно Солнце на свод голубой
Мёртворожденною канарейкой
Распластало свой труп, и повис
Белой слюнкою дождь-горемыка
На своей же петле... Словно визг
По металлу пилы — всхлипы скрипки...
Лязгнул зубками: «Дело — труба!..» —
Битый Колокол-Царь, меднорожий;
Церковь сельская — Божья раба —
Аж трещит вся под Крестною ношей!..
Дряхлый, сдавленно-хриплый фагот,
Кочергой изогнувшись в чахотке,
Кашлял в нищей старухе фокстрот
Мимо нот; дождь зашёлся в чечётке...
В рыжем бархате осени альт,
Скрип калитки издав шепеляво,
Плакал ржавым огнём на асфальт,
Подхихикивая жертвой лярвы...
Загудел, словно кит, контрабас,
Китобоям корм живородящий;
Вспузырилась коричнево грязь
Возле Каменной Спальни всех Спящих...
Вдруг чирикнул в ветвях воробей:
Это нервно взъзвенел треугольник
Жаждой Жизни!!! Но вот — оробел
И затих, сребровласый покойник...
Буря рокотом дроби литавр
Нагнетала тяжёлые тучи... —
Грянул гром — за ударом удар!!! —
И листва: «Шшш!..» — змеюкой гремучей...
Попытался печальный кларнет
Тёплой — даже горячею!.. — речью
Прокричать холодам: «Нет!!! Нет!! Нет!..»... —
Снег занёс поминальные свечи...
«Ррр!..» — оскалило лето десну —
Попотело слегка — дало дуба...
На погосте дразнила весну,
Треснув жёлудем, хрюкая, туба...
Тут, примёрзший к рту, вздрогнул тромбон
И совой из дупла как заухал!..
Но сурдина ему, как тампон,
Пасть заткнула: «Медведь коль на ухо... — !..»
Зря вступался за брата рояль,
Весь растрёпанный и скалозубый,
Молотками разбитый на сталь
И дрова для костра, чтоб жечь трупы...
Жалобно желобами журча,
Распрямилась сутулая арфа —
Родила шторм из штиля ручья,
Зарычав: «Я — Омега и Альфа!!!»
И вонзила фальшивую трель
В тремор воздуха мокрого флейта,
Как злой дятел — та хищная дрель,
Что гнездила в ней семь певчих фей: «Та-
Тартар-та-тратата-эгегей-дааа!!!»
В беспорядочной пляске синкоп
Взъбесновались кривые тарелки,
Предвкусив положенье во ГрОб,
Стук костей и букетов подделки!..
Только вдовушка-виолончель —
Без смычка... — так смиренно и робко
Подражавшая треску свечей,
Кротко Богу молилась, сиротка...
Отпевали Его — власти жезл,
Молнию Перуна, от Оркестра
Похоронного ключ: «Спи, Маэстро!!!»
(Волк — немел: дыбом встала вся шерсть!..)
«БУУУМММ!!!!!!!» — решив прекратить этот стон,
Простирая по кладбищу эхо,
Глухо грохнул, пробив полночь, гонг... —
Зачехлившись, Оркестр прочь уехал...
Холм могильный сровнял ураган
С Землёй-Матерью; труп гложут черви...
В этот час умер старый орган —
Далеко, в католической церкви:
Грудь сглодал ему туберкулёз —
В лёгких флейт пар, вскипев, засвистел и
С песней траурной гейзером слёз
Душу выплюнул вон — ввысь из тела!..
...Где блазнило слух пенье цикад,
Где висел лунный серп, как цукат, —
Там теперь по приказу ЦК
(Погляди за околицу!..) — КАД!..
...Лета чавкает устьем, обжора...
...Где о Света не знали конце,
Соловьи где давали концерт, —
С инструментом рыдал инструмент:
Звёздным утром, но серым, как мент,
Хоронили вчера Дирижёра!..
...Сердце в «бубен» не бьёт чугуном...
Замолчала шалунья-шарманка
Навсегда... Стужа шамкой шаманкой
Жадно пьёт Солнца свет соком манго...
Лишь над Вечным Огнём — маком манким —
Сонно тикает дождь-метроном...
(15.08.2016)
Награды
Отзывы
Мирс Евгений28.07.2018
Мощно! Забрал!
Sun JSon28.07.2018
БлагоДарю, Поэт-тёзка!!!))) От Души!..
