Её не заметить – себе приговор –«застрелись!»

Её не заметить – себе приговор –«застрелись!»

И это не жажда инстинкта животного секса.

Скорее похоже… - ну, как обворовывать жизнь,

Стирая из памяти сущность мужского рефлекса.

 

Никто не считал, сколько раз прошипели ей вслед,

Завидуя и заклеймив штампом белой вороны,

Но тот, с кем играет она изумительный сет,

Окажется избранным пленником власти короны.

 

И жаркий денек, для почти откровенного ню,

Прикрытого, что называется, легкой марлёвкой,

Теперь уже - знойный, в чем точно ее не виню –

У редкой красавицы грация есть за сноровкой.

 

Жую на открытой веранде, со скромностью блюд –

Приходится паузы делать при дальней дороге.

И летняя трасса щедрА на бесчисленный люд,

Но здесь эксклюзивны на шпильках изящные ноги.

 

И многих уже впечатлил припаркованный «Порш»,

И дама совсем не смущалась, что без кавалера.

Горячий кавказец, к себе приглашавший – хорош.

Она улыбнулась… Пустующий столик был слева.

 

Спокойная музыка, шелест зеленой листвы,

Ласкающий длинные волосы вкрадчивый ветер,

И взгляд лучезарный, куда-то скользивший… Увы…

Закончена трапеза. Губы салфетками вытер.

 

- Побудете вместе со мной, молодой человек –

Загадочно Прелесть просила бесценное время.

Зачем-то, наверно, стал нужен ей мой полувек,

Возможно, на тридцать минут как-то хуже со всеми.

 

Живой разговор, без крамолы напрасных надежд,

Журчал ручейком на душе о далёко-никчёмном.

Я гнал свою похоть - где встретиться с ней без одежд,

Где свечи любви зажжены в уголочке укромном.

 

Бесспорно под двести «поршак» обошел меня вмиг.

Попутно «коня» моего ожидала заправка.

Исчезла, как радужный сон. Я немного поник…,

Что разная есть у бездонного неба удавка…

 

Прошел, где-то – час, и на встречке тлел «Порш» - просто « в хлам»…

Судьба дикой болью сердечную мышцу щемила.

Накрытое тело слезливой свечой – скоро в Храм…

Уста повторяли прощальное слово - «счастливо»……