в большом городе не видно звезд...
В большом городе не видно звезд.
Видно самые яркие. И всего то.
Фонарь за окном почти отмерз.
Да все, что за окном почти отмерзло.
В большом городе нет тишины.
Ее убивают потоки машин.
Ее убивают разговоры людей.
Трамвай колесами по рельсам стучит...
И все же, трамваи я бы оставил.
В трамвае можно спокойно мечтать.
В большое окно тишину наблюдая.
И светлых цветов мечту рисовать.
О том, как мы окажемся в доме.
В своем теплом доме в два или три этажа.
За которым до горизонта раскинулось поле.
И мы будем счастливы и без гроша.
А может быть въедем в квартиру в Париже.
Где будет будить нас запах свежего хлеба.
Из пекарни, что этажом ниже
И тех цветов, что видим мы оба, будет там небо.
Мы увидим все звезды, которых не видно.
И тишину мы услышим, и отмерзнет фонарь.
И никогда нам не будет обидно.
За четверг, что нам подарил холодный январь.
Видно самые яркие. И всего то.
Фонарь за окном почти отмерз.
Да все, что за окном почти отмерзло.
В большом городе нет тишины.
Ее убивают потоки машин.
Ее убивают разговоры людей.
Трамвай колесами по рельсам стучит...
И все же, трамваи я бы оставил.
В трамвае можно спокойно мечтать.
В большое окно тишину наблюдая.
И светлых цветов мечту рисовать.
О том, как мы окажемся в доме.
В своем теплом доме в два или три этажа.
За которым до горизонта раскинулось поле.
И мы будем счастливы и без гроша.
А может быть въедем в квартиру в Париже.
Где будет будить нас запах свежего хлеба.
Из пекарни, что этажом ниже
И тех цветов, что видим мы оба, будет там небо.
Мы увидим все звезды, которых не видно.
И тишину мы услышим, и отмерзнет фонарь.
И никогда нам не будет обидно.
За четверг, что нам подарил холодный январь.
