Советы Оптинских старцев-82

СОВЕТЫ ОПТИНСКИХ СТАРЦЕВ

 

(Хроника начала духовной жизни)

 

 

ИЗ АНАТОЛИЯ СТАРШЕГО ОПТИНСКОГО

 

Учить я не запрещаю, это доброе дело — век живи,

век учись, но только начни-то с себя.

 

23.01.18 г.,

Святителя Феофана Затворника

 

(Продолжение )

 

К ПУШКИНСКОЙ ТРОПЕ!

 

(Дополнение к завершающей главе исследования

антипоэзии на интернетских сайтах)

 

... Из океаноподобной массы стихоплётных опусов интернета, безликих своим однообразием выделиться жарено-пареной тематикой (главным образом ни о чём), пренебрежительным отрицанием всего пути русского развития, всей отечественной культуры, основанной на Истине Христовой, всех поэтических достижений пушкинской эпохи, всех правил нашего великого, могучего и, добавим, самого красивого в мире языка — неожиданно вырвались стихи Валерия БлАговеста; вырвались пока еще (крепко надеемся, что ПОКА!) не мастерской поэтической безукоризненностью и окрепшей самобытной свежестью, а открыто выраженной преданностью православной вере, искренним интересом к проблемам духовной жизни, исповедальностью в грехах наших земных, человеческих, смелой непримиримостью ко всему, что противоречит Заповедям Христовым.

 

Это было удивительно. Даже у двух других поэтов, которых, по своим понятиям, я разместил в избранной троице, такой активной христианской позиции не обнаружилось, хотя любовь к Божьему миру, к простому люду нашему, к волшебному русскому слову говорила о том, что и они душою с Христом, с Его спасительными заповедями.

 

Многие из сайтовских авторов в те не столь уж и далёкие времена стеснительно, вкользь намекали о своём сочувствии тысячелетней вере предков, растерзанной отечественными вольтерьянцами. Многие вообще ничего не говорили. А изрядное число пиитов в лучшем случае иронизировало над православием, в худшем, — не зная его и не понимая в нём ничегошеньки, клеймило его как глупость несусветную. (Чтобы убедиться в атеистической истерии «поэтов безбожия» достаточно просмотреть публикации, скажем, на сайте «Стихов.ру» в 2011-2013 годах).

 

В ту начальную эпоху я публиковал в интернете такие печальные исповеди:

 

Я вашей своре — противостою.

Один. Пока один. Но с Богом в сердце.

Вы лиру ненавидите мою.

Вы с ней — как иноверец с иноверцем.

 

И если иногда я в конкурс ваш

Сойду по строгим творческим отрогам —

Лишь для того, чтоб взять на карандаш

Немногих тех, кто среди вас, но с Богом.

 

Вы страстью упиваетесь мирской,

Вы к славе рвётесь, словно олигархи

Ко всемогущей жизни золотой,

Да и не просто золотой, но архи!

 

Вам не понять в мещанской суете,

Что эта видимая тяжесть груза

Окажется в небесной высоте

Как страшная смертельная обуза.

 

Другого ждут небесные края —

Не славы, не гордыни и не злата.

И лира вам припомнится моя,

Которую клеймили вы когда-то.

 

И вот на заболоченных, затхлых, гиблых просторах интернета встречаю единомышленника, сподвижника, соратника, который неожиданно присоединился к моему «одиночеству» именно по причине невозможности жить без Бога. Он скажет об этом в таких выстраданных, светлых строчках:

 

Я ОКУНАЮСЬ В ЧИСТЫЕ ИСТОКИ...

 

Я окунаюсь в чистые истоки

Евангелия благостные строки.

С особым трепетом и радостью в душе.

Познавший их – воистину блажен.

 

 

Позднее я вернусь к этому стихотворению и другим, которые буду сейчас приводить; вернусь, чтобы проанализировать их более внимательно и всесторонне. А пока — первые, основные, идейные впечатления от стихов Благовеста, в которых проявляется Истина.

 

Думаю, что вера в Христову Истину в Благовесте от отца, о котором в наших непродолжительных, но ёмких интернетских беседах он говорил с таким теплом и уважением, словно Пётр Гринёв из пушкинской «Капитанской дочки» о батюшке своём. С таким, почти не свойственным нынче теплом к родителям, может вспоминать только человек, хранящий в сердце своём Божьи Заветы, и не только хранящий, но и опирающийся на них в житейских хлопотах.

 

Наша действительность всё больше убеждает, что невозможно жить на грешной земле без мощной духовной опоры. А она — только в Книге Книг, в Христе и учении Его, в Вечной Истине. И жаль, искренне жаль тех, кто существует без святого идеала, без живого стремления приблизиться к нему. Жаль тех, кто подвергнут страсти сочинять вирши без помощи Вечной Истины, без помощи Отца Небесного.

 

Помню, как советским пионером, слава Богу без кроваво-красного галстука, взбирался я на крышу сарайки возле нашей двери в полуподвальное обиталище, старое, но идеально чистое благодаря маминым стараниям, пристраивался там поудобнее, раскрывал блокнот и цанговым крандашом пытался запечатлеть в нём первую строчку первого великого шедевра. Бог, без моего ведома, вселил в меня страсть к сочинительству, но, безверу и школьному отличнику, пока не помогал ничем, терпеливо следя за тем, как я стану даром этим распоряжаться.

 

Ничего не получалось поначалу. Почти изгрыз я пластмассовую кнопку карандаша, но ни одна мысль, ни одна рифма не появлялись в голове. Да и что могло появиться, если голове этой было всего лет десять, а за плечами ничего не громоздилось, кроме летних рыбалок, детских уличных сражений и школьно-пионерских торжественных забот.

 

Надо сказать, с завидным упорством вынашивал ваш слуга первые строчки. К моей небывалой радости что-то стало получаться, под Пушкина, Никитина, Кольцова:

 

Тихо светит луна

В отражении вод,

А вокруг тишина

Над полями плывёт.

 

Видимо, выбранное направление Господь одобрил, потому что стихи пошли, пошли серьёзно, даже с болью за то, что вершилось в те годы в нашей стране. Особенно «доставалось» мещанству, частнособственнической страсти, эгоизму, ну и многому другому. Однако на это ушли годы. И как всё это было далеко от той тематики, которая открылась после — как в духовных мучениях открыл я (не без помощи Христа через подсказку церковной киоскёрши) Истину в Христе. Десятки раз уже читал в Библии о великой Христовой мудрости: «Я есть путь и истина и жизнь», а дошло лишь после наводящего совета прочесть «Догматическое богословие» архимандристов Алипия и Исайи. Вот когда успокоилась моя поисковая страсть! Вот когда встретился я с Истиной, о которой все кругом говорили, что никакой истины быть не может. Да нет же, есть Истина! Да ещё какая! Ничего другого — кроме Неё не надо, поскольку только она объясняла и прошлое, и настоящее и уже зарождающееся будущее. Я стал добровольным служителем Истины. И с какой же радостью возблагодарил и до сих пор благодарю Спасителя, за Его незримую помощь!

 

Что принесло с собой изучение Истины Христовой? Если коротко — ранее не видимую глубину в понимании жизни, а значит, и глубину отражения её в стихах и прозе. «Вот! — скажет недоброжелатель. — Опять автор взялся расхваливать сам себя». Ах, нет же, глубокоуважаемый. Не себя я расхваливаю, а Господа Иисуса Христа. И если в творчестве моём есть что-то, что трогает сердца читателей (а таких немало, здесь я тоже не совру), то это совсем не моя заслуга, но Сил Небесных, с которыми обязательно должна быть у людей творческих непрерывная связь, иначе дар бесценный выродится в ничто (вспомним повесть Гоголя «Портрет»). За примерами никуда ходить не надо. Подтверждение этому, к великому сожалению, почти каждое антистихотворение сайтовских авторов, по всеобщей глупости гоняющихся за пареным-жареным, но не за глубинной истиной, не за выплёскиванием души в слова.

 

Благодарю Бога, что у нашего поэта (повторюсь, поэта начинающего, приобщившегося к творчеству всего три года назад; разве это срок для постижения моря, действительно, моря «малых» истин, составляющих Истину «большую»!); что у нашего поэта есть мудрый руководитель в жизни и творчестве, о котором он исповедался в приведённых выше четырёх стихотворных строчках. А вот ещё одно признание.

 

ОТЦА НЕБЕСНОГО ОБИТЕЛЬ...

 

Отца небесного обитель

Стоит в руинах кирпича.

От боли плача и крича

Со стен смотрел на нас Спаситель.

 

В глухом лесу в грязи, пыли

Он столько лет хранил забвенье,

Но словно всем даря прощенье

Вновь обретённый лик явил.

 

Не знак ли это иль не чудо?

Мне нет покоя до сих пор.

Судья нам вынес приговор,

Дав шанс, исправить всё, покуда…

 

Повторю мысль о чрезвычайной важности понять и принять Бога, изучить Истину, не светскую, её вообще нет, а Христову, которая только и есть на свете в единственном роде.

 

И ещё раз приведу афоризм Аристотеля: «Поэты много врут, потому что не знают Истины». Она, обычно, возмущает ныне стихоплётствующих, не могут они понять глубинного смысла этого высказывания. Они, опять же обычно, говорят: «Я искренне выражаю свои чувства, объективно, ничего не придумывая, так в чём же я вру?» А уже в том хотя бы, что чувства-то, по большому счёту, мелки, мелочны, ничего читателю не дают, ничему доброму, духовному не учат. Мир задыхается во зле, а вы о своих мещанских, личностных заботах. Это ли не ложь, великая и гнусная?

 

Или, кстати вспомнил, сочинил один автор неплохие, как говорят, мастеровитые, стихи о конце жизни на Земле: разрушится, мол, планета наша, а звёзды будут сиять во Вселенной вечно. Ему, «пророку», и невдомёк, что, по Истине, единственно верному откровению Божьему, погибнет во время Апокалипсиса весь Космос, почти вся материя (часть её Господь использует для создания новых земли и неба), но звёзд над Вечным Иерусалимом не будет, они ни к чему, ночей там не предполагается, их заменит день бесконечный, свет незакатный. Вот уже и ложь поэт сеет среди читателей, скрывая от них будущую вечную жизнь. И таких разновидностей лжи у начинающих пиитов (а начинающими они могут остаться весь свой век, если с помощью Бога не разовьют зачаток таланта) — разновидностей таких море разливанное, океян нескончаемый. И потому совет собратьям, если они хотят стать настоящими, а не липовыми поэтами, самым серьёзным образом взяться за изучение Истины, иначе неизменно ходить им в интернетских гениях, не имеющих с гениальностью ничего общего.

 

Нет, я далёк от мысли, что Валерию Благовесту, известна Истина во всём её многообразии. Это не так. Еще много в стихах неусвоенного пока, непродуманного, но, по сравнению с неверами-атеистами — у него гораздо больше возможностей занять в Поэзии свою вершину. Надо только не лениться, не забывать понуждать себя к вечной поэтической работе — «крутить жернова поэм», оттачивать и наращивать мастерство. А для этого надо отдать всю жизнь без отатка. Как Есенине сказал:

 

Коль этот зуд проснулся,

Всю душу выплещу в слова.

 

Понятно, изучение и принятие Истины, совсем не означает сочинять только о Спасителе, только о постижении глубинного течения жизни, а означает, что сочинять нужно и о самом себе, греховном, слабом, часто падающем, но всё-таки встающем с греховной земли и снова обращающемся за прощением, за помощью к Богу. Тут гордыни ни капельки не должно быть, тут должно быть полное смирение, поскольку здесь лишь твоя личная беда, а всё личное требует только спасительного смирения перед волей Творца.

 

ЗА ЧТО, ГОСПОДЬ?

 

(Прости любимая за всё)

 

Ему, что пламень жаркого огня,

Что хладный дух подземных адских штолен.

Он ради милой будет непри(е)клонен

В бою смертельном, голову склоня.

 

Ты удивлён, но тот безумец - я!

Мой крепкий дух отвагой преисполнен,

Но вот любить, увы, не приспособлен (,)

Характер – словно жёсткая стерня.

 

За много лет я не сумел нисколько

Отдать тепла души своей любимой,

А вот уж, тихо, старость подошла.

 

За что, Господь, во мне неистребимой,

К слезам её, мольбам, и чувствам стойкой —

Травою сорной гордость проросла?

 

Еще одно стихотворение на эту же тему (по сути, тема души человеческой неисчерпаема, неугасима)

 

 

В МОЕЙ ДУШЕ НЕ РАЗВЕСТИ ОГНЯ...

 

В моей душе не развести огня.

Там осень поселила хладность утра.

Роса замёрзшая, с налётом перламутра,

Холодной льдинкой смотрит на меня.

 

С щемящей болью сердце бьётся так,

Что выпорхнуть готово вольной птицей,

И в небо серое с надеждой устремиться,

Где чёрной стрелкой правит путь косяк.

 

И опять о главном:

 

Столько зим и столько лет

Всё горит, не меркнет свет.

Свет - вечнующей (?) любви.

Свет - божественной зари.

 

Можно еще приводить и приводить примеры, говорящие о том, что Истина, как мощный магнит притягивает нашего поэта и заставляет всё оценивать и показывать с точки зрения высочайшей духовности (в отличие от магнита громадного большинства интернетских лжепоэтов — рваться вон из кожи, чтобы прихвастнуть перед коллегами «гениальными» выкрутасами); можно приводить, но, кажется, и этого достаточно, чтобы со мной согласиться.

 

И вот теперь мы перейдём к очень важной части нашего разбора, к той стороне, которая, при желании Валерия и других стихотворцев, может помочь не только безошибочно выбирать тему для сочинения, но и безошибочно, успешно воплощать её в то волшебное, загадочное и радостное, что в поэзии, в пику нынешнему интернету, называется стихами...

 

(Продолжение следует)