круги мифотворения (Лилит - 41)

Вы можете сколько угодно граничить прибой,

выискивать центр, полагаясь на собственный трепет,

но лопнувший мир пузырится, объятый тоской,

и Пенорождённая снова выходит на берег –

 

совсем не за тем, чтобы стал обустроенным быт –

своим, приручённым за вновь возведённым забором

из смыслов, которые – скрепы, основы, столпы,

зашитые так, что однажды предстанут укором

 

и будут затем снесены, как бывало не раз:

несносно внутри и тревожно, пробившись наружу,

но – чтобы на самоизъятие выманить нас,

ей – Пенорождённой – приходится выйти на сушу...

 

декабрь 2015

 

P.S. * Когда рушатся структуры пространства, когда оно обращается зыбучим песком, и хочется за что-то удержаться, создав ему новый символический каркас, нелишним кажется опыт переживания себя как единственно подлинного центра воления и автора бесконечно обновляющихся смыслов. Тогда гармония становится не производной от внешнего мира, но только от себя.

Это и есть женский способ бытования в его чистоте, часто переживаемый извне в качестве хаоса (беспорядка, бездны), который время от времени стоит актуализировать в себе любому... Хотя, я понимаю, что специфика мужского способа бытования есть производство символических структур мира, без которых и человека не было бы. Но человека не было бы и без его способности самому быть вечно творящейся и обновляющейся структурой, что и есть хаотичное временение себя.

Только так, хотя бы на время, можно и нужно переживать миф (любая устойчивость символического есть миф) как путь к себе, а не как застывшую - для защиты ли, подавления - сетку смыслов и знаков.