Мне СССР как дом, как мать

Не мыкай, Юрин; ты - не мы и мамы нынче моют рамы совсем иные, и умы единой лишены программы святых секретарей ЦК, за нас жевавших на трибунах такую жвачку, что тоска играла на душевных струнах... И про героев помолчи; ты не герой - сомнений в этом нет никаких, как и мочи твоей в умах былых поэтов быть не могло… Давно ГУЛАГ скурил все их тела и судьбы за то, что не воспели флаг в руках свияжского Иуды… Теперь клянут не времена, а стаи мыкавших партийно, чья власть была, порой, страшна, как лагерно, так и медийно… Героев нет? – езжай в Донбасс и подними Донбасс в атаку; вот там и мыкнешь ты как раз на зависть раненному в …ку Семенченко, да и Маккейн на времена пенять не станет, а даже ляпнет "It's okay", но на Ляшко штаны натянет из русофобнейшей брони… Однако, ты не на Донбассе, а в Интернете болтовни намыкал лишку в общей массе, молясь стишками на себя за верность ленинским заветам да красным дням календаря и в ноябре, и жарким летом под Ильичом на кумаче, под Ильичами из гранита, но как-то не похож на Че ты лично, мыкая сердито и позабыв, как всю страну твои кумиры про… зевали… Имён их много, но вину они себе в заслуги взяли; теперь один из них торчит в груди мымыкальной идеи, как кол и белизной кричит, которой молятся халдеи, другой в Германии цветёт цветком с харизмой человека, а время… Время всё идёт всё там же, где фонарь, аптека и белым венчиком из роз Христа и Сталина венчают твои товарищи, но слёз от смеха мне не запрещают, но запретят, как только власть возьмут, опять шмальнув не в Зимний, так в кремль с Болотной, если в масть вдруг печенюшек хлынут ливни с давно известных всем небес, где обитают все Зевесы… Но, слава богу, есть собес и есть пока свобода прессы, и ты свободен Интернет чесать гребёнкой коммунизма так, что смеяться мочи нет, зато твои стишки – что клизма; так мыкают, что жуть берёт от перспективы неизбежной того, что Ленин не умрёт и на обломках «незалежной», где укры древние бузят на сале ленинских указов, а если всё вернётся в зад, то в зад всем нам засветит Язов и Ельцин мраморный пойдёт как мымынист на баррикады, и как один умрёт народ, а власть возьмут святые гады и, отымев все времена, дерябнут в Беловежской пуще и баба Ванга скажет: – На, сынок, отпей кофейной гущи… Не мыкай, Юрин; мы – не ты, чтоб нами ты прикрыл все срамы… Да и не все, как ты, просты, чтоб Сталиным поганить храмы…