Ветер пытался пробраться в окно...

Ветер пытался пробраться в окно.

Мокрые стекла листвой осыпая,

Клен волновался, царапал плечом, -

Жаль, только лету уже не остаться.

 

Платье зеленое мерзнет порой,

Тихо желтея, роняет слезинки.

Знает: пора возвращаться домой.

Ноги рассыпались в инея льдинки.

 

Черной земле все никак не уснуть.

Утром, когда мягко светятся звезды,

Греет туман. Стоит солнцу вздохнуть -

Бурею мигом примчит непогода.

 

Будет хлестать по аллеям дождем.

Прелые листья впитали печали

Много, так много... а ей нипочем -

Знай, по полям вечерами гуляет.

 

Холодом дышит бродяга в плаще.

Это октябрь. Передвинул столетья.

Вытащил книгу в плетеной тесьме.

И как когда-то дал мертвое время

 

Перед зимой. И как-будто застыл.

В целом лесу ни дыханья, ни звука:

Всем предстоит для кого-то решить,

Чей будет сон вековечным до вьюги.

 

И только ветер боролся один,

Скребся под рамы до изнеможенья,

Будто безумный - ведь он не забыл:

Шагом остыло на тропке последним

 

Лето его. И теперь будет мрак.

Небо к земле верховетьем стянули

Вьюга, метель, лиховей и буран,

Вдаль пеленой бесконечной взметнули...

 

Стоило только листочку упасть -

Перевернулась хрустальная чаша.

И задрожала в душе синева

Птиц улетающих вдаль голосами.

 

Дрогнет рука на холодном стекле.

Капельки грусти текут по ладошке.

И не нашедший - ушедший уже,

Эхом от эха растаявшим слова

 

Между сезонов. Когда еще путь

Можно увидеть звездою далекой,

К лету умчаться, объяв теплоту.

И до зимы теперь - шаг от порога.