ПОЖАР

Может в ту осень, когда я ходила во второй класс, не помню, мы жили на посёлке «Кирпичном», случилась дома страшная беда. Электричества не было, жгли лампы и заправляли их бензином с солью, не знаю, почему была такая технология, видимо, чтобы не взрывались лампы, но такое

было. Зимы были снежные, маленькие оконца землянок наполовину засыпаны снегом, рамы двойные. Из кухни дверь выходила в сени, где на зиму складировались дрова, сено для скотины на случай сильных буранов. Из сеней в сарайчик вел лаз, так что в любую погоду и время суток

с животными была связь и запас корма (сена) рядом. Я гуляла на улице. Когда пришла, мама топила печь и, приоткрыв чуть дверцу для подсветки, заливала лампу бензином. Темнело быстро, и мама никак не могла попасть в узкое горлышко лампы.

Бензин был налит в бидон емкостью литров пять, с узким горлом. Снаружи он, запачканный бензином, противно источал запах. У дверей стояло ведро с водой, мама собиралась мыть полы. Видя, что мама не может в сумерках справиться со струей, я взялась ей помочь. Зажгла лучинку от огня за приоткрытой дверцей печи и, видимо, слишком близко поднесла к бидону. Он внезапно вспыхнул снаружи и мама, испугавшись, выронила его. Бензин потек по деревянному полу огненными струйками. Я,

зная, что пожар тушат водой, тут же опрокинула на огонь ведро с водой, чем еще больше усугубила обстановку.

Вода разлилась по всей кухне, бензин всплыл на поверхность и теперь огонь расплывался повсюду. Выход нам с мамой в сени был отрезан, а если бы и выскочили туда, то огонь сделал бы с сеном свое дело моментально. Мама, видимо, не была паникером. Она сорвала, уже начавшие тлеть занавески у кровати, стала кидать на огонь все шубы, одеяла, матрацы. Вещами она потушила огонь, не дав ему уйти в сени и другую комнату. Отец в эту ночь дежурил. Утром увидел ужасную картину: все было пропитано запахом гари: одежда, постель, стены.

Растеряйся мама в тот момент, мы бы сгорели заживо: окна двойные,

маленькие, наполовину засыпаны сугробами. В сенях, вспыхнуло бы сено, открой мы двери, скотина тоже бы сгорела. Хатки разбросаны, соседствуют лишь огородами, поэтому помощь пришла бы поздно.

Наверное, отец сделал для себя вывод, что мы поселились здесь ни к «месту». По весне он продал эту землянку, и переехали мы жить в «Старый город», купив там не лучшую, но зато ближе к школе и рядом с дедом

и бабушкой. Прошли десятки лет, но ужас той ночи я хорошо помню.