ЛЕГЕНДА ОБ АХЫНЕ

Воды речки Шахэ бегут,

Любой аул тут стерегут:

Священной рощи тишина,

Ещё волшебница луна.

Простой народ здесь жил в нужде

И были войны кое-где.

Однажды, в предвечерний час,

Пастух, который стадо пас,

Услышал конский топот, гул

И поспешил скорей в аул.

 

Нагрянул враг жестокий, злой,

Не пожалел людской покой.

Простых безоружных людей

Громил он силою своей:

Людские сакли он крушил,

Детей и женщин уводил

Насильно в рабство навсегда.

Людей казнили иногда.

Забрали вьючных лошадей,

Свирепствовал вовсю злодей:

 

Горели сакли, дымился лес,

Земля пылала до небес.

Потом враги, устроив пир,

Пляс закатили на весь мир.

Старуху пленницу раздев,

Плясать, пред ними повелев,

Над ней глумились, опьянев.

Но та, свой стыд преодолев,

Взмолилась Богу: «Помоги,

Врагов незваных погуби!»

И то молитвы горькой той

Всё обернулось стороной

Не лучшей для врагов живых:

Один остался среди них.

Все войско напрочь полегло,

Для всех нежданно вымерло.

Враг, которому выпало жить,

Взмолился: «Боже, как мне быть?

Спаси, чтоб я пришёл живой,

В знак благодарности, Бог мой,

Я каждый год буду дарить

В аул, чтоб люди могли жить,

Корову белую для них,

Чтоб в саклях вновь могли они

Кормить детей и стариков.

Коров я в жертву дать готов».

 

Ахын был покровитель стад,

И каждый был селянин рад

В Тхачег — священной роще — жить.

К Ахыну чуть поближе быть.

Для них Ахын был божество,

И сила грозная его

Стада спасала от болот.

Случалось, змей вдруг обовьёт

Селенье так, что не пройти,

То реку камнем запрудит.

Тогда Ахын спасал людей,

И был для них он всех сильней.

Огромен был он и богат,

Необычайным был наряд:

Он шубу шерстью вверх носил,

Во сто саженей посох был.

Но он ещё и добрым слыл,

Народ его боготворил.

 

Змей притеснял людей, как мог:

Просил красавицу в залог,

Скотину в жертву, что хотел,

Тяжёлым был сельчан удел.

Позвали люди Ахына.

Со змеем, мол, у них война,

Нас, храбрый богатырь, спаси

И Змей Горынычу снеси

Его дурную голову.

Мы будем о тебе молву

На долгие века хранить,

И в памяти сей подвиг жить

Вечно будет, и не раз

Услышат о тебе рассказ.

 

В высокогорье, средь лугов,

Ахын быка пас и коров.

Вдруг прилетел коварный змей,

Ахын в засаде был своей.

Он знал тогда, наверняка:

Конец змее; его рука

Не дрогнет в праведном бою,

Задачу выполнит свою.

Средь гор молва эта жила

О его доблестных делах.

И в достоверности своей

Дошла да самых наших дней.

 

Но время не вернуть назад.

В одну из ран попавший яд

Унёс Ахына навсегда —

Сгорела яркая звезда…

Но он к селянам воротясь,

Пришёл, как Феникс, возродясь.

Ещё одну легенду я

Дарю Вам, милые друзья.

 

И вновь в далёкой старине

Аулв кавказской стороне

Разгромлен, уничтожен был

Вошедшими врагами в тыл.

Обезоруженных людей:

Всех стариков, их жён, детей,

В цепях закованных, живых, —

Пленили, чтоб рабами их

На человеческих торгах,

При всём народе, на глазах

Продать, унизив навсегда,

Чтоб не вернулись никогда.

Собрав кровавый капитал,

Окончив бой, враг отдыхал.

 

В священной роще, кончив бой,

Враг собрался большой гурьбой,

Кощунством, не считая то,

Что рядом кровь и слёзы, стон.

Им мало кажется того…

Они из рода одного

Одну беременную мать

Заставили вдруг танцевать

И голой прыгать чрез костёр.

Бедняга подняла свой взор:

В глазах застывшая слеза,

Поднявши руки к небесам,

 

Взмолилась: «Дорогой Ахын,

Верна тебе, лишь ты один

Позор мой можешь отвести.

Клянусь тебе, что будет чтить

Тебя весь род мой на века.

Врагам отпор, наверняка,

Ахын ты дашь, спасая нас,

В тебя мы верим в этот час»!

Сказала женщина слова,

Сама жива едва-едва.

 

Произошли тут чудеса:

С небес сорвалась вдруг гроза,

Пронзила молнии стрела

Врагов сжигая всех дотла.

И разорвалась цепь оков,

А под ногами у врагов

Земля разверзлась, поглотив,

В миг, ни во что их превратив.

В аул родной свой воротясь,

Смеялись жители, молясь,

Довольны, счастливы сполна,

Благословляя Ахына.

А род той женщины Джибе

Был честен, верен был себе —

Корову каждый год одну

Давал он в жертву Ахыну.

Сам покровитель выбирал,

Средь стада белую он брал.

Семья, поутру придя в хлев,

Хвалу молитвенно пропев,

Корову мыла молоком,

И покидала она дом.

 

Никто не смел её загнать,

Остановить или обнять.

Легко и быстро шла она,

Была при этом не одна,

А шёл аул весь провожать:

И стар и млад, дитя и мать.

Работу даже тот бросал,

Кто занят был и примыкал

К идущим, следом шёл за ней

В течение трёх долгих дней.

 

Корова прямо шла всегда,

Преград не зная никогда.

Ни горной речки быстрый бег,

В крутых обрывах вечный снег

Ей не мешали на пути.

На крыльях мог перенести

Её какой-то сильный дух,

Была корова, словно пух.

И шла уверенно всегда.

С мычанием шла она туда,

К священной роще, где орех,

Растёт, могучи выше всех.

Под ним зелёная трава.

Придя к ореху в летний день,

Что ей дарил прохлады тень,

Она ложилась отдыхать…

Недолго ей уж смерти ждать.

 

Народ за нею вслед спешил.

Изнемогая и без сил

В священной рощице Тхачег

Себе устраивал ночлег.

Ахына имя вознеся,

Корову в жертву принеся,

Адыги начинали пир,

Провозглашая дружбу, мир

При этом жертвенный кусок,

Который взять никто не мог,

Несли к священному стволу

Ахыну в дань, как похвалу.

 

Остатки пира меж собой

Делили и несли домой.

Однажды, вдруг, один бедняк

Опрометчивый свой шаг

В тот раз украдкой совершил —

Кусок священный взять решил.

Тайком забрал, унёс домой.

И вот Ахын с минуты той

Разгневался вдруг на людей

И жертвенной коровы сей

Теперь уже не выбирал

И покровителем не стал.

Так жадность мужика сего

Лишила всех других того,

Чему народ так верен был,

На что надеялся, любил.

 

Священной рощу ту зовут.

Приносят жертву и кладут

К святому дереву орех.

А кто возьмёт, великий грех

Пред Богом будет он иметь.

Гласит легенда, чтобы впредь

Не навредить своей судьбе,

Чужого не бери себе.

 

* * * *

Под самолётом вид Кавказа,

Легенды дремлют там и сказы.

Ввысь, устремлённые вершины гор,

Вдали чуть видно море. Кругозор —

Волшебная картина и мечта,

И перелёт уже не маята.

Ландшафт чудесный бесконечных грёз,

Рой облаков, плывущих среди звёзд,

Вдали закат, сияние вершин.

Ах, до чего ж картины хороши!

 

КРЕМЕНА РАИСА