Колье Зои Фёдоровой сб. Кр.тайны.
Дополненное и переработанное издание.
Часть первая.
Её отец в Кремле служил,
В кино ей все пути открыты.
Его "забрали"- как не жил,
Ей быть птенцом в гнезде не свитом.
Она звезда киноэкрана,
Но-настоящая звезда!
И путь не прост, он словно рана,
Открыта что у нас всегда.
Я рассказать вам был бы рад,
Про жизнь актрисы не простую.
То вверх, то вниз её, назад,
То в лагеря на пайку злую.
Любовь и жизнь, всё как всегда,
И у неё любовь большая.
Да Джейсон Тейт звалась она,
Вот с ней беда пришла лихая.
Уже окончилась война,
Да началась тотчас иная.
Звезда с врагом обручена,
И дочь Викторию скрывает.
Связь режет партии глаза,
Американца высылают.
Воды, чистейшей, как слеза,
Ей бриллианты оставляет.
Ах, как огромна им цена!
Колье то Зою погубило.
Она колье то сберегла,
И даже в шаге от могилы.
Идёт тут год сорок шестой,
Ей в лагерь приговор-навечно!
Сестра её нашла покой,
То в Джезказгане, но уж вечный.
Идут года и девять лет
Как будто чёрт из жизни вынул.
Когда же лагерей тех нет-
Её режим вторично "кинул".
За связь с врагом и "шпионаж",
Актриса в лагерь уходила.
Закончился ажиотаж,
Судьба колье ей сохранила.
Аэропорт и разрешенье
Ей улететь-оставь колье!
Хрущёва жёстко повеленье-
Она не сможет, и-привет!
Вот так в Москве с колье осталась,
Оно-немыслимой цены!
Уехать и не получалось-
Мы ведь в России рождены!
Уедет дочь к отцу однажды,
Звезда советского кино
Живёт в Москве и тихо также,
Всё это было так давно...
И вот развязка наступила-
В затылок пуля ей вошла.
Тогда же и колье "уплыло"-
Когда к хозяйке смерть пришла.
Убийца не был обнаружен,
Колье, конечно, не найдут.
Звезде конец печальный сужен,
И мы расстанемся вот тут.
Часть вторая.
Она немало повидала-
Богатство, славу и восторг.
То вверх, то вниз её кидало,
Но вот такой в конце итог.
Тот день, когда не улетела,
Он в жизни всё перевернул.
Сама расскажет, было дело:
Мол-талисман! И мир вздохнул.
Её судьбу не раз решали
На самом "верхнем " этаже,
А мы про то и знать не знали-
Так нам положено- "вабще"!
Она была очень красива,
Не занимать ей и талант.
И девять лет ГУЛАГа было,
Но был и он ей в аккурат!
Вот как могла -жила, играла,
И пела-это всё её!
Конечно же и жизнь узнала-
Барак и лагерь-то жильё!
Где муж, единственный навечно,
Да годы спалят ту любовь.
Они увидятся- беспечно
Уже их не играла кровь.
Вот-встретились, поговорили
И каждый по своим домам.
Всё так- мы тоже жили-были,
Текло нам пиво по усам.
А Зое Фёдоровой мёд
Не по усам, а в горло лился!
Актрисе русской -мой почёт,
Я до земли ей поклонился.
Эпилог.
Её убили те, похоже,
Кто должен был бы охранять.
Кто следствие вести был должен,
Чины и званья получать.
Она сама открыла двери-
Знать, не открыть их не могла.
Они совсем были не звери-
Такая вышла тут мура.
И я предположил вот это,
То что сейчас и написал.
У нас смертей немало этих,
Михоэлс в памяти стоял,
Андропов, Кулаков, Машеров,
Убиты не одни они.
Нам всё от власти брать на веру?
Коль так их бесконтрольны дни.
Реально все и всё так зримо,
Но и секретно навсегда.
Быть может, выстрел был где мимо?
Нам не узнать то никогда.
Всё похоронено в том деле,
И правду тут не отыскать.
Предположением на вере-
Я это предлагаю взять.
Но, может, и другие будут?
Лишь мало веры нам на то.
Откроют тайну-то как чудо,
Как вдруг сведённое сальдо.
Но рой смертей необъяснённых,
Забыть бы нам о том навек.
Как много нас так несмышленных-
И этим счастлив человек.
02 октября 2014.
дополнено и переработано 02 ноября 2014.
Часть первая.
Её отец в Кремле служил,
В кино ей все пути открыты.
Его "забрали"- как не жил,
Ей быть птенцом в гнезде не свитом.
Она звезда киноэкрана,
Но-настоящая звезда!
И путь не прост, он словно рана,
Открыта что у нас всегда.
Я рассказать вам был бы рад,
Про жизнь актрисы не простую.
То вверх, то вниз её, назад,
То в лагеря на пайку злую.
Любовь и жизнь, всё как всегда,
И у неё любовь большая.
Да Джейсон Тейт звалась она,
Вот с ней беда пришла лихая.
Уже окончилась война,
Да началась тотчас иная.
Звезда с врагом обручена,
И дочь Викторию скрывает.
Связь режет партии глаза,
Американца высылают.
Воды, чистейшей, как слеза,
Ей бриллианты оставляет.
Ах, как огромна им цена!
Колье то Зою погубило.
Она колье то сберегла,
И даже в шаге от могилы.
Идёт тут год сорок шестой,
Ей в лагерь приговор-навечно!
Сестра её нашла покой,
То в Джезказгане, но уж вечный.
Идут года и девять лет
Как будто чёрт из жизни вынул.
Когда же лагерей тех нет-
Её режим вторично "кинул".
За связь с врагом и "шпионаж",
Актриса в лагерь уходила.
Закончился ажиотаж,
Судьба колье ей сохранила.
Аэропорт и разрешенье
Ей улететь-оставь колье!
Хрущёва жёстко повеленье-
Она не сможет, и-привет!
Вот так в Москве с колье осталась,
Оно-немыслимой цены!
Уехать и не получалось-
Мы ведь в России рождены!
Уедет дочь к отцу однажды,
Звезда советского кино
Живёт в Москве и тихо также,
Всё это было так давно...
И вот развязка наступила-
В затылок пуля ей вошла.
Тогда же и колье "уплыло"-
Когда к хозяйке смерть пришла.
Убийца не был обнаружен,
Колье, конечно, не найдут.
Звезде конец печальный сужен,
И мы расстанемся вот тут.
Часть вторая.
Она немало повидала-
Богатство, славу и восторг.
То вверх, то вниз её кидало,
Но вот такой в конце итог.
Тот день, когда не улетела,
Он в жизни всё перевернул.
Сама расскажет, было дело:
Мол-талисман! И мир вздохнул.
Её судьбу не раз решали
На самом "верхнем " этаже,
А мы про то и знать не знали-
Так нам положено- "вабще"!
Она была очень красива,
Не занимать ей и талант.
И девять лет ГУЛАГа было,
Но был и он ей в аккурат!
Вот как могла -жила, играла,
И пела-это всё её!
Конечно же и жизнь узнала-
Барак и лагерь-то жильё!
Где муж, единственный навечно,
Да годы спалят ту любовь.
Они увидятся- беспечно
Уже их не играла кровь.
Вот-встретились, поговорили
И каждый по своим домам.
Всё так- мы тоже жили-были,
Текло нам пиво по усам.
А Зое Фёдоровой мёд
Не по усам, а в горло лился!
Актрисе русской -мой почёт,
Я до земли ей поклонился.
Эпилог.
Её убили те, похоже,
Кто должен был бы охранять.
Кто следствие вести был должен,
Чины и званья получать.
Она сама открыла двери-
Знать, не открыть их не могла.
Они совсем были не звери-
Такая вышла тут мура.
И я предположил вот это,
То что сейчас и написал.
У нас смертей немало этих,
Михоэлс в памяти стоял,
Андропов, Кулаков, Машеров,
Убиты не одни они.
Нам всё от власти брать на веру?
Коль так их бесконтрольны дни.
Реально все и всё так зримо,
Но и секретно навсегда.
Быть может, выстрел был где мимо?
Нам не узнать то никогда.
Всё похоронено в том деле,
И правду тут не отыскать.
Предположением на вере-
Я это предлагаю взять.
Но, может, и другие будут?
Лишь мало веры нам на то.
Откроют тайну-то как чудо,
Как вдруг сведённое сальдо.
Но рой смертей необъяснённых,
Забыть бы нам о том навек.
Как много нас так несмышленных-
И этим счастлив человек.
02 октября 2014.
дополнено и переработано 02 ноября 2014.
