АДЖИМУШСКАЙСКАЯ ТРАГЕДИЯ

"Подобно тому, как самым большим физическим злом

является смерть, так самым большим моральным

злом является, конечно, война."

Вольтер (наст. имя - Мари Франсуа Аруэ)

(1694-1778) - французский философ, писатель

и публицист.

 

 

Идут последние бои за Керчь. Наши отступают. Среди населения паника. Какая будет жизнь при немецких захватчиках, и будет ли она вообще? Страшно представить, что по улицам родного города будет разгуливать враг, вводя свои новые фашистские порядки. Люди мечутся, пытаясь найти какой-нибудь выход из надвигающейся беды. Многие почему-то из города бегут в отдалённые деревни Крыма. Моя мама тоже в панике. Отец на войне. А у неё на руках я, шестилетний пацан, её младшая сестра и моя бабушка.

 

По городу прошёл слух, что военный гарнизон Красной Армии уходит под землю, в Аджимушкайские каменоломни. Жители города уходят вместе с военными, надеясь там дождаться того дня, когда в город возвратятся наши войска. Все верят, что это произойдёт очень скоро. Наша семья спешно собирает необходимый скарб, который нужен будет в каменоломнях, куда собираемся перебраться, как и наши соседи. Неожиданно к нам с Верхней Митридатской на улицу Свердлова, где мы живём, прибегает тётя Клава, подруга моей мамы. Её муж, как и мой папа, воюет против фашистов. У тёти Клавы две дочери, одной одиннадцать лет, а второй столько же, как и мне. Мы часто играли вместе у нас или у них, благо, наши дома были расположены недалеко друг от друга. Последние несколько дней они к нам не приходили. Тётя Клава радостно сообщила, что два дня назад она с дочерьми ушла в каменоломни. Сейчас она прибежала домой, чтобы взять ещё кое-какие вещи. Дочерей оставила в каменоломнях под присмотр незнакомой женщине, которая на это согласилась. Тётя Клава предлагает маме пойти с ней в каменоломни, чтобы выбрать место обитания для нашей семьи. Мама соглашается, и они уходят. От города Аджимушкайские каменоломни расположены на приличном расстоянии. Пешком идти туда долго. Мама возвращается только поздно вечером. Она заплакана. Оказывается военные, зайдя в каменоломни, замуровали все ходы и выходы. Проникнуть в каменоломни оказалось невозможным. Тётя Клаву охватил ужас от мысли, что девочки находятся без неё под землёй. Она осталась возле каменоломен, продолжая искать вход в них.

 

Тётя Клава пришла к нам глубокой ночью. Её трудно узнать. У неё были красивые чёрные волосы. Они стали белыми. Мама сказала, что тётя Клава от трагедии поседела в один момент. Она всё время плачет, мама никак не может её успокоить. Как молча сидела плачущая тётя Клава, так молча и ушла от нас, когда стало заниматься утро.

 

Когда наши войска освободили Керчь, тётя Клава побежала в каменоломни. Её не было несколько дней. Она искала своих дочерей. Хотела найти хотя бы их след. Абсолютно никакого результата. Каждый день тётя Клава обходила все дворы города и расспрашивала всех там живущих о своих девочках, которые не вышли из каменоломен. Подробно описывала их приметы. Поздно вечером, усталая и голодная, нам рассказывала о результатах поисков. Иногда её глаза светились радостью. Кто-то ей сказал, что якобы видел девочек живыми и здоровыми с какой-то женщиной. Она верила этому, вера придавала ей новые силы, и она с ещё большей энергией продолжала настойчиво выполнять долг обезумевшей от горя матери.

 

Однажды вечером тётя Клава к нам не пришла. Такое случилось первый раз. Мама почувствовала что-то неладное, и потому рано утром пошла её искать. Тёти Клавы не стало. Её сердце не выдержало страшного удара жизни, принесшего такую трагедию. Муж тёти Клавы не вернулся с фронта. Война уничтожила всю семью.

 

Мама после похорон тёти Клавы долго ходила во двор, в котором она жила, надеясь на то, что кто-нибудь, выживший в каменоломнях, привёл её дочерей домой. На это была надежда, потому-что из свыше десяти тысяч военных и граждан, находившихся в подземелье, выжило только около трёх тысяч.

 

Чуда не случилось. Видно, жизнь девочек оборвалась раньше жизни их мамы, тёти Клавы.