Андрей Зубов "Великая, но не только Отечественная" (часть 3)

3.

 

Однако события развиваются на фронте дальше. Декабрь 1941 года — очень важный момент в объединенной борьбе союзников с Германией.

 

14 августа 1941 года около побережья Ньюфаундленда на борту английского линейного корабля «Принц Уэльский» Рузвельт и Черчилль подписывают Атлантическую хартию. Атлантическая хартия явилась первым документом, который не столько посвящен объединению усилий в войне, сколько принципам послевоенного урегулирования положения в мире. В Атлантической хартии Великобритания и Соединенные Штаты твердо объявляют, что война ведется не за территориальные приращения, никаких изменений границ, помимо тех, что связаны со свободно выраженной волей народов, не должно быть. Это один из первых принципов. После этого говорится о свободной торговле, о многих других вещах. Фактически это основа Организации Объединенных Наций. И еще один очень важный момент — это борьба с тиранией. Гитлеровский режим ужасен тем, что он тиранический, что он игнорирует дух демократии, игнорирует право человека выражать свою свободную позицию. Англия и Соединенные Штаты, сами страны демократические, объявляют о том, что принцип демократии — незыблемый принцип организации политической жизни. Так демократия из местного англо-саксонского политического элемента политического устроения становится общечеловеческим принципом жизни. И те, кто борются против демократии, не могут быть союзниками Англии и США. Это — очень противоречивое заявление в условиях, когда союзником или хотя бы «врагом твоего врага» является коммунистический Советский Союз.

 

Сталина эти разговоры о демократии не так взволновали. Не надо забывать, что сталинская демократия — самая яркая демократия земли, что Сталин принял Конституцию, в СССР были выборы. Это Гитлер, наивный мерзавец, ненавидел демократию и не скрывал, говорил это открыто. А Сталин всюду говорил о том, что демократия должна процветать, что у нас социалистическая демократия, что у нас народ и партия едины. И ему верили многие поклонники социализма по всему миру. Демократия, так демократия — Сталина это не волновало. Он знал, какой должна быть демократия.

 

А вот что его очень взволновало — это то, что нельзя менять границы помимо воли народов. Это ему совершенно не понравилось. Он требует от Молотова на переговорах добиться принципиального согласия англичан, а потом и американцев, на изменение границ в Европе. Декабрь 1941 года, немецкие танки стоят под Москвой, а Сталин в Москве ведет переговоры с Энтони Иденом и требует, чтобы были признаны границы 1941 года (то есть Пакта Молотова – Риббентропа, который он подписал), чтобы в зону влияния Советского Союза отошли Балканы, отошла Польша. Американцы и англичане говорят: «Нет, мы не можем ничего этого подписать». И Иден отказывается подписать договор о взаимопомощи. Помощь будет, но договор он подписывать не может на условиях пересмотра послевоенных границ. Он четко говорит, что это нарушение Атлантической хартии.

 

6 декабря начинается контрнаступление под Москвой — первая успешная военная операция большого масштаба, проведенная Советским Союзом. По сути говоря, первая успешная большого масштаба операция союзных войск антигитлеровской коалиции. Сталин воодушевлен. Начинается отступление немецких войск. Освобождена Тверь, освобожден Клин. Почти одновременно британские войска генерала Клода Окинлека деблокировали британский гарнизон Тобрука в Киренаике.

 

7 декабря, на следующей день после начала наступления под Москвой, Япония совершает атаку на Перл-Харбор. Безусловно, это не синхронизировано с Советским Союзом, скорее, синхронизировано с планами Германии. Германские войска должны были осенью выйти на линию «АА» — Архангельск — Астрахань и принудить Советский Союз к капитуляции. Но поражение под Москвой сводит на нет эти планы восточного блицкрига. Так же, как в 1914 году не вышел западный блицкриг, так же в 1941 году у немцев не вышел восточный блицкриг. Не везет Германии с блицкригами. Одна за другой блестящие военные операции: поражение союзников в Норвегии, поражение союзников в Греции, поражение в Югославии — как все удачно. Тотальный разгром вермахтом Красной Армии летом-осенью 1941 года. Но ничего не доведено до конца. Разгромлена и захвачена Франция, но Великобритания выдержала и выстояла, разгромлена Красная Армия, но она осталась и в декабре нанесла первое поражение.

 

Через несколько дней после нападения Японии на Перл-Харбор Германия объявляет войну Соединенным Штатам. Не Соединенные Штаты объявляют войну Гитлеру. Соединенные Штаты объявляют войну Японии. Вообще, американцы очень аккуратны, они лишним странам никогда войну не объявляют. Великобритания признает потом (в 1942 году) права Советского Союза на Прибалтику и закроет балтийские посольства в своих странах, а Соединенные Штаты так и не признают и не закроют. Великобритания признает союзником Гитлера финский режим Маннергейма, а Соединенные Штаты не признают и заставят Советский Союз подписать совершенно особое соглашение с Финляндией, которое позволит Финляндии остаться независимой от большевизма страной. Американская внешняя политика при Рузвельте исключительно аккуратна.

 

Но немцы объявили войну Соединенным Штатам. Ну что ж, коль объявили, то объявили. Рузвельт говорит: «К сожалению, сейчас мы не можем немедленно начать военные действия на суше в Европе (армия Соединенных Штатов не велика, силен флот), но через два года мы начнем». Гитлер потешается, вся немецкая пресса просто смеется — да мы раньше завоюем мир, чем вы опомнитесь, но в 1943 году американские войска высаживаются в Марокко, потом на Сицилии, выводят из войны Италию, а в 1944 году высаживаются в Нормандии и разбивают немцев. Американцы умеют считать. Они говорят не лозунги, они говорят совершенно конкретные вещи. Посчитали, посмотрели экономисты и промышленники возможности американской промышленности и сказали. И это получилось — шаг за шагом.