На скамейке у пруда
Однажды в сквере у пруда
Ко мне подсел один старик.
Болела у него нога
И к трости он своей приник.
А набалдашник трости той
В себе чудную форму нес -
С нее смотрел почти живой,
Не в меру длинноухий, пес.
Мы говорили обо всем:
О жизни, смерти и судьбе.
И как орудье казни нес
Безродный плотник сам себе.
И задал мне старик вопрос,
Коль про вторую жизнь не лгут,
Какую б службу я понес,
Изыдя из телесных пут?
Под прессом разноцветных глаз,
Я лгать не мог и не хотел.
И начал искренний рассказ
Про свои страсти. О тебе.
Как бестелесным духом я
Оберегал бы тебя днем.
Коль ночь и полная луна -
Входил бы сквозь окно в твой дом.
Вторгаться чтоб в тиши ночной
В твой сон о пламенной сосне,
Склонятся нежно над тобой,
И целовать тебя во сне.
Старик, с улыбкой на устах,
Дослушал мой наивный сказ,
Увидев черного кота,
Ушел, сказав, что поздний час.
«Теперь он просто так уйдет?»
Я старика догнать хотел.
Но не догнал… А черный кот
С укором на меня глядел.
