Цикада

Трели их беспощадны ночами,

Но отлов того стоит вполне,

Крыльев трепетом и жужжанием

В крепко сомкнутой мною руке.

 

Поразительный образ жизни,

Образ, ставший подвластным мне,

Проводимый отшельником мысли,

Под землею семнадцать лет,

 

Чтобы в высь воспарить на месяц,

Наконец, обернувшись в прах.

Даже пойманной, ты завесой

Тайн укрыта в моих глазах.

 

Расскажи о себе, поведай,

Я союзник твой, нежели враг,

Я желаю с прочими следом,

Совершить к добродетели шаг.