Штормит весь вечер, и пока...
Штормит весь вечер, и пока
Заплаты пенные лaтают
Разорванные швы песка -
Я наблюдаю свысока,
Как волны головы ломают.
И я сочувствую слегка
Погибшим - но издалека.
Я слышу хрип, и смертный стон,
И ярость, что не уцелели,-
Еще бы - взять такой разгон,
Набраться сил, пробить заслон -
И голову сломать у цели!..
И я сочувствую слегка
Погибшим - но издалека.
А ветер снова в гребни бьет
И гривы пенные ерошит.
Волна барьера не возьмет,-
Ей кто-то ноги подсечет -
И рухнет взмыленная лошадь.
И посочувствуют слегка
Погибшей ей,- издалека.
Придет и мой черед вослед:
Мне дуют в спину, гонят к краю.
В душе - предчувствие как бред,-
Что надломлю себе хребет -
И тоже голову сломаю.
Мне посочувствуют слегка -
Погибшему,- издалека.
Так многие сидят в веках
На берегах - и наблюдают,
Внимательно и зорко, как
Другие рядом на камнях
Хребты и головы ломают.
Они сочувствуют слегка
Погибшим - но издалека.
1973
Разбор стихотворения классика «Высоцкий Владимир» — «Штормит весь вечер, и пока...»
Анализ стихотворения «Штормит весь вечер, и пока...»
Владимир Высоцкий — поэт, для которого стихия, борьба и экзистенциальный надрыв были не просто темами, а сутью мировоззрения. Стихотворение «Штормит весь вечер, и пока...» (1973) — это не просто пейзажная зарисовка, а глубокая философская притча о жизни, смерти, сочувствии и отчуждении.
Композиционно произведение строится по принципу нарастания: от стороннего наблюдения к полному отождествлению себя с «погибающей» волной и, наконец, к глобальному обобщению. Ключевой образ — волна, которая «головы ломает». Это метафора человека, стремящегося к цели, преодолевающего «заслон» и терпящего крах в самый последний момент. Высоцкий использует яркий, почти физиологичный образ: «надломлю себе хребет», что усиливает ощущение трагической неизбежности.
- Лирический герой — сначала «наблюдатель свысока», рефлексирующий и сочувствующий «издалека». Это позиция отстраненности, свойственная многим, кто судит о чужой беде.
- Развитие темы — от сочувствия «погибшим» и «погибшей» волне-лошади, герой приходит к осознанию, что «придет и мой черед». Он переходит из разряда зрителей в разряд участников трагедии.
- Концовка — горький итог: «Так многие сидят в веках / На берегах — и наблюдают». Весь мир — это театр, где одни ломают «хребты и головы», а другие «внимательно и зорко» наблюдают, предлагая лишь формальное сочувствие «издалека».
Рифма и ритм — характерная для Высоцкого «рваная», энергичная рифмовка, создающая эффект накатывающих волн. Повторяющийся рефрен «И я сочувствую слегка / Погибшим — но издалека» работает как заклинание, подчеркивая трагическую отстраненность наблюдателя и уязвимость участника.
Метафоры:
- «Заплаты пенные» — волны, латающие берег.
- «Взмыленная лошадь» — обессиленная, загнанная волна, которая «барьера не возьмет».
- «Дуют в спину, гонят к краю» — неизбежность смерти или рока.
Стихотворение представляет собой размышление о цене достижений, о природе сочувствия (которое часто бывает лишь формальным) и о том, как легко человек из наблюдателя превращается в участника всеобщей трагедии. Высоцкий с предельной честностью констатирует, что истинная солидарность невозможна на расстоянии, и каждый в итоге остается один на один со своей «ломающейся головой».
Рекомендации для прочтения стихов:
- Владимир Высоцкий — «Мой Гамлет», «Кони привередливые» (для глубокого понимания трагического мировосприятия поэта).
- Борис Пастернак — «Гамлет», «Быть знаменитым некрасиво» (схожая рефлексия о судьбе и долге).
- Сергей Есенин — «До свиданья, друг мой, до свиданья», «Не жалею, не зову, не плачу» (экзистенциальная лирика с мотивами ухода и судьбы).


