И имя твоё, словно старая песня

Красиво,страстно и романтично. Вечная память. 27 лет!

Есть ли возможность читателям пополнять стихи избранных поэтов? Павел Васильев за столь короткую жизнь написал далеко не одно стихотворение, а его жизнь - одна с нашей и сейчас...

СЕРДЦЕ Мне нравится деревьев стать, Июльских листьев злая пена. Весь мир в них тонет по колено. В них нашу молодость и стать Мы узнавали постепенно. Мы узнавали постепенно, И чувствовали мы опять, Что тяжко зеленью дышать, Что сердце, падкое к изменам, Не хочет больше изменять. Ах, сердце человечье, ты ли Моей доверилось руке? Тебя как клоуна учили, Как попугая на шестке. Тебя учили так и этак, Забывши радости твои, Чтоб в костяных трущобах клеток Ты лживо пело о любви. Сгибалась человечья выя, И стороною шла гроза. Друг другу лгали площадные Чистосердечные глаза. Но я смотрел на все без страха, - Я знал, что в дебрях темноты О кости черствые с размаху Припадками дробилось ты. Я знал, что синий мир не страшен, Я сладостно мечтал о дне, Когда не по твоей вине С тобой глаза и души наши Останутся наедине. Тогда в согласье с целым светом Ты будешь лучше и нежней. Вот почему я в мире этом Без памяти люблю людей! Вот почему в рассветах алых Я чтил учителей твоих И смело в губы целовал их, Не замечая злобы их! Я утром встал, я слышал пенье Веселых девушек вдали, Я видел - в золотой пыли У юношей глаза цвели И снова закрывались тенью. Не скрыть мне то, что в черном дыме Бежали юноши. Сквозь дым! И песни пели. И другим Сулили смерть. И в черном дыме Рубили саблями слепыми Глаза фиалковые им. Мело пороховой порошей, Большая жатва собрана. Я счастлив, сердце, - допьяна, Что мы живем в стране хорошей, Где зреет труд, а не война. Война! Она готова сворой Рвануться на страны жилье. Вот слово верное мое: Будь проклят тот певец, который Поднялся прославлять ее! Мир тяжким ожиданьем связан. Но если пушек табуны Придут топтать поля страны - Пусть будут те истреблены, Кто поджигает волчьим глазом Пороховую тьму войны. Я призываю вас - пора нам, Пора, я повторяю, нам Считать успехи не по ранам - По веснам, небу и цветам. Родятся дети постепенно В прибое. В них иная стать, И нам нельзя позабывать, Что сердце, падкое к изменам, Не может больше изменять. Я вглядываюсь в мир без страха, Недаром в нем растут цветы. Готовое пойти на плаху, О кости черствые с размаху Бьет сердце - пленник темноты. Павел Васильев 1932

В защиту пастуха-поэта Лукавоглаз, широкорот, тяжёл, Кося от страха, весь в лучах отваги, Он в комнату и в круг сердец вошёл И сел средь нас, оглядывая пол, Держа под мышкой пёстрые бумаги. О, эти свёртки, трубы неудач, Свиная кожа доблестной работы, Где искренность, притворный смех и плач, Чернила, пятна сальные от пота. Заглавных букв чумные соловьи, Последних строк летящие сороки… Не так ли начинались и мои С безвестностью суровые бои, - Всё близились и не свершались сроки! Так он вошёл. Поэзии отцы, Откормленные славой пустомели, Говоруны, бывалые певцы Вокруг него, нахохлившись, сидели. Так он вошёл, смиренник. И когда-то Так я входил, смеялся и робел, - Так сходятся два разлучённых брата: Жизнь взорвана одним, другим почата Для важных, может, иль ничтожных дел. Пускай не так сбирался я в опасный И дальний путь, как он, и у меня На золотой, на яростной, прекрасной Земле другая, не его родня. Я был хитрей, весёлый, крепко сбитый, Иркутский сплавщик, зейский гармонист, Я вёз с собою голос знаменитый Моих отцов, их гиканье и свист… …Ну, милый друг, повёртывай страницы, Распахивай заветную тетрадь. Твоё село, наш кров, мои страницы! О, я хочу к началу возвратиться - Вновь неумело песни написать. Читай, читай… Он для меня не новый, Твой тихий склад. Я разбираю толк: Звук дерева нецветшего, кленовый Лесных орешков звонкий перещёлк. И вдруг пошли, выламываясь хило, Слова гостиных пошлых. Что же он? Нет у него сопротивленья силы. Слова идут! Берут его в полон! Ах, пособить! Но сбоку грянул гогот. Пускай теперь высмеивают двух - Я поднимаюсь рядом: «Стой, не трогай! Поёт пастух! Да здравствует пастух! Да здравствует от края и до края!» Я выдвинусь вперёд плечом, - не дам! Я вслед за ним в защиту повторяю: «Нам что-то грустно, милая мадам». Бывалые охвостья поколенья Прекрасного. Вы, патефонный сброд, Присутствуя при чудосотворенье, Не слышите ль, как дерево поёт?.. Павел Васильев 1934

Понравилось начало (искреннее): И имя твоё, словно старая песня, Приходит ко мне. Кто его запретит? Кто её перескажет? и конец (но слово "российское" - нет) Рассыпаясь, летят по твоим волосам Вифлеемские звёзды российского снега. остальное нет...

Много надуманных красивостей. Не в них суть настоящей поэзии. Явный талант, направленный не в ту сторону. Думаю, он пришёл бы к Истине - проживи побольше.

Скажу больше, не увидел в стихе настоящего поэта. Да есть красивые строчки, но и не более того.