Она прониклась чтением стихов

Она прониклась чтением стихов. 
Стихов, подчас ни капли не уместных.
Так скоротала сотню вечеров:
И будничных. Субботних. И воскресных.

Пора писать чернилами в тетрадь!
...Нет, не пора. Для времени нет счета.
Она не может и двух слов связать.
Дрожит, как голубь белый, от чего-то.

А он...Он наблюдает за окном,
Как потеплели тоненькие пальцы,
Как губы покрываются вином
И как зашелестели полы платья.

Он задрожал. Он захотел позвать - 
И был почти что пойман ее взглядом.
Поправив выбивавшуюся прядь,
Она пошла за праздничным нарядом.

Идет. Идет. За нею - шлейф из трав 
И благовоний кружится, как вьюга.
И верный пес, к ее ногам припав,
Свое почтенье выказал подруге.

- О мой цветок... - он нежно прошептал,
Ладони прислонив к стеклу-барьеру.
- Я так же бы к твоим ногам припал,
Последовав животному примеру.

Я так же бы провел по волосам,
Как ветер своим пламенем проводит.
Отныне он соперник мой. Но к нам
Соперничество по любви приходит.

Как можно быть прекраснее небес?
Ты Господа таинственная муза.
Я мертвым был. И вот теперь воскрес.
Погибель Смерти - под любовным грузом.

Я напишу и тысячу стихов, 
И миллион...Чтоб только ты читала.
Я стану принцем из волшебных снов,
Чтоб ты меня в толпе легко узнала.

Ну а пока - иди. И веселись.
Но, умоляю, не влюбляйся, слышишь?
А вдруг с другим вы на балу сошлись
И для другого ты любовью дышишь?..

Страшнее для меня лишь только ад.
Хотя и он, поверь, не так уж страшен.
Иди. Надень свой праздничный наряд.
Пусть музыка летит с высоких башен.

Любимая, дороже рук твоих
Не знал я никогда. И знать не буду.
Не ровня я тебе. И не жених.
Но верю, что случиться может чудо.

...В ночи завыл подбитый чувством зверь:
Запала в душу лунная цыганка.

Она ушла. Закрыв на память дверь.

И он ушел. Прижав к груди шарманку.