Кайафа

Взгляд надменный, и брови сдвинуты,

Под рукой – отцовский Закон.

И слова Христовы отринуты,

Как кощунственный лексикон.

 

Век безгрешным себя считающий,

Он нимало не огорчён:

Еретик, на осле въезжающий,

Без сомнения обречён.

 

И бессильны предупреждения,

Что возможен исход иной.

Убиенье как убеждение

Не является новизной.

 

Этот путь может только туда вести,

Где забудешь о доброте –

От холодной и злобной зависти

До глумления при кресте.

 

Не Кайафами, так Иудами,

Что и Господа продадут, –

Мир всегда наполнен паскудами,

Их сыскать – невеликий труд.