Стихи Юлия Кима

— А вдруг ты завтра попадешь на остров в океане?И как же ты там проживешь без повара, без няни?— А я найду кого-нибудь!— Да хорошо бы кабы так,Но мы-то знаем,Что этот островНеобитаем!Подушек нет, матрасов нет,Нет ни одной кроватки!— А я на травке буду спать!— Простудишься на травке!— А я велю разжечь костер!— А кто же выполнит приказ?Ведь мы же знаем,Что этот островНеобитаем! Никто на помощь не придет и дров не раздобудет,Никто не сварит ничего ни на каком огне!— А я пойду топор найду!— И что же дальше будет?Ты размахнешься по сосне, а трахнешь по ноге!Грибы-орехи собирать умеешь?— Не умею…— От крокодила убежать успеешь?— Не успею!Тогда спасите вы меня!— Да как же мы тебя спасем?Ведь мы считаем,Что этот островНеобитаем!— А как же я?!— А ты сидишь на берегу, тебе ужасно скучно.Сидишь себе, худеешь не по дням, а по часам…— Но почему? Почему? Почему?— Да просто потому чтоТы никогда и ничего не делал в жизни сам!

Я — клоун!Я затейник!Я выбегаю на манеж не ради денег,А толькоРади смеха:Вот это клоун! Вот потеха! Вот чудной!Быть может,Когда я — вот он,Одной печалью станет меньше у кого-то,Выходит,Ровным счетомНа свете больше станет радостью одной! Я клоун!Веселый клоун!Я этой шапочкой навеки коронован:Ну развеЯ не прекрасен?Вот это клоун! Вот потеха! Вот чудной!ДавайтеПоля сраженийОбъединим в один манеж для представлений,Я выйдуНа середину,И вы, как дети, смейтесь, смейтесь надо мной!

А ну, давай! А ну, не стой!А не то, чуть что, разговор простой:Живьем сдеру три шкуры,Все ухи отвинчу!И в муку сотру, и в дугу согну,И на цепь, и на кол — а я все могу:Здесь я хозяин-барин,Гуляю как хочу! Ты ходи, нога,Ты махай, рука,А что будет — ой что будет! —Помолчим пока. Впереди обрыв, позади овраг,И направо гроб, и налево мрак,Вокруг одни болота —Ну, прямо скажем, рай:Здоровый воздух, полезный труд,Так и быть, живи, пока жить дают,Не стой, не стой, работай,Давай!Давай!

А вот и я!А вот и я!Бон жур! Гут морген! Здрасьте!Большой привет вам от меняИ всей моей династии! Мы, Дуровы, уже давноВыводим на аренуТех, кто не просится в киноИ не спешит на сцену. Но все они по ремеслуИ по душе — актеры:Капризны,Любят пастилу,Со мной вступают в споры, Но лишних слов не говорятИ уж по крайней мереБольших не требуют наград,А трудятся —Как звери!

— А ну, забьем «козла», ха-ха!Забьем, была — не была, ха-ха!И если ты «козел», —Сразу под стол! — А я иду вот так, хе-хе!— А я иду вот так, хе-хе!— А я иду вот так!— Он не дурак! Как хорошо, когда уснул старпом —Баю-баю! —Даже такой его не будит гром —Баю-баю! Наскучит нам кино, ха-ха,И карты, и вино, ха-ха,И все наскучит, ноНе домино! — Мой милыи, ты «козел», хе-хе!А ну, давай под стол, хе-хе,И песню нам пропой: «Жил-был у бабушкиСеренький козлик!Бе-е-е!»Ха-ха!

А поутру на мореТакая тишина,Что песенка прибоя —И та едва слышна.А в лодках рыболовыНе вздрогнут, не вздохнут.Давай, бычок,Хватай крючок,А то они уснут. Смотрите, рыболовы,Смотрите на восток:На море показалсяЧудесный поплавок,А следом выплывает,Сверкает и шумитОтличный день,Прекрасный день,Большой, как рыба-кит! О море голубое!Привет тебе, привет!А где же рыболовы?А их пропал и след.Поплыли теплоходы,Помчались камтера,И блеск и звонСо всех сторон,И кончился рассвет.

А почему же их все любят, а нас, небось, никто!! Сперва думай головой, чем такое говорить,Ладно нас никто не любит, ну а их чего любить?Прямо, подумаешь, какие особенные,А мы тоже очень даже образованные.И нос в лапше,И губа в борще,И вообще… Ишь ты в лес не боится, хороводится,Тут и ходит, тут и ходит, вот доходится,Пошла бабушку лечить — делать нечего,И идет, и поет, как сумасшедшая,И некрасивая она, никуда не годная,И глаза у нее кривые, да и нос тоже,Ой, и корзиночка у нее такая плевая,Да и бабка-то у нее, небось, здоровая.И нос в лапше,И губа в борще,И вообще… И пущай себе идет, дорожкой катится,Из-за ней нас ненавидит все село,Да чего там, что она, что бабка с матерью,Они все живут, лишь бы нам назло,Да у ней, небось и ружье с собой,А в кармане у нее гвоздь какой,А в корзинку то, небось, ножик спрятала,Тут кто хошь пойдет без провожатого.И нос в лапше,И губа в борще,И вообще…

А почему вы думаете,что я все выдумываю? Вы откуда знаете,Что это болтовня?Вы же не бываете,Где бываю я! А вдруг в самом делеВ городе ДелиМартышки съелиВсе эскимо?А вдруг это правда,Что в городе ПрагаВходят через двери,А выходят в окно? А что если точноЯпонская почтаВместе с письмамиРазносит молоко?А что если правдаВоенная эскадраПоймала леопардаВ реке Лимпопо?! Скажите лучше честно,Что вам не все известно!А что неизвестно,Вы думаете, вранье?А я не вру ни грамма,И я скажу вам прямо:Знаете что?Поживите с мое! А может быть, простоВ роду у меняВсе эти вот выдумывания —Придумыванья?И днем и ночью,И даже во снеВсе время во мне,Ну, все время во мне — вот это вот выдумыванье,вот это вот придумыванье,вот это вотвы-ду-мы-при-ду-мы-ва-ньейе-йе!!!

— А скажи мне, Дженни, Дженни,Где ты эту ночь гуляла?— Где гуляла я гуляла,И не помню я сама.Там трава была густа,И река недалека…Там на высоком берегуРастутт высокие кусты! — А скажи мне, Дженни, Дженни,Как же ты не заблудилась?— Как же я не заблудилась,И не знаю я сама:И трава была густа,И тропа была узка…Но над высоким над кустомСветила полная луна! — А скажи мне, Дженни, ДженниКак же ты не простудилась?— Как же я не простудилась,И не знаю я сама:И роса была густа,И река недалека…Но под высоким под кустомСидела Дженни не одна!

А я маленькая детка(Метр сорок)И ничем не виноват(А кто докажет?)Позапрошлый понедельник(В семь пятнадцать)Я покинул детский сад(Через окно). Я по скверику гуляю(Днем и ночью),Не балуюсь, не шалю(При народе).Я цветочки собираю(Где не надо),Тете Нюре отдаю(За три рубля). Я всем дома помогаю(Есть котлеты),Вместе ходим мы в кино(Раз в году).Меня папа очень любит(Драть по шее)Мама любит как никто!(Колбасу).

— Ах нет, прошу пластинку этуСпрячьте в тот конверт!..Я лучше вам сейчас сыграюНовый свой концерт.А это — так, один пустякНа Шуцманские вирши.Уговорил меня, чудак,Издал — и в люди вышел!Ну, какая же пошлость — поэзия Шуцмана!Разве пишут стихи топором?Есть обычная пошлость, но эта — кощунственна!Я за это бы просто порол! — Ребят, кончайте, не читайте,Это пустяки!Я лучше вам прочту поэму,А это не стихи!Я спьяну их писал, и вотПошел, в «Мурзилку» сунул,А Кацман клюнул, идиот,И музыку придумал!Ну, какая пошлятина — музыка Кацмана!Знать, совсем потерял он лицо!Есть обычная пошлость, но эта — безнравственна!Я бы вешал таких за яйцо! Товарищ Боцман, вы наш лоцман,Свет, любовь, заря!Мы ж понимаем кой-чего:Без кормчего — нельзя! — Ну, значит, счас я для васРодной товарищ Боцман,А чуть мы врозь, так вы небось:«Ну, Боцман, мол, ну, поц, мол!»Дорогие мои, что вы целочек корчите?Вы же бляди, — ну разве я лгу?Так чего же как можете — вы не хочете?А как хочете — я не могу!

— Ах, Машенька, Маша,Зачем ты грустна?Грачи прилетели,Повсюду весна! — Да!..А бедный чижик —Он все сидит в клетке,Не поет, не скачет,Плачет!.. — Ах, Машенька, Маша,Да ладно тебе!Смотри, как все крашеЖивется везде:И в море, и в поле —Вперед, к рубежам!И глянь, сколько волиЕжам да стрижам! — Да!..А бедный чижик —Он все сидит в клетке,Не поет, не скачет,Плачет!.. — Ах, Машенька, Маша,Да ты посмотриКакие проблемыВокруг и внутри:Хлеба не родятся,Пылает Бейрут,Тайфун над Флоридой —И страшно крадут,Страшно крадут!Пора избавлятьсяОт прежних отрыжек! — Да!..Ну вот же — чижик!Он все сидит в клетке!Не поет, не скачет —Плачет!.. — Ах, Машенька, Маша,Маруся, Мари!Ты прям как не наша!Ты, Маша, смотри!Ну разве так сложноПонять про себя:Что можно — то можно,Что нет — то нельзя!А впрочем, что можноВ текущие дни —Значительно больше,Чем раньше — ни-ни.В конце пятилетки,Не этой, так той… — Да!..А бедный чижик —Он все сидит в клетке,Не поет, не скачет…Я так не могу!..

Ах, мил сердечный друг, не выразить словами,Как нежится душа и радуется глаз,Когда вы среди нас иль где-то рядом с нами,Когда мы просто так вдруг думаем о вас. Ах, мил сердечный друг! Намедни инженерыПустили через фильтр родимый воздух наш:Оказывается, что в составе атмосферыГде бывший кислород — там только голос ваш. Там только голос ваш, негромкий и волшебный,И хочется вздохнуть — и замирает дух,И лишь вздыхаю я от полноты душевной:«Ах, мил сердечный друг!.. Ах, мил сердечный друг!..»

— Ах, неужели действительноУж так уж необходимоБыть непременно честнымИ поступать соответственно?И, встречаясь с неправотоюСильных и злобных людей,Неужели уж так уж естественноРисковать головою своей?Я не знаю… — А чего тут знать?А чего тут знать-то?Я могу уважать исканья и сомненья,Я могу уважать уважение к врагу,Но в вопросах честиТоптание на месте —Режьте меня, жгите меня,Я уважать не могу!Уж если знаешь, что к чему, тогда о чем же речь?Уж если у тебя душа на самом деле болит-горит-кипит,Чего там колебаться и голову беречь?Чего там, — правда победит! — Ах, я не знаю, имею ль,Имею ль я полное правоУказывать людям дорогу,Которую сам одолею ли?Которая, что естественно,Слишком многим невмоготу.И, пожалуй, вообще безответственноОбнаруживать свою правоту.Я не знаю. — А что тут знать?А чего тут знать-то?Я могу уважать нелепые прожекты,Я могу уважать много еще чего.Но кто хочет действовать и стесняется лишней жертвы —Режьте меня, жгите меня,- за что уважать его?Уж если знаешь, что к чему, тогда о чем же речь?Уж если у тебя душа на самом деле болит-горит-кипит,Чего там сомневаться и голову беречь?Чего там,- правда победит. — Уж если ты на самом деле знаешь, что к чему,Тогда конечно за тобой мы все пойдем гурьбой.А если мы гурьбою шагаем за тобою,-То значит, ты знаешь, что к чему!

Ах, ну кто бы подумал, что любовь как война,Где свое наступленье, своя оборона,И отчаянный штурм, и глухая стена,И коварный подкоп под барьер бастиона! Ах, ну кто бы поверил, что любовь как недуг,Когда сразу и жар, и озноб, и мученье!Ни волшебных пилюль,ни лечебных наук,А всего лишь три слова — но в них все спасенье: — Я люблю вас (и сердце прошло!)— Я люблю вас (и враг отступает!)— Я люблю вас!И утро настанет,И все будет славноИ хорошо…Все хорошо?..Все хорошо…

Внимание, внимание!Прошу начинать движение!Соблюдайте расстояние!Избегайте столкновения! Городок — наш дом,И должно быть в немВсе всегда в порядкеПолном.Мы прекрасно этоПомним,Замечательно живем! Мы почистили зубы и ботинки,Больше нет ни пылинки ни соринки,Мы уроки ответим без запинки,Замечательно живем! Дамы-господа мы,Дамы-господа мы,Дамы-господа мы,Дамы-господа мы,Замечательно живем!Никаких загадок,Никаких ошибок,Полный порядокВо всем! — Дети в школе,Дяди-тети на работе,Значит, там, где нет собак,Только маленький замок…Ты усек?— Я усек!— Никаких загадок,— Никаких ошибок,Полный порядок! Наш городокНе низок, не высок,Не близок, не далек,Не первый, не последний.А он такой,Не грустный, не смешной,Не толстый, не худой — Он средний.Немножко асфальта,Немножко бетона,Немножко зеленых посадок,Но то, чем он горд —Не море, не порт,А полный порядок!Порядок! Внимание, внимание,Прошу начинать движение!Соблюдайте расстояние!Избегайте столкновения!Внимание, внимание!Соблюдайте расстояние!Городок — наш дом,И быть должен в немПолный порядок!

Брызнет сердце то ли кровью,То ли тертою морковью —Ах, поверьте, всё равно:Все равно жестокой болью,То ли гнётом, то ль любовьюНаше сердце пронзено. И слезами плачут куклы,И огнём пылают буквы,И взорвался барабан:И пошла под гром овацийПеремена декораций —Здравствуй, новый балаган! Превращенья и обманы,Лиллипуты, великаны —Кто придумал? Чья вина?Вот опять линяет краска,Вот опять спадает маска,А под ней — ещё одна,А под той — ещё одна… Но сквозь годы и румяна,Незаметно и упрямо,Никогда не до конца —То ли светлый, то ль печальный,Проступает изначальныйЧистый замысел творца…

Барон Жермон поехал на войну.Барон Жермон поехал на войну.Его красавица жена осталась ждать, едва живаОт грусти и печали.Одна во цвете юных лет, одна с утра, одна в обед —Она могла бы подурнеть и даже просто помереть,Но ей не дали: Маркиз Парис, виконт Клеонт,Сэр Джон, британский пэр,И конюх Пьер. Барон Жермон поехал на войну.Барон Жермон поехал на войну.И там он славно воевал и даже на ночь одевалдоспехи боевые.Зато жена его как раз вела бои в полночный час,и так был страшен каждый бой, что на рассвете шли домойедва живые Барон Жермон поехал на войну.Барон Жермон поехал на войну.И там, среди мечей и стрел, остался он и жив, и цел,хотя бывало туго.Его красавица жена не знала отдыха и сна,пока последнего бойца не истощила до конца.И вот лежат в земле сырой друг возле друга Барон Жермон поехал на войну.Барон Жермон поехал на войну.И вот вернулся старина, и перед ним его женаодна лежит в постели.А рядом с ней, едва дыша, стоят четыре малыша.Барон подумал и сказал, и он сказал: «Привет, друзья!Ну как же вы тут без меня помолодели — маркиз Парис, виконт Клеонт,сэр Джон, британский пэр,и ты, мон шер!»

Баю-бай,Уже позднее время,Отсыпайся, хвостатое племя.Молодцы, поработали знатно,Отдыхайте, ребята, до завтра. Что вам снится порою ночною?Край далекий под южной звездою,Край далекий, где вечное лето…Нет, ребята, вам снится не это. Не леса, не луга, не тропинки,А все тот же манеж да опилки,Яркий свет, незнакомые лица —Ну а что нам еще может сниться? Ремесло наше с вами такое:Цирк есть цирк, это дело святое.Очень трудно, и все же прекрасно!Верьте, братцы: живем не напрасно.

Был я мирный человек, стал — фрайер…И чего я не поехал в Израиль?Покороче там все же этапы,Хоть, конечно, там тоже арапы. И жена-то у меня — еврейка,Да и сам-то я похож наружно,И на месте есть одна семейка —Столько вызовов пришлет, сколько нужно. И пускают щас всех, даже рады!Кто без допуска, тот в полном праве!Так что вроде бы уже и не надоНа Центральном голодать телеграфе! Ну, так и в чем же суть? А все Россия-мать!Ты чаво, — говорит, — Ты — того!Авось, как-нибудь, обойдется, чать,Перемелется, ничаво! И поверил я, чудак, этой сути,И утратил надлежащую веру,Начитался самиздату до жути —Хоть сейчас давай мне высшую меру! Расчирикался я, как канарейка,То про Сталина загну, а то и дальше…Прям, как-будто и жена — не еврейка,Прям, как-будто я Косыгин на даче! А ведь, помню, приходил участковый,Даже штатский майор сделал милость —Упредил меня беседой суровой,Предсказал мне он все,Что случилось… А мне все кажется, ну, разумеется,Ну, годок пройдет, ну, пяток,-Дайте срок, и все перемелется,Авось, как-нибудь!..Дали срок.

В Коктебеле, в Коктебеле,У лазурной колыбели —Весь цвет литературы СССР.А читательская массаГде-то рядом греет мясо —Пляжи для писателей,читателям же — нет. На мужском пустынном пляжеПредположим, утром ляжетНаш дорогой Мирзо Турсун-заде.Он лежит и в ус не дует,И «заде» свое «турсует»,Попивая коньячок или алиготе! А все прочие узбеки,Человек на человеке,То есть, скромные герои наших дней,Из почтенья к славе геньяРастянулись на каменьях,Попивая водочку, иль думая о ней. Но, кое-кто из них, с досадойОзираясь на фасады,Где «звистные письмэнники» живут,Из подлейшей жажды местиСочиняют эти песни,А потом по всей стране со злобою поют.

В Коктебеле, в Коктебеле,У лазурной колыбели —Весь цвет литературы СССР.А читательская массаГде-то рядом греет мясо —Пляжи для писателей,читателям же — нет. На мужском пустынном пляжеПредположим, утром ляжетНаш дорогой Мирзо Турсун-заде.Он лежит и в ус не дует,И «заде» свое «турсует»,Попивая коньячок или алиготе! А все прочие узбеки,Человек на человеке,То есть, скромные герои наших дней,Из почтенья к славе геньяРастянулись на каменьях,Попивая водочку, иль думая о ней. Но, кое-кто из них, с досадойОзираясь на фасады,Где «звистные письмэнники» живут,Из подлейшей жажды местиСочиняют эти песни,А потом по всей стране со злобою поют.

В белом платье с причудливым бантомУ окна, опустив жалюзи,Я стояла с одним адъютантом.Задыхаясь, шептал он: «Зизи!» И на чём-то настаивал мило…Был он в меру застенчив и храбр.И тогда я сама потушилаНадоевший уже канделябр. Как приятны интимные встречи!Как приятна любезная речь!..Но тушите, пожалуйста, свечи,Если пламя хотите зажечь!

В Ленинграде нонче тепло,На зиму пародия.Одна тетенька утопла:На Неве разводия. По-над речкой, по-над шустройВ нервном состоянииЯ повешу сердце люстройИ пройдусь в сиянии. Уж как я на поезд сяду,Сам себе да на уме,От Москвы до ЛенинградуЛишь полтыщи киломе…

В семь часов, как обычно, будильник,В семь пятнадцать зарядка и душ,Полотенце, омлет, хлодильник,В газете — вчерашняя чушь.Электричка, метро и автобус,Паровоз, пароход, верный конь,В три часа — покоренье Монблана,Затем перерыв на обед. :А море, а море, а море смеялосьИ с небом сливалось вдали,И не было в сердце печалиИ не было в сердце любви,А было одно только мореИ солнечный парус вдали. На Гавайях жара выше нормы,В Гималаях созрели плоды,В СССР [в эсэсэр] в результате реформыЕще раз сомкнулись ряды.Ваша девушка вас не оставит,Ваши планы исполнятся все,Если будете вы ежедневноКурить сигареты «Ким»!