Стихи Татьяны Карачевой

Где-то там, далеко, среди горных вершин, есть пещера одна, там живет старый Джин. Был он вольным и гордым три века назад. И шумным застольям с друзьями был рад. Но прекрасную Пери он повстречал и нежною страстью к ней воспылал. Дарил самоцветы и горы сдвигал, да только ответной любви не познал. И в гневе ее обратил он в ручей, чтоб только не слышать обидных речей. Да вот незадача, ручей не молчит, а эхо стократно отказ прокричит. Да, Джину покорны огонь и вода, своим волшебством он гордился всегда. Вот только над сердцем не властно оно, любить не заставит, как не сильно. А у любви бесконечная власть, сильнее рассудка любовная страсть. В отчаянии Джин пещеру нашел, от внешнего мира совсем отошел. И дни он и ночи сидел у ручья, прекрасная Пери, моя иль ничья. И вот так три века беседы ведут, печальные песни дуэтом поют. Струятся хрустальные волны, звенят, и о любви не таясь говорят. Где-то там, далеко, среди горных вершин, есть пещера одна, там живет старый Джин. Он сумел доказать постоянство в любви, хоть три века за этим незаметно прошли. Но за то он с любимой разделил каждый миг, и в душе он еще никакой не старик. Всем влюбленным он может дать мудрый совет, вы любите, боритесь и дождетесь ответ…

Здравствуй, мамочка, здравствуй, родная! Я хочу тебе много сказать. И колени твои обнимая, хочу руки тебе целовать! Ты прости непутевого сына, за обиды и слезы прости! И за то, что болезнь подкосила, и не смог я на помощь прийти! Хулиган был я и забияка, и тянуло меня на войну, привлекала любая драка, а зачем, почему – не пойму. Только ты меня вечно прощала, тосковала и писем ждала, и в подушку тихонько рыдала, и ночами в бреду звала. Сбереженный твоей молитвой и омытый твоей слезой, пусть побитый, но не убитый, я вернулся сегодня домой. Я люблю тебя, мамочка, слышишь, и прошу меня снова простить, я с тобою, хорошая, слышишь, я приехал к тебе погостить…