Лев – царь зверей, так повелось с начала мирозданья,
Как правосудия блюститель, в назиданье,
Для всех зверей обычай он завёл,
Которым, равны в праве и шакал и вол,
И если кто, к кому имеет зуб, или иную затаил обиду,
Отнюдь не нужно оппонента бить по рылу,
Ведь можно просто сделать обращенье,
Ко Льву, для вынесенья им законного решенья.
Изо дня в день, среди зверей идет такой Устав,
Кто прав, воистину закона, от самовластия устав,
Нашёл здесь право и свободу, даже слова,
Права блюдутся четко здесь,
Зверье довольно, Льву же честь!
Но как - то раз, объевшись белены,
Свинья, почувствовав в себе нутро Фемиды,
Имея видно тоже свои виды,
Решила подражать ко Льву.
Не понимая, что не вышла рылом,
Усевшись рядом с кадкой с важным видом,
Накинув мантию, и нацепив очки на то,
Что у свиньи зовётся хрюкало,
Тот час же начала решать, кого казнить,
Кого помиловать, кому отдать, иль не отдать,
Отнюдь не в применении Устава,
Иль в понимании объективизма права,
А исходя из собственного мнения,
Без нужного при этом разумения,
К примеру, вот… Однажды Белый Кролик,
С утра увидев свой пустой надел,
Свалился сразу в обморок, от колик,
Сказав очухавшись: «Ах, где же мой задел,
Где все, что здесь росло, сажал, что для прокорма?»
Какая же теперь закона форма,
Когда Свинья здесь правит бал?
Когда, для своего откорма,
Один, без ведома другого, все сожрал.
Тот час же Белый Кролик сделал обращенье,
К Свинье для вынесения законного решенья,
Прошенье есть, и начался процесс,
Пришёл Козел, который в огород залез,
Пожрал который, то садил, что для прокорма,
Тот Белый Кролик, на своем дворе,
Ну, что поделаешь, такая козья морда,
И сразу начал блеять, дескать: «Где-е-е,
Мне брать еду, когда на огороде,
Моем растет один лишь чистотел?
Который, судя по своей природе,
Совсем не вкусен, между тем, хотел,
В-е-е-рнее знаю, я что по природе очень вкусно,
О-о-о то огромная соседская капуста,
Вот это смак, и удовольствия не счесть,
Однако стоит ваша честь,
Вам обратить на то, свое вниманье,
Что не доволен был я, то есть, есть
Хотелось очень, разочарованье,
Меня настигло у истца в гостях,
Не мог наесться я никак,
Поскольку весь объём полезного продукта,
Был равен десяти, как будто,
Капусточки хрустящей кочанам,
Что скажем, прямо, без смущенья,
Не предоставило мне повод к насыщенью,
Люблю ведь кушать я сполна,
Понятна мысль моя кума?
И нет моей вины, ни в чём,
Вот лучше с этим дураком,
К которому, у нас уж нету веры,
Необходимо принять экстренные меры».
А что же Кролик? Только он хотел,
Свои права, реализуя в норме положенья,
Для поясненья, приведенья возраженья,
Того Устава, но Свинья ему: «Молчать!»
И поскакала сразу же решенье принимать.
Вердикт таков: «Козёл не виноват, коль кушать хочет он,
Меж тем, поскольку этот блеющий Козёл,
Должон иметь достаток в пище,
Необходимо шоб до тыщи,
Качанов капусты спелой,
Податель иска, этот Кролик Белый,
Должон ему поставить за год,
Чтоб не имел Козёл едальных тягот».
Ну, что же, думаю прохрюканное свинское решенье,
Навеяло, и у профана права, повод к размышленью,
О том, что всякого, до судеб разрешенья,
По здравомыслию, все ж допускать нельзя,
Не может по природе быть Свинья,
Судьёй, служителем законности, Фемиды,
У естества, ведь на все это свои виды,
Поскольку справедливым жизненным уделом,
Являться будет, безусловно, тот,
Где каждый заниматься будет делом,
Отнюдь своим, и мест чужих покуда не займет.
© Дмитрий Илеев
