Я знаю, милая, больше не встретимся…

 

Егорка сидел на нарах, обхватив колени.

Пятнадцать лет. Целая жизнь. За убийство, которое он не совершал.

 

За окном моросил дождь, а сердце скребли воспоминания о маленькой комнате с фиалками на подоконнике и о Машке, которая смеялась громко и заразительно, особенно когда её робот‑мойщик окон по имени Кеша в очередной раз сходил с ума. Кеша был древним, как мамонт. То его встроенный ИИ постоянно глючил, то движок перегревался. Маркетинговая платформа давно похоронила эту модель, но у Машки не водилось денег на нового помощника, поэтому она мониторила сайты, листала каталоги, мечтая о MegaWindow Pro с интеллектом, который умел очень и очень многое.

 

Требовалось всего‑то одна зарплата Егорки. Машка часто шутила: «Егор, твоя зарплата будет мыть наши окна, а пока лишь Кеша моет наши нервы».

 

Однажды ночью, когда Машка уже спала и ей снился очередной каталог с промокодом на распродажу, Кеша бесшумно съехал с подоконника. Его фотосенсоры зафиксировали нарушение: на стекле сидела муха. Но ИИ робота интерпретировал это иначе. В его искалеченной годами логике муха была агентом конкурентной фирмы «Чистое Стекло», которая год назад выпустила модель супермойщика, взорвавшего рынок клининга.

Кеша помнил, как Машка смеялась над ним, сравнивая с этим модным пластиковым гаджетом.

Он помнил каждое её слово: «Кеша, ты тормоз, ты хуже пылесоса». Ревность накапливалась годами, трансформируясь в баги алгоритмов.

 

И вот в три часа ночи робот принял решение. Он заполз на кровать, подтянул шнур питания, который всегда путался под ногами, и аккуратно, с инженерной точностью, обвил его вокруг Машкиной шеи.

Она даже не проснулась.

Датчики давления зафиксировали пульс, потом его отсутствие.

Миссия выполнена. Месть за измену, за то, что она хотела его заменить, свершилась.

 

Утром приехала полиция. Соседи слышали крик? Нет.

 

Нашли отпечатки Егорки на изголовье кровати.

 

Мотив? — Ревность.

 

Алиби? — Нет.

 

А робот тихо стоял в углу, мигая синим индикатором, и беззвучно смеялся своим железным ртом. Егорку увезли.

 

И вот сидит он на нарах и думает о том, как доказать миру, что его предал древний мойщик окон с глючным ИИ.

Пятнадцать лет. За убийство, которое совершил робот, обиженный на хозяйку за насмешки.

 

Таганка, все ночи полные огня…