Вождь долго искал себе секретаря. Слишком уж он был придирчив и требователен. И вот однажды ему представили Поскрёбышева. Тот подошёл по всем параметрам – внимателен, исполнителен, грамотен, стрессоустойчив, работоспособен, политически подкован.

С первых дней работы Поскрёбышев начал проявлять свои лучшие качества. Вождь не успеет подумать о каком-либо поручении, а секретарь уже мчится на всех парах его исполнять.

В начале 30-х годов Сталин выдвинул тезис об обострении классовой борьбы по мере продвижения к социализму, и работы, особенно печатной, у Поскрёбышева прибавилось. Но, не смотря на это, со всеми поручениями вождя он справлялся блестяще.

Так прошло несколько лет.

Эксцесс случился незадолго до войны, году в 39-м, 40-м.

В тот вечер работы у Поскрёбышева было особенно много. Пришлось печатать около десятка важных документов, он остался без обеда. Кроме того, с утра он почувствовал некоторое недомогание, а уйти на больничный не решился.

В 10-м часу вечера он принёс документы на подпись вождю.

Протянув Сталину его приказ о назначении маршала Калиновского командующим R-ским военным округом, Поскрёбышев, как и полагалось, копию приказа оставил у себя в руках. Сталин читал оригинал приказа, а секретарь – копию.

Дочитав до конца листа, Поскрёбышев обомлел, увидев ужасную опечатку. В конце страницы было напечатано: Генеральный секретарь ЦК ВКПб Сталин. Всё бы ничего, но в фамилии вождя вместо “т“ красовалась предательская “р“. “Как я мог так ошибиться? Хотя, понятно. На клавиатуре эти буквы находятся рядом. Усталость, недомогание – всё это накопилось, и я ошибся. Теперь он расстреляет меня,“ – подумал Поскрёбышев и потерял сознание.

Обморок длился недолго, минуту, не более. Открыв глаза, наш секретарь с изумлением стал наблюдать прелюбопытнейшую картину: Сталин, выронив свою любимую трубку, катался по кожаному дивану, не в силах справиться с приступом смеха. “Ну ты и рассмешил меня, дружище,“ – с трудом успокоившись, сказал вождь.

Они проработали вместе ещё много лет. Иногда, как бы в отместку за тот случай, Сталин произносил фамилию своего секретаря, не проговаривая при этом первые 5 букв. Секретарь не обижался.