Каяла

так в смертельной битве драконом ранен, прижимая крестик простой к губам,

царский сын, дурак, умирает Ваня, потому что нынче ему - судьба,

и про "долго", "счастливо" врет легенда - сказ обманчив так же, как и добро -

никакого, девочка, хэппи-энда: кладенец, дракон и сосновый гроб.

Про финал счастливый потом допишет Афанасьев, сделает Васнецов

сто картинок ярких для детских книжек: алконосты, сирины. Но концов

в этой жизни радостных не бывает: бесконечны списки твоих утрат.

Русский бог, герой, умирает Ваня, - не дотянет, кажется, до утра.

Заполняют терем чужие лица, бабы варят мрачным гостям кутью.

Шепчет мужу мудрая Василиса: "И не вздумай даже. Умрешь - убью.

Что дракон? - Горыныч, змея без яда, не опасней кошки такой ничуть.

Я умней Сократа и Гиппократа, мне любая смерть твоя по плечу.

Сколько раз сражался ты в чистом поле, не боясь, что голову сложишь там,

сбереженный только моей любовью, что кольчуги крепче, прочней щита.

У реки Каялы студены воды, плачут флейты - скорбные камыши.

Не найдешь ни лодки назад, ни брода.

Сказки врут, но ты мне навеки отдан,

смерти нет, и я говорю:

"Дыши!".

Голосовать