И лета травоспелость, и леты забытьё
Бреду по строчкам-травам,
опавшим с головы,
выдумываю право
оставшимся в живых
качаться - не кончаться,
ветрищам вопреки,
но кажется, всё чаще -
рефрен в конце строки.
Всё вызрело и спелось
не катаньем - мытьём:
и лета травоспелость,
и леты забытьё.
Горю, не узнавая,
купина ль, розмарин?
Горюю у завалин
заброшенных марин.
Зареванная местность,
намоленная рвань,
вне времени завеса,
вне памяти провал,
где ищет скальд небритый,
недаровитый бард
свет фонарей разбитых,
заложенных в ломбард.
