Дорогие друзья,
По вторникам в нашей рубрике ваши стихи критикует Neihardt
Автор: KusturicaangСтихотворение: Собака души
Стихотворение о творчестве, поэтах и поэзии, наверное, есть у любого, кто пробовал себя в поэтическом творчестве. Не исключение – и поэты «Поэмбука». Сегодня поговорим о стихотворении «Собака души» автора Kusturicaang, тоже посвященного этой теме.
В четырех катренах автор пытался передать ощущения человека, испытывающего одновременно и страдание, и радость от творческого процесса. При этом для обозначения творчества используется довольно сложный метафорический образ – «Души, бредущей в неизвестность, Большая рыжая собака».
Собака в традиционной литературной трактовке ассоциируется с верностью, защитой, преданной и бескорыстной дружбой. Не случайно люди, неуверенные в себе и одинокие, в наши дни часто заводят себе больших собак. Вот и у лирического героя в этом стихотворении собака-творчество надежно охраняет душу от «бесов». Парадоксально, но факт: для борьбы со стереотипами использован, в общем-то, традиционный, почти стереотипный образ безукоризненного защитника. И стихотворение, на мой взгляд, во многом удалось. Некоторые недочеты, всплывающие при построфном анализе, конечно есть, но, как тут верно подметили комментаторы, любящие давать критику на критику, покопавшись, можно найти странности в любом произведении (даже заведомо признанном гениальным).
«О, поэтическое рвенье!
От напряженья лезет грыжа.
Но вот, приходит вдохновенье...
- Закрыв глаза я ясно вижу…».
Первая строка содержит довольно распространенный поэтический прием – прямое обращение к описываемому предмету или явлению, адресное восклицание. В одах минувших времен – довольно стандартный, между прочим, способ обратить внимание читателя на главную тему произведения. Правда, в такой вечной теме он, наверное, имеет право на существование.
Но «высокий штиль» оды уже во второй строке «убит насмерть» физиологическими подробностями насчет грыжи. Да простит мне автор эту иронию, так и хочется посоветовать вашему герою приобрести пояс штангиста или хотя бы подкачать мускулы брюшного пресса. Вряд ли вы, уважаемый автор, хотели добиться от читателя именно такой реакции.
Маленькое замечание по грамматике: если следующая строфа начинается со слова «как», то уместнее поставить после слова «вижу» не двоеточие, а запятую.
«Как корчатся стереотипы
Под огненно-мохнатой лапой;
Я слышу стоны их и хрипы;
Я чувствую их жженный запах».
Признаюсь, образ стереотипов как живых существ пришелся мне по душе. Вот, только что за лапа их попирает, мы узнаем только в последнем катрене...
Мелодика третьей строки немного нарушена: достаточно произнести вслух сочетание «стоны их и хрипы». Хотя, вполне возможно, автор добивался именно того, чтобы при чтении вслух строка «хрипела и всхрапывала» на букве «х».
Серьёзное замечание касается и написания слова. «Жжёный» пишется с одной «н». С двумя было бы «сожжённый». Просьба к автору быть внимательнее к орфографии, поскольку такие недоразумения серьёзно затрудняют чтение стихов для грамотного человека: ошибки и опечатки способны затенить собой смысл, а он в ваших стихах есть.
«О, эта мука слаще счастья!
- Давить и жечь ригидных бесов,
И в их разорванные пасти
Швырять ошметки "старой песни"»
Этот катрен мне кажется самым неудавшимся в стихотворении. Причины этого таковы: слово «ригидный» вряд ли правильно поймет тот читатель, который не знаком с медицинской терминологией.
В словарях это слово трактуется как перевод с латинского: «жесткий, твердый». Физиологи используют его как синоним тугоподвижности: «при травматической контрактуре колена ходьба затруднена вследствие ригидности сустава, хотя конечность может и сохранить опорную функцию». Психологи и психиатры говорят о «когнитивной ригидности», когда человек буквально закосневает и становится неспособен к восприятию новых знаний, о «мотивационной ригидности», когда пациент не может менять свои пристрастия и формировать новые привычки и даже об «аффективной ригидности», если речь идет о неизменности эмоциональной оценки тех или иных событий. Конечно, поэт говорил, скорее всего, о когнитивной и мотивационной ригидности, но стоит ли вставлять в стихи слово, ради которого читателю потребуется лезть в словарь?
Еще одна странность на грани абсурда – «швырять в пасти бесов ошметки «старой песни»». Если цель творчества – уничтожение этих бесов, зачем тогда их подкармливать, хотя бы даже и столь экзотическим способом?.. Или это – попытка лирического героя душить своих врагов, забивая им пасти?
«О, Творчество! - Ты боль и нежность,
И очищение от мрака;
Души, бредущей в неизвестность,
Большая рыжая собака».
…И наконец, в финальном катрене мы узнаем, что рвала, душила и даже жгла бесов собака. Не очень понятно, как жгла: она просто рыжая, а не огненная, как поэт намекает в первом катрене. Сомнительно и слово «нежность»: до сих пор мы наблюдали бой творчества со стереотипами, от проявления какой-либо нежности весьма далёкий. К хозяину-поэту эта собака не ластится, руку после драки с его врагами не лизнёт. Неужели это слово присутствует здесь только ради рифмы – между прочим, неточной?..
К чести автора, ритм и размер в стихотворении выдержан хорошо. Схема первого катрена:
!--!---!- (9) а
!--!-!-!- (9) б
!--!---!- (9) а
-!-!!!-!- (9) б
По схеме это – акцентная тоника с «женской» перекрестной рифмой. В четвертой строке «лишнее» ударение (икта) редуцируется за счет того, что падает на местоимение «я».
Примерно так же построено и все стихотворение, а соблюдение одинакового числа слогов в строке делает ритм особенно четким.
Рифмопары не всегда точны: «счастье – пасти», «бесов – песни», «нежность – неизвестность». Но в данном случае восприятию текста это практически не препятствует.
Спасибо автору за доверие. Творческих удач!
___________________________________
Автор: LightfallСтихотворение: Шприцы
Автор не единожды предлагал мне проанализировать именно это его творение. Видимо, у уважаемого lightfall эти стихи связаны с какими-то особенными эмоциями... Признаться откровенно, долго не доходили руки, за что приношу извинения. И еще мне, видимо, придется заранее извиниться за резкость слов и категоричность суждений по отношению к представленному на критику произведению.
Стихотворение опубликовано под рубрикой «элегия». Если буквально переводить с греческого, «жалобная песня, медитативный вид лирики, в котором описание идеального пейзажа или рассуждение лирического героя (в форме первого лица) выражает сентиментальный взгляд насущность человеческих отношений или природу поэтического творчества, на судьбу человека вообще, мироустройство или устройство общества». (Литературоведческий энциклопедический словарь).
На мой взгляд, о сентиментальном и философском взгляде на жизнь, человеческие взаимоотношения и поэтическое творчество речь в стихах тут уж точно не идет. Несмотря на попытку автора использовать хореальный метр, столь любимый элегистами 19 века, стихи более похожи на детскую считалку, чем на печальные глубокомысленные размышления. Способствует этому сходству повторение некоторых слов и строк.
Традиционный для элегии «пейзажный элемент» - описание природы, навевающее грусть и подталкивающее к размышлениям – отсутствует. Впрочем, некоторые литературоведы считают, что требование его наличия устарело примерно 150-200 лет назад. Сегодня жанр элегии более свободен, и сильно придираться не будем. Но еще один аргумент в пользу того, что конкретно эти стихи – не элегия, пожалуй, найден.
Элегия должна быть сентиментальна и мудра. А здесь после «криков» о том, как поэту несладко и больно, вдруг «всплывает» фраза «Что там грустного, ребятки!». Вот, сижу, гадаю: это неудавшаяся самоирония автора или всего лишь цинизм лирического героя?
У всякого стихотворения, говоря словами небезызвестного персонажа Николая Носова, «должны быть смысл и рифма…». Перечитав строки заявленного стихотворения несколько раз, критик смог уловить только одну-единственную, вполне открыто указанную автором идею: «Вся учёба мне - как шприц». Перевожу с авторского на русский: «процесс получения новых знаний ассоциируется у лирического героя с медицинским инструментом для малоприятной процедуры – уколов».
Но выше приведенная фраза звучит лишь в третьем – финальном – катрене. А до этих пор читателю предоставлена полнейшая свобода догадываться, чем это таким экзотическим захворал лирический герой, что ему делают столько инъекций… «Перевернутая», инверсивная композиция стихотворения, наверное, по замыслу автора должна была придавать произведению некую интригу? По-моему, это не удалось. А чтобы понять, почему, займёмся подробным чтением:
«В ухо, нос, глаза и пятки
Шприц кольнул меня ребятки,
В ухо, нос, глаза и пятки,
Сердце плачет мне не сладко!»
До тех пор, пока читатель не в курсе, что шприцы с уколами – это всего лишь символ надоевших до предела учителей-мучителей. Каюсь, при подготовке рецензии мной был проведен небольшой эксперимент. Первая строфа стихотворения была показана одному врачу. И оказалось, что фактических неточностей в ней немало. Например, в ухо, где мало мягких тканей, но зато есть тонкая кожа, сосуды, нервы и хрящи, классических уколов шприцом как правило вообще не ставят. Если уж и колют – то специальными акупунктурными иглами в процессе рефлексотерапии по старинной китайской методике. А иглы эти настолько тонки, что пациенту почти не больно. Так что образ лирического героя-страдальца разваливается уже на слове «в ухо». Кстати, если бы уколы в ухо были настолько болезненны, как у вашего персонажа, люди не носили бы серёг...
В нос инъекции делают при косметической коррекции внешности (операция ринопластики, фаза обезболивания). Уже второго укола пациент не чувствует – начинает действовать новокаин. Так что с носом - тоже никаких жестоких страданий. Еще иногда вводят иглу через ноздри, когда освобождают от воспалительного экссудата носовые пазухи при гайморите. Это хотя бы реально больно бывает… Но - недолго! По крайней мере – на неоднократное повторение первой строки этих стихов страданий точно не хватит.
Передняя оболочка глазного яблока и склера бедны нервными окончаниями настолько, что укол непосредственно в глаз не чувствуется, пока игла не достигнет глазного дна, где имеется «слепое пятно» - точка выхода глазного нерва.
А в пятку игла шприца вообще попадает только с сильным обезболивающим. Кость там губчатая. При травме ноги или необходимости хирургического вмешательства врач вводит в определённое место в кости дозу того же новокаина, например. И благодаря пористой структуре кости лекарство медленно всасывается в кровь. Таким образом продлевается время действия местного наркоза, стопа онемевает на полчаса-час, и можно спокойно вправить вывих, зашить порез или отнять обмороженный палец. Как видим, нейтральный сторонний читатель (доктор) понял смысл первой строфы буквально – так, как написано. Потому что задуманная автором образность, загнанная в конец текста, здесь не работает.
«Сердце плачет» - устоявшееся выражение, старая метафора, которая яркости стихам не добавляет, скорее – делает строку какой-то истасканной. Кстати, в строке «Сердце плачет, мне несладко», слово «несладко» стоит написать слитно. А раздельно писалось бы, например, в такой фразе: «Это яблоко не сладко, а горько».
«В руки, щёку, пальцы, ногти
Шприц меня и в мозг!
Что там грустного ребятки!
Шприц кольнул и в кость.»
Продолжается нелепое (на мой взгляд) описание истязания лирического героя при помощи шприца… А не попал ли он у вас, уважаемый автор, в лапы медика-садиста?.. J Уколы-то делают явно куда-то не туда. Кстати, в кость его уже кололи – в пяточную.
Оставим в стороне возможность инъекций непосредственно в мозг, довольно и того, что доктор далее читать отказался. J А мы прочтем строку «Шприц меня и в мозг!Ё» вслух и поймем, что эта злосчастная буква «Ё», прилипшая к мягкому знаку, и, вероятно, являющаяся простой опечаткой, придала тексту пошлую семантику, которой, вероятно, и не было в авторской задумке.
Ощущение абсурдности содержания стихов усиливается тем, что злодеи, которые у вас мучат лирического героя, совершенно обезличены. Сам по себе шприц не колет, он должен быть в чьих-то руках. А тут до последнего не ясно, в чьих… Хотя спиной к истязателю никого не поворачивали, и в «штатное» инъекционное место – в ягодицу – не кололи.
А третья строка катрена - Что там грустного, ребятки! - видимо, должна придавать произведению иронический эффект? Сомнительно, на мой взгляд. А вот то, что основное
«Вся учёба мне как шприц,
Больно… больно! Мне не сладко!
Учат, учат! Столько лиц,
День за днём дают загадку!»
Загадку, друг мой, не дают, а задают. И почему у вас в процессе учёбы лирическому герою задают одну и ту же загадку – все эти лица, которых невесть сколько? Да еще и день за днем? И какая эта загадка, которую вам, знаете ли, давно пора было разгадать – глядишь, и отстали бы злодеи со шприцами? Чему вашего лирического героя учат столь безжалостным методом?.. Или всё это стихотворение написано с единственной целью – сказать потом читателю, задавшему все эти вопросы, что «Вот видите, никто меня, бедного поэта, не понимает!»?
1. О форме. С размерами в силлабо-тоническом стихосложении вы, несомненно, знакомы. Если составить схему вашего стихотворения, она будет выглядеть так:
!-!-!-!- (8)
!-!-!-!- (8)
!-!-!-!- (8)
!-!-!-!- (8)
!-!-!-!- (8)
!-!-!! (6)
!-!-!-!- (8)
!-!-! (5)
!-!-!-! (7)
!-!-!-!- (8)
!-!-!-! (7)
!-!-!-!- (8)
По всей видимости, автор желал написать стихи четырехстопным хореем. Но вот беда – второй катрен подкачал. В его второй и четвертой строке явно слов не хватает для поддержания ритма. Совет, уже неоднократно звучавший здесь: перед публикацией читайте свои стихи вслух. Если так и хочется в строчке добавить еще слово-другое, значит, размер не выдержан. Кстати, схема показывает, насколько неуместно ваше «приклеенное» к восклицательному знаку «Ё». (информация на всякий случай: там, где эта буква есть, она всегда «забирает» на себя ударение, так что здесь в строке становится больше на один ударный слог)
О рифме. Тип рифмовки по меньшей мере странен. Например, в первой строфе мы явно имеем дело не с рифмопарой, а как бы это поаккуратней сказать, рифмотройкой: «пятки» - «ребятки» - «сладко». Причем, так как строки не три а четыре, одно из слов автор назойливо повторяет. Во втором катрене рифмы просто нет, потому что «ребятки» и «ногти» совпадают лишь по конечной гласной, а «мозг» не рифмуется с «костью» даже если присобачить к нему эту трижды уже помянутую, нелепую в данном контексте букву «Ё». Третий катрен срифмован более-менее прилично по схеме АбАб (напомним, что прописной буквой в схеме обозначается «сильная», «мужская» рифма с ударением на конечном слоге, а строчной – «слабая», заканчивающаяся на безударный слог «женская» рифма). Вывод: о принципах рифмовки слов в традиционном стихосложении автор слышал, но на практике применить их не смог или не захотел.
Резюмируя сказанное выше и ни в коей мере не желая нанести автору обиду, отдадим должное правде: стихи получились слабые. Тема – из разряда тех, которые принято называть мелкими. Трудно и найти аудиторию, которой эти стихи будут интересны – стало быть, о читательском адресе своего произведения автор не думал. Лично мне не по душе стихи «рваные», страдающие нарушениями внутренней логики повествования и фактическими неточностями. Образный ряд беден: периодически повторяются одни и те же слова и целые строки, которые при этом не несут функций рефрена – а значит, текст тоже не украшают. Да еще со знаками препинания автор решил не церемониться: панибратское обращение «ребятки», например, нужно выделять запятыми, как любое другое обращение. А сложносочиненные предложения в русском языке принято запятыми же и разделять. Здесь об этом начисто забыто.
Варианты правки этих стихов я, пожалуй, предлагать не буду. Это «проходные» строчки молодого автора, и настанет время, когда он еще выработает свой стиль, найдет свою тематику, выйдет на свою читательскую аудиторию. Если конечно, будет трудиться над совершенно «сырыми» стихами, а не стремиться опубликовать их сразу.
Удачи в творчестве!
