Ищу Критика! Среда.

Уважаемые авторы и читатели!
 
Мы продолжаем нашу постоянную рубрику «Ищу критика!»
 
Сегодня среда, а значит ваши стихи критикует Neihardt
 
Завтра – продолжение рубрики!
 
 
Автор: Khelga
Стихотворение: На Тибет
 
Наверное, плохие стихи анализировать легче: там ошибки очевиднее, а советы по улучшению качества текста недалеко уходят от рекомендаций учителя русского языка своим двоечникам… Но зато работа критика там, где поэт постарался на совесть, гораздо интереснее.
Уважаемый автор Khelga, у вас получилось неплохое стихотворение. И раскладывать его по полочкам, пожалуй, будет нелегко. Зато читать – приятно. Спасибо вам за ваш труд и талант.
Это – лирика. Как правило, в лирике нет повествовательности, сюжетные линии скрыты за поэтической интерпретацией переживаний автора или лирического героя. Главное – смысл и эмоциональное наполнение. «На Тибет» в избытке содержит личные переживания лирической героини – пока стучат колеса поезда, перед читателем раскрывается ее внутренний мир, где есть место и мечте, и любви, и простому земному желанию физического и душевного комфорта. Значит, к лирике можно отнести эти стихи с полным правом.
Правда, раскрытие происходит за счет постоянно сменяющих друг друга картинок, как в кинематографе или видеоклипе. Кое-какие картины ясны, другие – «туманятся», оставляя вдумчивому читателю право самому достроить композицию, додуматься до ее смысла. Но в данном случае «клиповость» сознания лирической героини, на мой взгляд, не портит стихотворения, более того – работает ему на пользу. В конце концов, когда мы смотрим на мир из окна поезда, у нас перед глазами тоже мелькают картинки. Когда вместо экзотического Тибета за окном возникает серый городской перрон, этому уже не удивляешься. Финал ожидаем: мечте суждено до поры оставаться мечтой.
Итак, спасибо за идею и ее воплощение. Теперь приступим к подробностям. Считаю своим долгом предупредить, что выражаю мнение вполне конкретного читателя – свое собственное, и если скажу что-то не слишком приятное, вы вправе это мнение не принимать.
При чтении вслух стихи звучат ритмично, стройно, но запись в представленной форме лично мне читать мешает. Почему бы не записать катрены в традиционной, привычной русскому стихосложению форме?
«Идет мой поезд на Тибет.
Хотя такого не бывает.
Москва плечами пожимает,
Пророчит суету сует».
На мой взгляд, на листе бумаги или на экране электронной книги это смотрится не хуже. Впрочем, можете считать это брюзжанием старого ортодокса. J В дальнейшем обзоре будем придерживаться авторской формы подачи стихотворения.
При чтении этой строфы возникает всего один вопрос: почему «такого не бывает». Может, не до самых вершин ходят поезда, но в предгорьях Тибета сейчас железные дороги уже есть. Англичане начали строить их на территории современного Непала еще на заре XX века. Из Москвы, скорее всего, придется ехать с пересадками, но ничего невозможного нет…
Олицетворение, очеловечивание Москвы, которая «плечами пожимает» - вполне к месту. По ассоциации вспоминается Булгаков, для которого Москва, если верить его дневниковым записям, была подчас похожа на «сорокалетнюю увядающую женщину, безмужнюю, скандальную, усталую от своей суетливой, никчемной жизни».

«Идет мой поезд на Тибет. Стучит о рельсы статным телом. Отары облаков дебелых дискретно застят белый свет».
Понравились строки «Отары облаков дебелых дискретно застят белый свет». «Картинка» состоялась, хотя, возможно, современному читателю и придется объяснить, что определение «дебелый» относится к пышнотелости, дородности – вполне подходит для облаков, которые автор сравнил с отарой тучных овец. Физический термин «дискретно» замечательно иллюстрирует смену света и тени, когда облака при быстром движении поезда периодически закрывают солнце. Дискретность – буквально «разделенность» - антипод непрерывности, скачкообразность, дробность. В общей топологии называют дискретным множество, которое состоит из отдельных точек. Ощущение просмотра клипа или даже коллекции слайдов, состоящей из отдельных кадров, от применения этого слова только усиливается.
Но в этой строфе есть и сомнительный момент – строка «Стучит о рельсы статным телом». Наверное, все-таки на рельсах находится не само «тело» поезда, а колёса? Если поезд по рельсам стучит уже «телом» - то реборда с рельса сошла, движение идет по инерции, и мы имеем дело с крушением, а не с благополучной поездкой. Возможно, автору стоит подумать об изменении формулировки, чтобы избежать потери смысла фразы.   

«Идет мой поезд на Тибет. В нем доброхотка-проводница в чай подольет святой водицы и вкрошит камнеломки цвет».
Признаться, никогда не доводилось пробовать чая с камнеломкой. Должно быть, вкусно? Строки подкупают своей простотой, но эта милая обыденность добавляет прелести образу проводницы. Не понравилось лишь слово «вкрошит» - на мой взгляд, оно коряво. Возможно, его стоит заменить.

«Идет мой поезд на Тибет. В нем простыни - что снег предгорий, уклон подушек рефлекторен, и занавесок трепет сед».
Эта строфа по смысловому наполнению, на мой взгляд, перегружена неточными ассоциациями. Рефлекс – стереотипная, не управляемая сознанием реакция живого организма, обладающего нервной системой: если вы коснетесь горячего, рука рефлекторно отдёрнется, если врач надавит или стукнет определенную точку на теле, человек дёрнет ногой (проверка сухожильного рефлекса). Мне кажется, что рефлекторный уклон подушек – громоздкая метафора. И почему трепет занавесок – сед? Седина – признак почтенного возраста, в иносказании – синоним выцветшего, белесого цвета: «Дед Кузьма - кузьминский житель, дед - седая борода». (Ольга Никитина), «По седым по ковылям ехали казаки» (народная песня). Сами занавески, как мне кажется, могут быть «седого» цвета (застираны, покрыты пылью). Но не их трепет.

«Идет мой поезд на Тибет. В наушниках - истерик Гарик. Да, сука Сукачев в ударе, врачует, как буддистский дед»
Бедный музыкант… Наверное, с такой «нехорошей» фамилией ему «доставалось» еще в школе. Хотя, знатоки утверждают, что фамилия Сукачёвых происходит не от названия самки собаки. «Сукачами» в Поволжье называли мастеров, которые вьют верёвки: «Рыбаки починяли сети. Трое сукачей, сидя прямо на песке, ловко сучили-крутили руками новые чалки, придерживая готовую бухточку пальцами босых ног» (Степан Архангелогородский).  В Псковской губернии есть диалектное слово «сукать» - искать, а также распутывать…  
На мой взгляд слово «сука» здесь – абсолютно лишнее. Оно безобидно лишь в виде кинологического термина: «От бешенства рекомендуется прививать собак после месячного возраста, но при эпидемии или доказанном случае заболевания в конкретном питомнике допустимо вводить вакцину поголовно всем собакам, включая щенков и кормящих сук» (из ветеринарного справочника). Во всех остальных случаях слово традиционно воспринимается как бранное, с выраженной негативной экспрессивной окраской. Трудно поверить в то, что лирическая героиня стихотворения, как некоторые некультурные граждане, вворачивает в свою речь скверные словечки вместо междометий («Вот я, блин, вчера, блин, объелся блинами…»). Судя по общей лексике стихотворения, у лирической героини достаточно широк кругозор, чтобы в таких «связках» и «вставках» не нуждаться. За что же вы знаменитость-то – и сукой «приложили»? Неужели за то, что он - истерик? Простите талантливого артиста, скажите как-нибудь по-другому. J  

«Мою шифрованную душу. Идет мой поезд на Тибет, я слышу стыков рикошет, я глупо радуюсь и трушу».
Два вопроса: почему душа – шифрованная и чего «трусит» лирическая героиня? Камнеломкой ее не отравили, путешествие, как будто, пока неприятных сюрпризов не обещает… Читать, на мой взгляд, странновато!
Слово «рикошет», как мне кажется, употреблено не совсем правильно. Оно происходит от французского и означает «отразиться, отпрянуть, отскочить». «Рикошетит» пуля или снаряд, если попадает в упругую мишень. У меня как-то кадеты на уроке в тире рикошетом ранили стрелкового инструктора – пуля из «мелкашки» отскочила от обода пулеприемника и отлетела туда, где находиться считалось безопасным... Рикошет не может относится к стыкам рельс – а то получится, что эти рельсы взорвались, и от днища вагона рикошетят их осколки.
 
«И я резонно представляю: легки молитвенные флаги, медлительно-косматы яки. Багровым всполохом встречает
монаший слаженный отряд. Ползет по склонам камнеломка. Предгорий снег сияет кромкой. И Джомолунгма нарасхват».
Картинка снова сменилась: воображение героини рисует пейзажи Тибета. Возможно, не стоило писать через дефис «медлительно-косматы» - это разные свойства: «медлительны, косматы яки». И почему монахи кажутся багровым сполохом? У монахов-буддистов одежды оранжевого, а не багрового цвета. Кого монахи встречают? И, наконец, что означает «Джомолунгма нарасхват»? Здесь «отснятый» автором «клип» потерял свою внутреннюю логику, картина утратила целостность. Впрочем, повторюсь, это – мнение одного конкретного читателя-критика…  

«И вдруг - туманится Тибет. И снова резкий рок шарашит из тел российских телебашен; а синих скал в помине нет»
Признаюсь, сочетание «рок шарашит» предоставило еще немного пищи моему недоумению.  Некрасивое само по себе, просторечное слово «шарашит» (ошарашивает?) да еще и «из тел российских телебашен»… Мы путешествовали на поезде или смотрели концерт по телевизору?

«Мой кислород, в пальто одет, рукою машет на перроне. Перрон неярко сир и скромен. А як поодаль - наш секрет».
Несомненно, интересен и своеобразен троп «мой кислород» - ассоциативное перенесение названия газа, которым дышат, на любимого человека. Говорят же о любимых: «Только тобой и дышу»… Но кислород, одетый в пальто – это уже и смех способно вызвать… Вряд ли автор намеревался вынудить читателя иронически улыбнуться – стихи-то довольно серьёзные.
Теперь о форме стихотворения. Спасибо автору за грамотность и уважение к законам русскоязычного стихосложения. Сегодня многие поэты объявляют «поиском новых форм» банальный недостаток знаний или неумение ими пользоваться, поэтому видеть, что кто-то подобными «поисками» не занимается, развиваясь в творчестве на добротной классической базе, лично для меня – весьма отрадно. 
Стихотворение - четырехстопный ямб с редкой ныне «опоясывающей» рифмой АВВА в каждой строфе. В первой и четвертой строке – «мужская» рифма, завершающая строку сильным, ударным слогом. Эту рифму при такой схеме рифмовки еще называют «опорной» - она держит весь ритм. «Женская» рифма второй и третьей строк придает стихотворению плавность и повествовательность. Видно, что автор с формой тщательно поработал.  
Схема строфы:
-! -! -! -! (А)
-! -! -! -!-(в)
-! -! -! -!-(в)
-! -! -! -!(А)
К самим рифмопарам, пожалуй, нареканий нет: даже если рифма не точна академически, она звучит вполне созвучно. Глагольная рифма встречается только дважды, и её, наверное, легко было бы заменить, других банальностей не наблюдается. «Предгорий» - «рефлекторен», «проводница» - «водица», «Гарик» - «в ударе», - всё это читается легко, хорошо удерживает ритм и мелодику стихотворения. Несомненно, в лице автора Khelga мы имеем поэта, который любит работать со словом.   
Признаться, несмотря на все вышеперечисленные недочеты текста, при чтении этого стихотворения у меня возникло чувство благодарности автору и уважение к его таланту и трудолюбию. А совет «чаще поворачивать стиль», который здесь можно дать, может быть применим к творчеству любого литератора.
 ________________
 
Автор: Adelina19042000
Стихотворение: Мой Казахстан

Автор Adelina19042000 выбрала для своего стихотворения тему почти неисчерпаемую - любовь к родному краю. Мало кто из литераторов и ранее, и в наши дни, к этой теме не обращался. Казалось бы – чего проще: описать прелести пейзажа родины, который хорошо знаешь, добавить пару слов о высоких духовных качествах своего талантливого, гордого и доброго народа, о его героической истории или надеждах на будущее – и дело сделано… Но простота эта – кажущаяся. Молодому поэту здесь так легко погрязнуть в приевшихся банальностях, перегрузить стихотворение национальным колоритом или даже скатиться к некоему утверждению своего превосходства над другими по местническому признаку…  Поэтому для начала – спасибо автору за то, что не ищет лёгких путей. Это, на мой взгляд, один из признаков готовности к творческому росту.
К сожалению, для читателя осталось «за кадром», на каком языке изначально было написано это стихотворение. Не переводил ли автор собственные стихи с казахского? И является ли русский язык хотя бы в какой-то мере родным для Аделины?  Пока же будем говорить о том тексте, которым располагаем в данный момент. 
Итак, идея стихотворения пришлась мне по душе. На пользу этой идее, как мне видится, должен работать и незамысловатый стиль произведения – без вычурных метафор, без какого-либо эксперимента с формой. Текст незатейливо повествует о том, как дорог поэту родной край… Но в этой простоте кроются и, своего рода, «подводные камни», которые мешают читателю разделить восторг поэта.
Прочтем первую строфу:
Люблю тебя, мой Казахстан!
Люблю твои озера,
Люблю степей бескрайних океан,
Твои поля и горы.
Эмоциональная составляющая текста конкретно и недвусмысленно выражена троекратно повторенным словом «люблю». Но, извините за мою дотошность, автор не счёл нужным поделиться этой большой любовью так, чтобы читателю тоже захотелось полюбить этот край. Возможно, стихи спасла бы чуть более глубокая проработка описательной части, которая могла дать нам ответ на многие вопросы. На мой взгляд, читателю не видно, чем конкретно казахстанские озера привлекательнее, скажем, карельских, сибирских или даже канадских? В чём прелесть этой степи по сравнению с ковыльными просторами Поволжья? В чём отличие полей и гор от тоже весьма живописного ландшафта Крыма, Урала или Шотландии? А если поэт не считает нужным «разжёвывать» для просвещенного читателя то, что самим жителям этих мест кажется совершенно очевидным, то можно хотя бы полнее раскрыть связь с этой землей своего лирического героя. Например, так, как это сделано в песне современного барда Виктора Карасёва:
«Какое мне дело до этой страны,
Где души замшелы, дороги грязны,
Леса да болота, и прОсвету нет…
Но здесь я – всего-то! – родился на свет».
У Виктора и пейзаж величественной красотой, как в Казахстане, не отличается, и откровенно просторечная форма слова «прОсвету» (образованный человек сказал бы: «просвета») может вызвать отторжение читателя своей подчеркнутой «деревенскостью». Но зато нет безликости, и предельно ясно, чем малопривлекательная на вид, полузаброшенная глушь дорога поэту.
В жанре пейзажной лирики очень важно суметь передать, чем именно привлек внимание художника слова тот или иной уголок природы. Почему для поэта прекрасен и неповторим именно этот ландшафт, какие вызывает мысли и чувства его созерцание. Дружеский совет: переделайте начало, поставленные вами перед собой задачи стоят этого труда.      
Продолжим чтение:
«Люблю народ, живущий в них
Люблю их жизнь степную,
Мне рассказал один старик
Про жизнь кочевую».
И снова мы видим признание в любви без раскрытия этой благодатной для любого поэта идеи. К тому же в контексте первой строфы, заканчивающейся словом «горы», получается забавная двусмысленность: кочевники ведут степную жизнь в горах? Ведь в тексте они именно «в них» живут.

«Как любит он сидеть порой
Под ясным летним солнцем,
И на домбре играть свой кюй
О жизни их народца».
Образ старого музыканта из народа – хорош, национальные слова, которые могут быть непонятны читателю, объяснены в примечаниях – всё это замечательно. Но как же безжалостно и грубо убивает весь добрый смысл и в самой строфе и, пожалуй, во всем стихотворении одна досадная неточность словоупотребления! Дело в том, что в русском языке слово «народец» носит уничижительную и пренебрежительную окраску: «Измельчал нынче народец, нет уж ни богатырей, ни гордых красавиц, в семьях всего только по одному ребятёнку народилось – и то радость, старичьё молодых не учит – всё больше ворчит! Словом, не живем – доживаем!» (Игорь Вяльцев). «Народец думал лишь о хлебе, и потому в рабы попал.» (Виктор Конецкий).  Возможно, Аделине казалось, что уменьшительный суффикс подчеркнет скромность казахов или их немногочисленность? Ну, для начала, этот народ не так уж и мал числом, в каждой из трех знакомых мне казахских семей – по четверо или пятеро детишек, род свой беречь в Казахстане умеют. А скромность – не эквивалент униженности. Настоятельная рекомендация: замените это слово, пожалуйста! К слову «солнцем» можно найти немало других рифм – и красивых, и логичных по отношению ко всему тексту.  Подсказывать, пожалуй, не буду: вам соавтор не нужен. J

«О переходе на джайляу
Отары в горы рвутся,
В просторной юрте шанырак
Ковры в ней словно вьются».
Что такое «джайляу» и «шанырак» автор, слава богу, объяснил в примечаниях – не все мы знаем казахский. Правда, по правилам русского языка после «джайляу» должна быть точка – ведь дальше начинается новое предложение. И вторая половина строки вызывает недоумение: шанырак – это конёк юрты кочевника, место, где образующие остов ее крыши шесты сходятся в крестовину и соединяются обручем, оставляющим место для выхода дыма из очага. А коврами устилается отнюдь не потолок (он же делается из кошмы) а пол! Причем же здесь шанырак, и отчего ковры «словно вьются»? Неужели хозяйка подвесила их к самому шаныраку?.. В кочевых жилищах порой разгораживают внутреннее помещение коврами, как пологами, чтобы, например, отделить супружеское ложе от хозяйственной зоны или детской. Но и в этом случае ковры точно не висят на дымоходе! Ковры ручной работы – гордость казахских мастериц, какая из них согласится, чтобы её ковер коптили?..
Финал стихотворения, где аксакал советует читателям для полноты впечатления увидеть красоты его родины своими глазами, мне понравился. В основном - авторским замыслом. А вот к форме стихотворения я, пожалуй, могу высказать немало нареканий, поскольку, по моему скромному мнению, форма должна служить содержанию, а не мешать его правильно понимать.
В стихотворении автором использована преимущественно перекрестная рифмовка схемы АВАВ – первая строка рифмуется с третьей, вторая – с четвертой. Но точно срифмовать автору удается не всегда. Например, «озёра – горы» часто попадается в пейзажной лирике, и если озёрам и горам не сопутствуют красивые, яркие эпитеты, строки начинают выглядеть чересчур привычно. Помните песенку в исполнении Софии Ротару:
«Я люблю, страна, твои озёра,
Я люблю твои леса и горы»…  
То, что прощается текстам, звучащим с эстрады в музыкальном сопровождении, при чтении с листа или с экрана часто выглядит именно как недостатки в стихосложении. Музыка может «спрятать» банальность. Экран её безжалостно выпячивает. Вот мы и получили еще один повод рекомендовать автору переделать начало стихотворения.
Слова «в них» и «старик» рифмой назвать очень тяжело: общая ударная гласная «и» еще не делает это сочетание по-настоящему созвучным.  Рекомендуется поискать другое слово вместо местоимения «в них», тем более, что именно оно и привносит в текст ненужные смысловые оттенки (выше об этом сказано). Плохо сочетается слово «старик» и со словом «ввысь».
Труднее всего подобрать точную рифму, если слова в стихотворении взяты из двух разных языков. К сожалению, автор с этой непростой задачей практически не справился: «порой» и «кюй» не рифмуются, «джайляу» и «шанырак» - тем более. Конечно, автор может задать критику вопрос: «А сами-то вы срифмовать настолько необычные слова сможете?». Попытаюсь. Причем, поставлю себе задачу не отредактировать текст (этим Аделина может заняться и сама), а просто подобрать созвучия, не состоящие в противоречии с содержанием стихотворения. Например, к слову «кюй» подходит рифма «струй». Во-первых, вода для народа с традициями кочевого образа жизни – великая ценность, казахи посвятили немало красивых строк горным ручьям и степным родникам. В журчании чистых струй слышится песня… Автор, подумайте, может стоит сформулировать строфу так, чтобы использовать этот вариант. С «джайляу» сложнее. Это слово обозначает горный луг для летнего выпаса овец, и точные рифмы к нему, наверное, есть в казахском языке. В русском могу предложить аллитерационный вариант: «гуляя». Отара, которая у вас «рвется в горы», ведь скоро будет гулять по этому лугу… К слову «шанырак» по содержанию стихов подходят и БИВУАК кочевников, и МРАК степной ночи, и лай пастушеских СОБАК, без которых не обходится ни одно степное стойбище, и еще много других хороших слов. Вы наверняка найдете массу своих вариантов. Есть простор для авторедактирования и дополнения стихотворения. 
Иногда внешнее сходство слов тоже работает против рифмы. Орёл у автора летает бесшумно, а дети играют шумно. «Бесшумно» и «шумно» - однокоренные слова, отличающиеся только префиксом, их рифмовать точно не стоит. А то выйдет фрагмент старого анекдота про литераторов, рифмующих «ботинок» и «полуботинок».
Еще один вид рифмы, которой злоупотреблять не стоит – глагольная. Глаголы рифмовать легко. Если рифмующихся глаголов слишком много, возникают подозрения в бедности словаря поэта.
Первая строфа задаёт произведению стихотворный размер. В данном случае это, похоже, ямб, но ямб несовершенный, сбивчивый, с нестабильным количеством стоп в строке и даже с «бегающим» иногда ударением:
 -! -! ---!
-! -! -!-
-! -! -! ---!
-! -! -!-
Ритмический рисунок стихотворения страдает от неравного количества стоп в первой и третьей строке. Далее. Схема второй строфы:
-! -! -! -!
-! -! -! -  
---! -! -!
-!--!-
Строфа снова начинается как четырехстопная ямбическая, но уже с третьей строфы с ритмом – просто беда. Надо переделывать! Неплохо выдержан размер в третьей, пятой и шестой – финальной – строфах, но в целом стихотворение не создает ощущения напевности, которая очень пригодилась бы по законам жанра.
Дорогая Аделина, ваши стихи – очень юные. Не только потому, что молод их автор. Просто им предстоит еще «вырасти» под вашим пером до действительно прекрасных и неповторимых. Нужно для этого совсем немного: сочинять, набираться опыта, работать над содержанием и формой стихов, не теряя при этом яркости и эмоциональности, присущей молодым стихотворцам. В заключение могу лишь посоветовать больше читать поэзии – в том числе, и казахской. Мудрость старика Джамбула, элегическая грусть и умная ирония чеканных строк Абая, самобытный патриотизм Мухтара, женственная нежность и эмоциональность Марфуги - вам в помощь!