А я спать ложусь потдатый! Велика страна!)))

А то )))

Один сосед мой, девиант, Холит себя зелёным сном, Мир редуцировав в стакан, В котором видит только дно, От исповеди до дебоша В стеклянных гранях изменяя Свет жизни, пьёт, как лошадь, Точней, как конь, осёл, свинья и Прочий, аналогичный скот, Съедобный, гужевой, полезный… Короче, пьёт. Протяжно пьёт. От боливарства до болезни. Если на лестничной площадке Приходится столкнуться нам, То слышу, чую трупно-сладкий Дух, возвещающий «агдам», И вижу цепкого адепта Матраса, мрака, Диониса, А он речёт: - Внесите лепту Для достиженья компромиссу Со склочным миром… - Нате, вот… Даю рассыпчатым движеньем, Сосед стоически берёт, Безрадостно, со снисхожденьем. И прочь идёт. Не в харю - в лик Вкручены очи цвета меди... Я к этой практике привык, Как, впрочем, все мои соседи. Но иногда бывают состоянья, Симптомы их не вытерпеть бумаге, Тогда и мой подъезд, и в целом зданье Трясёт от амплитуд навязчивой абстяги Соседа моего… Болван! Не рассчитал! Чуть бы помедленнее, кони!.. Чувств атрофия. Мысли нищета. Глаза затеряны в ладонях, Голос затерян в ропоте и мате, Пороги сбиты о набойки каблуков… Трясёт весь дом, и думаю я: "Хватит! Сыграю-ка хоть раз в бурундуков… В спасателей. В спасителя, едва ли… Не обезьянки я, ведь - говорю, слышу и вижу. Какой бы дальней не был швалью Этот субъект мне, он мой ближний". Сидеть могу я в равнодушье и тепле, В ящик смотреть, а не вокруг и под ноги… - "Невское". Классику. В стекле. Пошарьте там, пожалуйста, холодное. Пиво беру, в подъезд иду и Прикладываю хлад на сирый лоб… Молвит сосед: - О, мудрый Гудвин! Ты чародей и филантроп!.. - Тебе б не «невского» - бутылочку «козла»!.. Давай. Вставай. Ищи свой зябкий пульс В шелесте ветра, в дребезжании стола, Дыши и помни небо наизусть... ... Соседа взгляд обводит мелом. Иду домой я на диван и чай... Важно не только зла не делать, Важно творить добро… Хотя бы в мелочах.

Еще один наследник Буйницкого нашелся?

Кладите на страничку, и мы зайдем!

Земля и Небо бесконечны, а пивная от меня напротив :)

Мужчина! В поэтичном мире не оголяйся, как в сортире. Ну, выпил, закусить забыл... И что же, всем о том трубить?