Поговорим по душам. Ольга Геращенко. Запись 40

Марина Якимович (Марина): Ольга, я благодарю Вас за согласие дать интервью. Расскажите, пожалуйста, о детстве. О том главном, что было тогда. Что запомнилось? Что было наказанием и наградой? Кто тогда был главным человеком в Вашей жизни. Гера Си (Ольга): Ну, сразу должна сказать, что я дитя Советского Союза во всех смыслах. А значит, детство моё, конечно, было счастливым. Без иронии! Родилась я в семье военнослужащего в Красноярском крае, где отец тогда проходил службу. Пришлось много переезжать, до 5-го класса школу меняла каждый год. Кроме того, одна бабушка жила в Киргизии (Фрунзе, ныне Бишкек), другая - в Грузии (деревня, потом село, а сейчас город – Дманиси). Поэтому летние каникулы я всегда проводила в тёплых краях, чаще в Киргизии. Да, детство – это ещё и Иссык Куль, красивейшее и очень соленое озеро, с которым связаны самые солнечные воспоминания… Семья очень благополучная, очень интеллигентная: слово «дурак» считалось у нас ругательным. Дома была большая библиотека. А ведь книги тогда не так легко было «достать». Что-то покупали родители, а что-то добывали бабушка и тётя (которая работала в каком-то торговом ведомстве) и отправляли в посылках. Эти посылки от бабушки - праздник! С книгами и дефицитными импортными конфетами… и ещё с самодельной пастилой, до сих пор помню её вкус. Читала много, любила. Детство – это книги А. Рыбакова, В. Осеевой (обожала Динку!), К. Булычева, М. Твена, Ф. Купера, М. Рида… Помню, лет в 11-12 втихаря читала «Джейн Эйр»: мама почему-то считала, что мне это не по возрасту, рано. Училась я хорошо, школу окончила с медалью. Надо сказать, что ребенком я была общительным, эдакой заводилой, зажигалкой. Всегда активно участвовала в общественной жизни: была председателем совета дружины, потом – секретарем комитета комсомола школы. И было здорово, мы сами устраивали множество интересных мероприятий. А еще у нас был подшефный детский сад, и мы постоянно организовывали для детишек спектакли, в том числе кукольные, участвовали в подготовке и проведении утренников… Главный человек? Помнится, в седьмом классе мы писали сочинение на тему… что-то вроде: на кого я хочу быть похожим, или мой авторитет. Так вот, я одна из всего класса написала про своего отца. До чего же гордым он пришел с родительского собрания, на котором это было объявлено (до сих пор порой вспоминает). У меня есть младший брат. Думаю, его тоже можно назвать главным человеком, поскольку он отнимал много моего времени: шестилетняя разница в возрасте со всеми вытекающими (пословица есть такая: сначала нянька – потом лялька)… Когда-то я оказывала на него влияние, теперь – наоборот. Хотя один раз в детстве он очень даже на меня повлиял. Однажды я разнылась, что совсем не понимаю физику (надо сказать, нам не повезло с учителем), что просто не могу ничего с этим поделать. А девятилетний пацан мне так серьезно сказал: человек всё может, если захочет! И вот как-то это меня задело, и я все весенние каникулы просидела с учебником Ланцберга и выучила весь годовой школьный курс до конца. Потом на уроках поражалась, как бездарно объясняет темы наш педагог, увы. Кстати, в выпускном классе мы добились его замены. Вопрос про награду и наказание озадачил. Про наказание могу сказать. Однажды в старших классах я совершила серьезный проступок, и мама со мной несколько дней просто не разговаривала. Это был шок. Я понимала, что виновата и страдала очень. С тех пор я просто не выношу такого вида наказания. В моей семье, слава Богу, это не практикуется, и родители больше никогда не применяли ко мне такую меру воздействия. Что касается награды… может быть, радость, а не награда? Большой радостью были летние каникулы у бабушки. В детстве время не летело слишком быстро, три месяца – это была целая жизнь, очень увлекательная! Марина: Расскажите о своем послешкольном выборе пути. Кто влиял на выбор? Как сложилась Ваша жизнь после детства? Ольга: Надо понимать, какой я тогда была идеалисткой, как я стремилась приносить пользу, сеять разумное, доброе, вечное… Сначала я решила, что моё призвание – быть учителем в школе. Потом я решила, что максимальное влияние на учеников может оказывать учитель русского языка и литературы. Ну, и пошла к цели. Влияли скорее против моего выбора, если так можно сказать. Мама кричала: только не учитель, а если учитель – только начальных классов! Учитель математики говорила: какой филфак с твоими математическими мозгами! Тем не менее, филфак окончен, но ни дня по специальности не проработано. Тут уже жизнь в не самых лучших ее проявлениях вносила коррективы. Марина: Расскажите о начале творчества. Кто оказался в этот момент рядом, как это было встречено? Ольга: Если под творчеством понимать не только стихи, то надо сказать, что в детстве я постоянно организовывала какие-то концерты, которые мы показывали даже прямо во дворе, спектакли, в том числе по собственным сценариям. Сценарии я писала и для игр, в которые мы с подружками играли. Короче, что-то придумывала-сочиняла постоянно, и очень любила выступать. Рифмовала, мне кажется, всю жизнь. Но тяга к самовыражению в стихах и серьезное к этому отношение появилось где-то с 2010 года. Был тогда сложный период в жизни, который удачливо совпал с наличием свободного времени. Начала публиковать стихи на сайте «Ты поэт». В то время на этом ресурсе было достаточно интересно и оживлённо. Многие поэмбуковцы, кстати, там «засвечены». Стихи мои были приняты благосклонно, я начала общаться, учиться и… писать, писать, писать. На сайте «Ты поэт» началась моя дружба с Людой Богатырёвой, благодаря которой я заглянула на Поэмбук и не пожалела. За непродолжительное время пребывания здесь я выросла в творческом плане больше, чем когда-либо. Марина: Вам пишется вдохновенно или Вы мучаетесь? Вы продираетесь к каждой находке? Или Вас озаряет? Ольга: я думаю, на эти вопросы Вы чаще всего слышали ответ: бывает по-разному. То, что не мучаюсь, это однозначно. В принципе, я могу писать, что называется, на заказ. Ну, то есть достаточно качественно рифмовать нужную мысль. А вот именно стихи – они приходят. Причём прийти может стих целиком, прямо за час сложиться в таком виде, что и править не буду. Мне самой не ясна природа такого стихосложения: как будто кто-то внутри тебя диктует, только успевай записывать. Но чаще приходит строчка, не всегда начальная. За неё начинают цепляться другие. Что-то начинает складываться, потом шлифоваться, редактироваться… Окончательный вариант может существенно отличаться от исходного. Кроме той первой «пришедшей» строчки, которая остаётся в первозданном виде! Очень часто финал для меня оказывается неожиданным. Помните, как удивила Пушкина Татьяна Ларина, выйдя замуж? Что-то аналогичное происходит порой у меня с моими стихами. Марина: На написание стихотворения легко вдохновляет любовь. Скажите, Ольга, может ли вдохновить ненависть или равнодушие? И что продуктивнее? Ольга: Источником вдохновения могут стать любые эмоции и чувства. Сильно сомневаюсь насчёт равнодушия. Ведь это, по сути, отсутствие какой-либо эмоции, интереса… безучастность. Вдохновляющее равнодушие – это, наверное, всё же оксюморон. А вот ненависть… Первое, что вспомнилось, - Пушкин: Самовластительный злодей! Тебя, твой трон я ненавижу, Твою погибель, смерть детей С жестокой радостию вижу. Кроме того, до ненависти, как известно, лишь шаг от любви. Помните, у Ахматовой: Будь же проклят. Ни словом, ни взглядом Окаянной души не коснусь… Так что, по-всякому бывает. Что же касается продуктивности – опять же, всё индивидуально. Могу, например, сказать, по личному опыту и наблюдениям, очень продуктивна для творчества несчастная любовь. Марина: Ольга, меня Ваши стихи подкупают невероятной образностью и совершенно понятными тропами. Вы пишете: Я объявляю зиму между нами, холодную до скованности пальцев, Я объявляю соло старой вьюги, взбивающей постель ночным длиннотам, Пригублено вино тоски тягучей… А далее следует совершенно позитивный финал: и, задыхаясь, объявляю нежность, а ветошь снега оттепель кромсает. Скажите, как рождалось это стихотворение? Сначала родился замысел, и Вы следовали ему, или Вы отталкивались от какой-то строчки, не зная, к чему Вас выведет? Ольга: О, этот стих был написан специально для конкурса «Доска объявлений». Надо было что-то объявить. И была зима. Пришла первая строчка, которая потянула за собой остальные. Стих возник довольно легко, как будто связан или сплетен, с минимальными правками. Нежность в заключительных строчках – дань грядущей весне и вера в неё (не только как время года). Марина: Что Вас волнует остро? Какая тема частый гость вашего творчества? Ольга: Человек, его жизнь, его внутренний мир, его переживания… О любви пишу много. Я совершенно неспособна написать, скажем, просто пейзажную зарисовку: она у меня всё равно получится привязанной к человеку, к эмоции… Марина: Итак, частый гость Вашего творчества - человек с его внутренним миром. Скажите, Вы говорите в своём творчестве об этом на примере Вашего опыта или это наблюдения? Вы говорите: Собраны камни, засушены травы. Память прогоркла, как будто устала Ждать продолжения. Насколько это о Вас? Ольга: Мои стихи, конечно, зеркало, но всё-таки слегка кривое. Пишу, опираясь на свой жизненный опыт, но больше – по впечатлениям от наблюдаемого, прочитанного, услышанного, просмотренного и т.п. Этот стих – нет, не обо мне. Он написан, я это помню, по впечатлениям от повести Л. Улицкой «Медея и её дети». При этом, когда я говорю «по впечатлениям», я не имею в виду пересказ или даже интерпретацию. Эмоции и размышления могут увести меня достаточно далеко в сторону от их источника. И, повторюсь, рождающийся стих порой начинает жить своей жизнью. Марина: Вы когда-нибудь подражали кому-нить из корифеев? Ольга: Сознательно – нет. Тут на сайте мне пару раз приписывали подражания и аллюзии, но, ей богу, все совпадения случайны, не было таких намерений. Марина: Скажите, Оля, Вы пробовали писать от имени животных? Или вообще неодушевлённых предметов? Это было сложно? Ольга: Отличный вопрос. На него у меня очень короткий ответ: нет. Хотя отчасти, может быть, это проявлялось в детских стихах, которые я писала, когда дочка была маленькой. Я не думаю, что это сложнее, чем писать традиционно от имени человека. Ведь в этом случае мы наделяем персонаж (животное или предмет) человеческими качествами и, значит, снова встаём на привычные рельсы. Надо как-нибудь попробовать ) Марина: Ольга, скажите, много ли из написанного уходит в брак? Ольга: Нет. Какая-то часть уходит в черновики, в заготовки. И потом может быть использована как путём доработки отлежавшегося материала, так и путём совершенно качественной – до неузнаваемости – переработки или вкрапления в другую работу. Марина: Встречая точно выраженную мысль или интересный оборот в чьём-то творчестве, Вы жалеете, что не Вам первой это пришло в голову? Ольга: Ни в коем случае. Вот правда, зависти, по крайней мере в творчестве, нет. Меня это восхищает. Я уже писала в комментариях где-то, что, даже участвуя в конкурсах, читая представленные работы, я забываю, что это конкуренты, и начинаю болеть за понравившиеся. Марина: Ольга, случалось ли, что Вам в лицо говорили, что стихи не нравятся? Вас не задевало? Не терял ли потом этот человек Ваше расположение? Ольга: Прямо-таки в лицо, в реальной жизни, - нет, не случалось. Да я и мало кому показываю свои стихи. Конструктивную критику я получаю здесь, на Поэмбуке, в основном в конкурсах, в которых я стремлюсь участвовать. За восемь месяцев пребывания на сайте я приняла участие в 37 конкурсах! Мне это интересно именно потому, что даёт отклик: я вижу, как воспринимаются мои стихи разными читателями, вижу свои косяки, вижу то, что иногда не всё понятное мне, заложенное в стих, понятно читателю. Это очень ценно. Абсолютно не понимаю авторов, которые в конкурсах обижаются на замечания. Никогда человек не потеряет моего расположения за критику в адрес моих стихов или за то, что они ему не нравятся. Марина: Автора часто охватывают сомнения: «А стоит ли хоть чего-нибудь написанное мною»? У Вас так бывает? К кому Вы идёте с этим? Кто Ваши «строгие ценители и судьи» Ольга: В принципе, я доверяю своему вкусу. Вопрос «а стоит ли…» я решаю каждый раз, когда пишу стихи. И если отвечаю на него «нет», то и стиха просто нет. Надеюсь, что понятно изъяснилась. Любой читатель, высказавший свое мнение, будет мной услышан. Хотя с чем-то, конечно, могу и не согласиться. Марина: Давайте поговорим о Вас самой? Вы какая? Вас можно назвать лёгкой в общении или Вы открываетесь далеко не каждому? Вы доверчивы или подозрительны? Ольга: я патологически честная. Крайне не люблю врать, в том числе и потому, что когда говоришь неправду, то со временем забываешь, какую неправду ты сказал, и говоришь новую неправду (с). В общем, без крайней необходимости – не вру. С людьми схожусь очень легко, но при этом не привязываюсь особо. У меня нет большого количества подруг, отчасти и потому, что не умею часами трындеть по телефону. Скорее доверчива, для моей подозрительности нужны веские основания. А вообще, надо сказать, у меня скверный характер, это факт. По-настоящему осознавать начала это в последние годы. Пытаюсь бороться с собой, с переменным успехом. Но страдают от этого только мои близкие. Воистину, меньше всего любви достается нашим самым любимым людям (с) – это точно про меня. Исключение – Сашка, моё сокровище, моё счастье, моя внучка! Марина: Ольга, что способно Вас зарядить? Что в негативной ситуации может Вам поднять настроение? Ольга: Во-первых, часто спасает чувство юмора. Во-вторых, конечно, семья. В-третьих, что уж там, хорошее кино (книга) с бокалом хорошего вина (в каждой шутке – доля шутки). А вообще, с годами я научилась отличать то, из-за чего стоит переживать, от ерунды. И одновременно поняла, что очень мало в жизни вещей, действительно достойных наших слёз. Ну, и последние три года главный источник позитива и самых положительных эмоций – Сашка. Марина: Ольга, я знаю, что Вы военнослужащая. Скажите, это профессия больше Вам дала или отняла? За что Вам нравится Ваше дело? Ольга: Правильнее сказать, что я в погонах. В Вооруженные Силы я подалась в 1996 году. Что это были за времена, пояснять, думаю, не нужно. Моему поступлению на военную службу посодействовал отец. Тогда это было оправданное решение: денежное довольствие, хоть и не выплачивалось месяцами, было выше, чем зарплата женщины «на гражданке», и, кроме того, у меня появилось служебное жилье - маленькая, но своя квартирка. Военная служба проходила в образовательной организации – военной Академии. Когда поняла, что на работе не происходит никакого развития, решила – вот реально от нечего делать! – защитить диссертацию. От момента принятия решения до защиты – два года (это очень быстро). И это два интереснейших года в моей жизни. Диссертация по специальности «социальная философия». Потом началось реформирование ВС РФ, я была сокращена. А службе к тому времени было отдано 17 лет жизни. Понятно, надо было дослужить до получения права на пенсию. Поэтому последовали три года в МЧС России. Вот где движуха! Сейчас я служу ещё в одной силовой структуре, в ведомственном научно-исследовательском институте. Занимаюсь предпроектными обследованиями. Работа вполне творческая. Никогда я не стремилась к погонам, но жалеть о том, что так сложилась моя жизнь, глупо. Вооруженным Силам я благодарна за защищенную диссертацию, МЧС – за приобретенные навыки быстро ориентироваться в сложной ситуации и оперативно обрабатывать информацию, институту – за использование и стимулирование моих аналитических способностей. Но должна признаться, что по-настоящему любимой работы у меня никогда не было, увы. Марина: Скажите Ваша семья гордится Вашим увлечением, или Ваши домашние уверены, что без Вашего стихотворчества было бы легче всем? Ольга: Они просто знают, что я умею писать стихи. Нет, не так: что я пишу стихи. Вряд ли они думают обо мне как о поэте (я и сама так о себе не думаю). Иногда обращаются, чтобы я написала какое-либо поздравление… В принципе, я стараюсь, чтобы мое увлечение не отнимало меня у семьи, и мне кажется, у меня это получается. Иногда только дочка бурчит, что я зависаю в телефоне… Марина: Кто из героев «Мастера и Маргариты» Вам ближе всего? Ольга: о, на материале «Мастера и Маргариты», помнится, была написана курсовая по русскому языку. Первый раз прочла роман ещё в школе (книга из бабушкиной посылки!). Когда Вы спрашиваете, кто ближе, Вы ведь не подразумеваете, на кого похожа? Можно так ответить :я понимаю Мастера в его любви к Маргарите. Марина: Легко ли Вы переключаетесь на общее веселье и позитив, когда Вам плохо и на душе тяжело? Ольга: Я в принципе не подвержена смене настроений, стараюсь не впадать в уныние. Да и на жизнь мне грех жаловаться. Но если уж есть причина, от которой на душе тяжело, я вряд ли смогу разделить общее веселье. А учитывая, что обычно в компании я не подпираю стенку, всем будет заметно, что у меня не всё в порядке, это точно. Марина: Склонны ли Вы давать оценку людям сразу же после первой встречи? Вы своей интуиции доверяете? Ольга: Тут такое дело… У меня все хорошие после первой встречи! Я априори отношусь к людям хорошо. Более того, чтобы меня переубедить, надо постараться. Потому что я отлично умею оправдывать чужие промахи, оплошности, проступки… В этом плане моя интуиция сквозь дрёму надо мной посмеивается. Марина: Оля, как Вы думаете, компромисс – это мудрость или унижение? Ольга: Это, однозначно, мудрость. Без компромисса – никуда. Марина: А доверчивость – это доброта, или глупость? Ольга: А вот это сложный вопрос. Я думаю, она не равна доброте, потому что может быть доверчивым и недобрый человек, разве нет? И вряд ли это глупость. Опять же, неглупый человек тоже может быть доверчивым. Помню, моя бабушка как-то горевала на то, как изменились времена и нравы: раньше идешь одна по безлюдной дороге, увидишь человека – обрадуешься, спешишь догнать (или подождать, или навстречу), чтобы вместе идти (или словом перекинуться), а теперь увидишь человека – и боишься… Мне кажется, доверчивых людей сейчас меньше стало. Наверное, потому что это качество довольно быстро лечится. Марина: Ольга, расскажите, пожалуйста, моим читателям о самом счастливом дне в Вашей жизни. Ольга: Да вот в прошлом году – было несколько счастливых дней, потому что мы отправились на море всей нашей большой семьёй: мы с мужем, дочка, внучка, мои родители, брат с женой и сыном! И провели вместе целых две беззаботные недели! Это было счастье! Марина: Есть ли у Вас давняя мечта, которая с годами не потускнела, не перестала быть мечтой? Ольга: Не приходит на ум никакого красивого ответа. Сейчас моя жизнь настолько заполнена Сашкой! Я не представляла себе, что так бывает. Наверное, моё призвание и истинное предназначение – это быть бабушкой ) Поэтому все мои мечты – как можно дольше быть с ней, участвовать в её воспитании, стать для неё другом… И чтобы все были здоровы! Марина: Ольга, расскажите о своём поступке из прошлого, о котором Вы жалеете. Что Вы запретили себе навсегда? Ольга: Конечно, у меня есть такой поступок, и не один, как у любого нормального = неидеального человека. И мне бы вовсе не хотелось о них распространяться по понятным причинам. Поделюсь, пожалуй, тем, что очень сожалею об ошибках, допущенных в воспитании дочери. Я родила довольно рано, в 20 лет. Воспитывала, как умела и как считала правильным. Я, правда, старалась и уделяла дочке очень много времени, если не всё. Но вот в школе я, со своим комплексом отличницы, перегнула палку. Я очень много занималась с дочкой и в рамках школьной программы, и дополнительно – это, конечно, плюс. Но был огромный минус: я ругала её за оценки. Не просто за плохие оценки – даже за четвёрки. Я говорила: для тебя четверка – всё равно, что двойка. Ужас. А дочкина подружка говорила ей: а меня за четвёрки хвалят! Результатом такого перегиба стало то, что на контрольных мероприятиях, в том числе на экзаменах, дочка, во-первых, очень сильно волновалась, вплоть до кровотечения из носа, и, во-вторых, показывала результат хуже того, на который объективно могла рассчитывать. Очень себя за это корю. Сейчас, когда у меня есть Сашка, - у меня открылось какое-то безграничное и безоговорочное терпение. Думаю, что воспитывать надо, прежде всего, любовью, которая никак не зависит от поведения и от оценок. Ребёнок должен быть уверен, что его любят, даже когда ругают. Марина: Ну и последний вопрос. Процитируйте самое, на Ваш взгляд точное, высказывание. Ольга: Человеку свойственно ошибаться. Хорошо бы помнить об этом и быть терпимее друг к другу. Все мы не без греха, что уж… Но себе мы часто прощаем то, чего не прощаем другим, по одной лишь причине: мы хорошо знаем «изнанку» своих поступков – все обстоятельства, собственные мысли и переживания, которые их сопровождали. Других же судим исключительно «снаружи». Марина: Я благодарю Вас, Ольга, за откровенность и уделённое мне время. Ольга: спасибо Вам, Марина, за то, что пригласили. Для меня это было неожиданно и, конечно, лестно. Надеюсь, что это интервью привлечёт на мою страницу новых читателей, которые поделятся своими впечатлениями от стихов. Для меня это важно. Дорогие поэмбуковцы, давайте знакомиться ближе! 07.05.2021 ЦЕПЛЯЙСЯ Этой зиме - бесконечной быть: снега всё больше, мороз всё ниже. Крепко задело - полегче бы... Варежки, шапка... Идёшь? Иди же! Свежей тропинки скупой пунктир вдруг оборвался, калитку тронь-ка: дом, как нахохленный птах, притих, в темень таращит слепые окна. Холод собачий. Вокруг ни зги. Топчешься, еле держась на ватных. Ветер толкает в лопатки: сгинь, поздно пришёл, ковыляй обратно. Стынет обидное "как ты мог?", щурится старый фонарь над лупой, еле заметно, бочком, дымок к небу крадётся - цепляйся, глупый. Гера Си Дорогие читатели, вы можете задать свой вопрос Ольге. Моя гостья ответит на все. Автор лучшего вопроса будет премирован 50-тью серебряными монетами.