Литературная Гостиная
Автор рубрики: Иванна Дунец
28 февраля 2021
«Сколько пальцев, Уинстон?»
|эссе|
Книга, о которой я сейчас напишу, была прочитана мной не так давно, но на её прочтение, довольно таки необъёмной вещи, ушло у меня примерно полтора года. Что поделать, так я читаю книги. Тем не менее, произведение смогло доставить мне своеобразное удовольствие: то самое, что появляется, когда посмотрел умный фильм и теперь считаешь себя таким же умным, как и автор, который его снял. Книга не только строит новый, ужасно-правдоподобный мир полного контроля над личностью, но и показывает модель мира, в котором победил тоталитарный режим правления. Конечно, жанром произведения остаётся фантастика, да и по содержанию можно встретить вещи, которые бы едва ли были осуществимы на деле, однако в этот страшный, но в то же время какой-то удручающе правдоподобный мир легко поверить, если отбросить свой скептицизм.
Думаю, продолжать свои попытки выдержать интригу уже бессмысленно, да и можно подумать кто-то ещё не догадался? Речь идёт о самом знаменитом романе писателя Джорджа Оруэлла и одной из самых популярных и узнаваемых книг современности – «1984».
Книги бывают не для всех возрастов. Даже скажу, большинство книг именно такие. Например, признанный российский писатель, литератор и публицист Дмитрий Быков считает, что роман Л.Н. Толстого «Война и Мир» предназначен для мужчин старшего возраста, которые в зеркале по утрам грустно разглядывают первую седину. Остальные, по его мнению, просто не поймут книгу так полно, как те, кого он выделяет. «1984» же, я бы сказал, совсем наоборот подходит больше подросткам и людям от двадцати до тридцати. Но подросткам не тем, что читают книги, только чтобы казаться умными, а тем осмысленным и думающим, готовым вникать в суть, а не собирать кем-то развешенные ярлыки. Последнее, как мне кажется, в этой книге очень уместно, да простят меня все читающие. Но об этом позже.
Увы, без спойлеров не обойтись, я буду касаться моментов сюжета, так что к этому нужно быть готовым. Завязка понятна и прямолинейна. Главный герой Уинстон Смит живёт в мире, в котором жить бы совершенно не хотелось: вокруг обшарпанные и треснутые стены, из выпивки только дешевый мерзкий джин, шоколад по граммам в месяц, а на стене висит телеэкран, из которого доносятся новости о приросте производства и качества жизни. Казалось бы, не такая уж и фантастика, но всё общество находится под таким жестким контролем, что проявления инакомыслия ждать было бы очень наивно. (Однако оно появилось – и это, конечно, Смит). Далее мы видим жизнь партийного работника, жизнь пролов, глупой и малообразованной прослойки общества, на которых Смит, тем не менее, возлагает большие надежды в своих мечтах о свободе и смене режима. Видим любовь Смита, проходящую через весь сюжет и её логичный финал в таком суровом и жестоком мире.
— Мы – покойники, – сказал он.
— Мы – покойники, – послушно согласилась Джулия.
— Вы – покойники, – раздался железный голос у них за спиной…
Заканчивается книга встречей Уинстона с Министерством Любви, о котором на протяжении сюжета не раз упоминают, подогревая интерес. А там с героем сделали то, что умеют лучше всего. Последние фразы романа очень показательны.
Но всё хорошо, теперь всё хорошо, борьба закончилась. Он одержал над собой победу. Он любил Старшего Брата…
Так завершается история противостояния Человека – Системе. Ведь один в поле не воин, да и двое тоже. И даже трое. Пролы, скорее всего, никогда не восстанут, ибо они слишком глупы для этого. Братства, на которое уповал герой, никогда не существовало, а было лишь спектаклем, разыгранным перед Смитом. И самое ужасающее – с первой секунды партия знала об Уинстоне: семь лет терпеливо наблюдала и ожидала, чтобы в один момент сломать веру человека.
Эта история не перебирает с драматизмом, она не дает читателю лучиков надежды, не оставляет шанса на то, что режим падёт и придет новая, свободная эра. Надежды читателя рушатся вместе с надеждами Смита, и читатель будто бы сам сидит на месте героя, привязанный к стулу, с электрометками на теле, терпя ужасные разряды током, постепенно идя по пути исправления. Ведь в Министерстве Любви не истязают, в нём исправляют. Удивительно другое: в какой-то мере это даже получается. Сейчас я скажу сугубо своё мнение: под конец романа такой уклад жизни даже начинает, шаг за шагом, мною приниматься. Я не начинаю одобрять его, но понимаю, почему мир докатился до подобного. А способствует этому самая большая глава, которая представляет собой так называемую книгу в книге. Герой читает историю образования трёх основных государств, бесконечно ведущих фиктивную войну и заключающих бесконечные фальшивые союзы между собой.
Война – это мир.
Незнание – это сила.
Свобода – это рабство.
Звучит глупо, правда? Нет. Дело в том, что на трёх этих постулатах стоит весь мировой уклад в романе, а потому власть сделает всё, чтобы они исполнялись. Война – есть война, вот только ни одна из трёх держав – Океания, Остазия и Евразия, победить не в состоянии. Так, фальшивая война, ограничивающаяся мелочными стычками у границ и захватом заложников, становится гарантом мира для всех трёх государств, а потому страны не смогут отказаться от неё. Мира не будет, ибо без войны не будет мира. Незнание масс – то, на чём держится стабильность и благополучие режимов. Ведь истина в том, что все три державы, по сути, имеют одни и те же режимы, одни и те же основы строя, одних и тех же людей. «Но зачем же, в таком случае, воевать?», – спросят люди. Об этом сказано выше, но так просто этого не объяснить, поэтому рациональный выход – заставить своих людей ненавидеть чужих. На это и работает в романе масштабнейшая и, поражающая воображение, система пропаганды. «СМИ – четвёртая власть», – слышали такую фразу? Так вот, в мире Оруэлла она не четвертая, а первая! Ведь, она в прямом смысле подстроила под себя реальность. Как? Взяла под контроль прошлое. Совершенно не важно, что было раньше, ибо это совершенно точно ложь. История была переписана столько раз, что искать истину становится бессмысленным. Теперь для людей есть только настоящее, диктуемое партией, и только оно может быть истинным. И, наконец, свобода – это помеха на пути к функционированию общества. Если ты свободен, ты не приносишь пользы, а наоборот: вредишь и представляешь опасность. К тому же, куда такому человеку деваться? Весь мир будет против него, и рано или поздно до него доберётся. В этой ситуации тезис переворачивается: рабство – это свобода. Только подчиняясь, ты можешь рассчитывать на бедную, но жизнь. И чтобы не впасть в отчаяние, остается только одно – двоемыслие.
Двоемыслие – ещё один интересный термин, придуманный Оруэллом. Умение замечать фальшивость информации, но в то же время искренне принимать её за правду – навык партийных деятелей, который в «1984» тренируют годами. Двоемыслие позволяет врать и верить в собственную ложь, держать фотографию в руке, а потом сжечь и честно сказать, что не помнишь ни о какой фотографии. Абсолютно фантастическая вещь, которая, как мне кажется, в теории даже осуществима. Ведь наше мышление необычайно гибкое, и если приложить усилие, можно устроить его даже таким образом. Двоемыслие – единственный способ жить и уживаться среди людей, которые, в самом буквальном смысле, научились читать твои мысли.
Такое общество, такой мир – результат погони за властью и контролем, к которым люди будут бесконечно стремиться. Думаете, власть в романе не пойдет на такие меры, чтобы заставить вас подчиниться? Поглядим-поглядим. Когда ты читаешь про устройство мира Оруэлла, начинаешь понимать, что, в общем-то, в нём нет ничего экстраординарного. Пролов никто не трогает, пока те ведут свое жалкое существование, а дети партийцев растут весёлые и с полной готовностью в случае чего сдать партии собственных родителей. Мир Оруэлла не заслуживает одобрения, однако жизнь идёт в нём своим чередом, и, как ни странно, люди счастливы. Ведь, никто не знает, куда заведет людей потенциальная революция – к процветанию, гражданской войне или к полному разрушению культуры? С чего бы тут здравый смысл не дал неожиданный поворот в сторону контроля мыслей и поклонения Старшему Брату, которого тоже, кстати, скорее всего никогда не существовало, но который всегда всё видит и знает то, о чём ты только ещё собираешься подумать. В романе «1984» Джорджа Оруэлла революция привела к установлению тотальной диктатуры и контролю над разумом людей. Думаю, читатель «1984» просто обречён после прочтения романа задуматься о целесообразности (и даже об опасности) революции. Ведь, как бы ни было плохо сейчас, и какой бы произвол не царил в обществе – люди всегда найдут способ сделать собственную жизнь гораздо хуже.
И главное. Я бы не хотел, чтобы роман Оруэлла читали люди, не способные к критическому мышлению. Многие считают, что революция – это неизбежное благо, которое снизойдет на головы людей, даже при том, что история человечества учит как раз обратному! Уверен, каждый после прочтения романа скажет, что режим, который нарисовал Оруэлл, категорически неприемлем, но не каждый читатель сможет осознать в полной мере, почему он существует в рамках созданной книжной вселенной и почему без этого не получилось бы другой жизни. Таким образом, и работают ярлыки, о которых говорилось в начале эссе. Можно просто ответить, что показанная реальность в романе Оруэлла – плоха, но можно подумать над прочитанным чуть подольше, чтобы углубиться в причины и следствия и понять, почему именно она настолько плоха и бесчеловечна?
Так вот, роман Джорджа Оруэлла «1984» для меня, как читателя мыслящего, не совершенное и, даже, не шедевральное откровение, но крепкая и серьёзная система вымышленного мира, которая здесь и сейчас даёт всем его читателям возможность подумать о реальных и значимых вещах для каждого из нас.
— Сколько я показываю пальцев, Уинстон?
— Четыре.
— А если партия говорит, что их не четыре, а пять, – тогда сколько?
Эссе «Сколько пальцев, Уинстон?» в Свободных Чтениях
