Литературная Гостиная
Автор рубрики: Иванна Дунец
27 декабря 2020
«Многоликая Золушка»
|эссе|
Давным-давно, когда я ещё была маленькой девочкой, из всех сказок самой любимой у меня была «Золушка», но не та, которую записали у сказителей братья Гримм, а вариант Шарля Перро. Именно эта история не только трогала моё сердце, но и поражала моё детское воображение: добрая фея; тыква, превращающаяся в карету; мыши, обращённые в лошадей; метаморфозы маленьких ящериц и большой, с огромными усищами крысы; и, конечно же, бал, настоящий королевский бал, где можно было танцевать в чудесных хрустальных туфельках, пока часы не пробьют полночь.
А вот, пересказ братьев Гримм мне как-то не нравился: там не было феи, всех её волшебных милых фокусов; туфельки были не из хрусталя, а из золота; а Золушка всё время ходила на могилу матери и плакала. Смущала и концовка, когда белые голуби (те самые, которые заменяли в сказке фею и помогали Золушке) нападают на её сводных сестриц и выклёвывают им глаза. Как-то мне, маленькой, было от этого жутко, жутко и неприятно, а вдобавок ещё и неловко: я уже знала, что злых героев надо наказывать, но именно такой способ казался каким-то неправильным, каким-то не сказочным, странным и некрасивым.
Теперь же, став взрослой, я понимаю, что в варианте братьев Гримм пересказчики не только перестарались с жестокостью, но и обидели Золушку. Ведь, это была её свадьба! А они устроили из неё «Варфоломеевскую ночь»! Ну, кому приятно будет вспоминать о самом прекрасном дне своей жизни, омрачённым такими зверскими подробностями? Свадьба, на которой у двух подружек невесты выкололи глаза... и они стояли рядом со «счастливой» невестой со своими окровавленными глазницами, громко рыдая и прося указать им дорогу, чтобы не упасть?
Другое дело, сказка Шарля Перро: там всё завершилось мирно. Мирно и достойно! Без всякого неприятного осадка. А ещё эта история казалась мне в детстве очень праздничной, даже новогодней, хотя зимнего в ней ничего не было. Ничего, кроме настроения. Но откуда оно там взялось, мне было непонятно. Просто оно было, и всё. И я его чувствовала, а объяснить не могла. У альтернативной же версии такого загадочного феномена не было. И это тоже было ей минусом. Но если в детстве я видела только эти недостатки, то недавно, перечитав творение братьев-писателей, я обнаружила, что они изрядно промахнулись и ещё кое с чем другим.
Первый отрывок:«Золушка танцевала, пока не наступил вечер. И тут собралась она домой, но королевич не хотел отпускать её.
- Я пойду с тобой и провожу тебя! - сказал он. Ему не терпелось узнать, чья она дочь.
Но Золушка ускользнула от него и спряталась на голубятне.
А королевич всё ждал, пока, наконец, не вышел отец Золушки. И рассказал ему королевич, что неизвестная девушка скрылась на голубятне.
«Неужели это Золушка?» - подумал старик и велел принести топор и лом, чтобы разрушить голубятню. Но в голубятне никого не оказалось».
Вопросы: Зачем они у голубей домик разрушили? А главное, как высоко находилась эта голубятня и не разбилась бы девушка, падая с неё во время обрушения конструкции?
Второй отрывок:«Наступил вечер, и Золушка заторопилась домой. Королевич пошёл за ней следом, желая узнать, в какой дом она войдёт. Но она ускользнула от него и скрылась в саду за домом. В саду росло высокое грушёвое дерево, на котором зрели чудесные груши. Девушка ловко, словно белочка, взобралась наверх и скрылась в ветвях, так что королевич не мог понять, куда она делась. Стал он её ждать, а когда вышел отец Золушки, сказал ему:
- Незнакомая девушка опять ускользнула от меня. Мне кажется, она взобралась на грушёвое дерево.
«Неужели это Золушка?» - снова подумал отец. Он велел принести топор и срубил дерево, но никого в ветвях не оказалось».
Вопросы: И дерево загубили, и Золушка чуть с него не упала и чудом не покалечилась! Напрашивается мысль, о чём всё время думали эти двое, если подозревали, что и в голубятне и на дереве прячется живой человек? Тут хочешь-не хочешь, а начинаешь сомневаться в интеллектуальной полноценности отца и во вменяемости принца, ну а замужество Золушки перестаёт казаться таким уж удачным вариантом.
Но если разница в деталях текстов Шарля Перро и братьев Гримм достаточно очевидна и однозначна (сравнивай и выбирай по вкусу!), то диапазон восприятия самой сказки людьми разного мировоззрения сильно озадачивает. Впрочем, бывает и похуже.
Как-то, несколько лет назад, после прочтения статьи о педагогике 20-30-х годов и о теоретиках модели советского человека, как человека новой социалистической формации, я задумалась, какая всё-таки колоссальная работа была проделана нашими гуманитариями в начале прошлого века! Ведь они, словно титаны, сотворили новую мифологию, переписали без малого все учебники истории и литературы, написали новые книги в фарватере веяний новой эпохи, нашли новые трактовки и оценки старым произведения искусства, пересмотрели мораль всей мировой и отечественной литературы на соответствие новым стандартам, а ещё сочинили тонны и километры пропагандистских листков и революционно-воспитательных брошюр! А главное, как оперативно, и в какие сжатые, короткие сроки.
И тогда я с умилением вспомнила про Золушку, свою детскую любимицу, которую демиурги-идеологи решили приобщить к пантеону правильных героев и сделать идолом и образцом для подражания маленьким согражданам. И хотя Золушка была дочерью богатого и знатного человека, невестой принца и будущей королевой — пропагандистов это не смутило. Закрыв глаза на её классовое происхождение, они просто сделали акцент на её тяжёлом труде, покладистом характере и рваной, старой одежде, после чего Золушка стала похожа на пролетарскую деву и жертву социальной несправедливости. Именно такой, страдающей от придирок и эксплуатации хозяев — она и была нужна новой культуре.
Так вышло, что моё детство попало на самый конец угасающей советской эпохи. И я застала время, когда и учителя в школах и воспитатели в дошкольных учреждениях говорили детям, что надо быть «скромным и трудолюбивым, как Золушка». И звучало это очень логично, даже убедительно на фоне лозунгов «Мир-Труд-Май» и аксиоматических утверждений, что пролетариат — это самый прогрессивный класс в истории человечества. И всё-таки во всём этом была какая-то доля лукавства. Но масштаб этой неправды я осознала очень-очень поздно.
Итак, преисполнившись ностальгии и умиления после прочтения той статьи, я взяла в руки старый сборник сказок и стала перечитывать историю Золушки. Но чем дальше я читала, тем больше поддавалась смущению, а умиление и добродушие постепенно сходили на нет. В какой-то момент я просто закрыла книгу и сказала себе: «Да этого просто не может быть!». Но, увы, это была правда: Золушка вовсе не отличалась трудолюбием! Да, и со скромностью там был «тёмный лес».
Сначала я в это не могла поверить, ведь сколько раз меня саму хвалили, сравнивая с этой героиней. Сколько раз (и в детстве, и в юности) педагоги, оценивая мою усидчивость и тщательность, называли меня Золушкой! А тут вдруг оказывается, что Золушка — самая, что ни на есть обычная, добродушная девушка, которая, как и все нормальные девушки, любит танцевать и веселиться, которой очень хочется попасть на бал, а её не пускают. И одевается она плохо не из-за скромности и экономии, а потому, что все её красивые платья у неё отняли. Что же касается тяжёлого труда по дому, которым она до появления у отца второй жены не занималась, то выполняет она его не по собственной воле, а по приказанию мачехи. Так что всё это — мытьё полов, уборка пыли, чистка кастрюль и сковородок — вовсе не из-за любви к чистоте и физической нагрузке! Всё это — всего лишь результат насилия и стремления мачехи сэкономить деньги на домашней прислуге.
И в итоге получается, что называть Золушку скромной — не совсем правильно, ведь у неё не было возможности наряжаться. А называть Золушку трудолюбивой — это всё равно, что называть трудолюбивыми узников концлагерей, которые работали в плену голодными и оборванными под дулами автоматов. И когда я это осознала, мне стало даже обидно: я не могла понять, почему же я раньше этого не замечала? Впрочем, справившись с изумлением, я пришла к выводу, что в этом виноват эффект погружённости, когда трудно, а чаще даже невозможно, увидеть со стороны то, частью чего ты сам являешься. В то же время аксиомы чужеродной, посторонней культуры вовсе не способны нас так ослеплять, наоборот, мы относимся к ним очень критично.
Как-то я смотрела по телевизору популярное ток-шоу, среди гостей которого была дама-психолог, специализирующаяся по семейным вопросам, манерами, правда, больше напоминающая сваху. И когда она стала давать советы незамужним девушкам, как устроить свою жизнь, она привела в пример Золушку и выдала следующую инструкцию: «Не надо сидеть дома! Умылась, нарядилась и отправилась в людные места! А там уж принц и сам подкатит!». Помню, что у гостей студии это утверждение вызвало очень положительные эмоции: люди смеялись и хлопали. Только вряд ли кто-нибудь из них воспринял эти слова, как истину в последней инстанции, а уж тем более поверил, что Золушка могла быть охотницей за женихами.
И я тоже в это не поверила, тоже восприняла как юмор. А ещё подумала, что таким манёвром любую трактовку нацепить можно! Например, фатализм: убегала Золушка от принца, убегала — а он всё равно её нашёл и женился! Вывод: от судьбы не уйдёшь. Или вот любимое утверждение психологов бизнес-тренингов, что не надо бояться и не надо стесняться, а надо ставить чёткие, конкретные цели, и тогда средства для их реализации появятся сами, вернее — ты их увидишь. И пожалуйста: захотелось Золушке на бал, очень сильно захотелось, ребром встал вопрос о красивой одежде — и является фея-крёстная, выполняя её заказ! Хотя здесь, конечно, лучше было не тянуть и действовать по-другому: надо было самой идти в гости к крёстной и просить о помощи. Тогда бы попадание в теорию было бы ещё более впечатляющим!
Но и это не всё! Если вспомнить затёртую и затасканную тему психологов второй половины 20 века — проблему низкой самооценки, то и тут Золушка может служить замечательным примером! Пока она ставит желания и потребности других людей выше своих, она пребывает в тумане монотонного и безрадостного существования, но стоило ей чего-то по-настоящему захотеть и осознать, что она этого достойна — и ситуация меняется. Да, она не смогла в открытую противостоять сёстрам и мачехе, но даже «партизанская война» привела к успеху.
А ещё грех не вспомнить про феминизм. Тут счастливое разрешение проблем Золушки кроется в её самодостаточности. Она идёт на бал, чтобы танцевать и веселиться, у неё нет задачи понравиться принцу, в то время как её сёстры думают только об этом. Она же расслаблена, счастлива и очаровательна на этом мероприятии. Результат: именно она привлекает внимание сына короля, и он влюбляется в девушку, бегающую не за ним, а от него.
Вот такие интерпретации! Их может быть ещё больше. Но ни одна из них не кажется мне достаточно убедительной, чтобы принимать её всерьёз. А советская трактовка о трудолюбии Золушки смогла стать моими шорами на долгие-долгие годы, и я в неё искренне верила! А сейчас я даже сомневаюсь в самом слове «ТРУДОЛЮБИЕ»! Действительно, что оно означает: что человек любит труд? А что такое труд? Какой он? В школе нас учили, что труд бывает умственным и физическим. Позже выяснилось, что это не единственная классификация. Оказалось, что он ещё бывает творческим и вынужденным. Первый делается радостно, с душой, а второй — в тягость, его не любят и часто делают спустя рукава. Так что же тогда трудолюбие? В итоге я решила, что это — неправильное слово, что любят или процесс труда, или его результат. В первом случае это называется творчество, во втором — деньги или иные блага (чистота в квартире, например), а вот универсального трудолюбия — просто не существует!
Но на этом история не закончилась. Разобравшись с одной из своих детских иллюзий, мне захотелось разобраться и с другой:я захотела узнать, почему же я всегда чувствовала в этой сказке такое праздничное, новогоднее, непонятное настроение?
И поломав немного голову, я поняла, что всё дело в ассоциациях. Так уж вышло, что в моём советском детстве хрусталь был признаком достатка. Хрустальную посуду обычно хранили в серванте и только во время праздников выставляли на стол. Чаще всего это были салатницы и вазы для цветов, но на Новый год появлялись и другие предметы. Подносы для закусок, вазы для фруктов, селёдочница — всё было из хрусталя! А самым главным украшением были любимые бабушкины фужеры! Они были очень красивыми, а когда я прикасалась к ним ноготком и постукивала, они издавали свой особенный, мелодичный звон, и родители говорили мне, что так звучит горный хрусталь.
Хрусталь и часы, бьющие полночь, — вот вам и символ Нового года, каким он остался в моих представлениях с тех времён. Именно поэтому сказка Шарля Перро и была для меня важнее всех остальных. Туфельки и часы, хрусталь и полночь — всё слилось в одно. И, хотя Золушка с двенадцатым ударом убегала из дворца, это было уже не важно, ведь я знала, что она ещё вернётся, и понимала, главное уже случилось — праздник состоялся!
P.S: Друзья, Литературная Гостиная представила вам эссе одного из членов команды жюри Свободных Чтений — Светланы Батаевой. В новогоднем выпуске от 31 декабря мы с вами подведём итоги Чтений. Но пока ещё часы не пробили полночь — приходите читать эссе в Cвободные Чтения
