Литературная Гостиная
Автор рубрики: Иванна Дунец
13 декабря 2020
«Давид»
|эссе|
«Гений — это вечное терпение…»
«Нет большего зла, чем пустая трата времени…»
«Внимание к мелочам рождает совершенство, а вот совершенство уже не мелочь…»
Микеланджело Буонарроти
Есть произведения искусства, в которых, как в фокусе, собраны представления большинства людей о красоте и совершенстве. Они таковы, что могут служить (и, безусловно, служат) эталоном для всех, кто, так или иначе, занимается творчеством. При этом великая картина – пример не только для художников, а музыкальный шедевр — эталон не только для музыкантов. Такие понятия, как композиция, ритм, колорит и гармония присущи и живописи, и музыке, и литературе. Общеизвестная фраза «архитектура – это застывшая музыка» косвенным образом подтверждает, что главные законы искусства одинаковы для всех его видов. Мне вообще представляется, что разные виды искусства — это грани одного и того же кристалла, то есть суть части единого целого. И существуют произведения, которые идеально воплощают эти законы. Их немного, буквально по пальцам можно пересчитать. Я напишу о том, которое для меня стало вспышкой, осветившей всё вокруг, и которое показало мне: «вот что такое совершенство, теперь ты знаешь, к чему стремиться!».
Мой идеал — скульптура Микеланджело Буонарроти. ДАВИД. (Удивился: всего лишь написал слово Давид, а внутри что-то откликнулось, и проснулась радость, в которой отголоски моей первой встречи с ним). Впервые я увидел его в Пушкинском музее в 12 лет. Это был шок! Ощущение почти болезненное. Он был огромен и ПРЕКРАСЕН! Прекрасно его лицо, прекрасно тело! Ничего стыдного не было в его наготе, спокойной и открытой – её словно не было заметно. А я рядом с ним был такой маленький, жалкий и не прекрасный, что было бы обидно, если бы это касалось только меня. Но в зале, полном людей, битком набитом шедеврами, Давид затмевал не только меня — всех, он словно освещал собою зал. К чему бы я ни подходил, хотелось снова обернуться и посмотреть на него. Честно говоря, в тот раз, кроме Давида, я ничего и не запомнил. Шок прошёл, а восторг от созерцания ПРЕКРАСНОГО остался, я с ним так и живу до сих пор. Порой, чтобы освежить впечатление, поглядываю на фото. Иногда захожу в Пушкинский (на Флоренцию ещё не заработал). И думаю, что то самое, первое впечатление и одно только сознание того, что есть такие произведения, помогают мне добиваться собственного совершенства, чем бы я ни занимался.
Замечательных скульптур много, есть гораздо более внушительные. Давид — лилипут по сравнению с Петром Первым на Москва-реке. Есть гораздо более привлекательные, особенно женские фигуры Родена и Майоля. Вообще, в искусстве помимо скульптур, есть много чего красивого, эффектного, яркого, оригинального. Музыка есть, в конце концов! Для меня же свет клином сошёлся на этом красавце. Когда я пою, сочиняю, пишу, хотя бы это эссе, он всё время маячит где-то на периферии сознания и, словно помогает найти лучшую интонацию, отсечь лишнее, понять главное. Всё так серьёзно, что дальше ехать некуда. А казалось бы — всего лишь голый дядька с тряпкой на плече. Из тех, кто прочитает, кто-нибудь да скажет: неврастеник, лечиться надо, желательно пойти к психологу или ещё что-нибудь, позабористее. Но я живу достаточно и немного знаю людей, если так, то лечиться нужно очень многим.
Вики: «Давид является мраморной статуей,работы Микеланджело, впервые представленной флорентийской публике на площади Синьории 8 сентября 1504 года. С тех пор пятиметровое изваяние стало восприниматься как символ Флорентийской республики и одной из вершин не только искусства Возрождения, но и человеческого гения в целом».
В 12 лет я это понял сразу — без слов, без объяснений экскурсовода, без Википедии. Сейчас-то уже могу написать кучу умных терминов, замутить, обосновать, но, по сути, в моём восприятии Давида ничего не изменилось. Я просто откуда-то знаю — ОН ПРЕКРАСЕН! Мне легче, радостнее жить, допуская, что человек может иногда творить совершенство. Давид для меня маяк, глядя на который, не заблудишься в темноте. Что же в нём такого совершенного? Если посмотреть критически, фигуру, пожалуй, не назовёшь идеальной. У пловца шире плечи, у борца более рельефны мускулы, ноги хотелось бы подлиннее, кисти рук чересчур крупны. Но об этом не хочется думать. Общее впечатление сводится к следующему: так ДОЛЖНО быть, по-другому НЕВОЗМОЖНО. Все его как бы недостатки в совокупности дают гармонию, которая радует взор, проникает в душу и что-то с ней делает. И ещё одна причина. В отличие от большинства скульптур, Давид — живой. Он недвижим, молчит, но в его позе заключена жизнь, за нахмуренным лбом — тяжкие мысли, а в глазах решимость и грусть. Он, словно на минутку задумался, сейчас соберётся с духом и пойдёт на битву, в которой у него почти нет шансов.
В Пушкинском музее позади Давида лестница, ведущая в Греческий зал. Когда по ней подымаешься, оказываешься рядом с его плечами, потом с затылком, вблизи ещё больше поражаешься его огромности, но не возникает чувства, что это изваяние, он всё равно остаётся живым. И всё время хочется к нему притронуться.
Конечно, моё впечатление очень субъективно. Но посмотрите в интернете фотографии Давида: разные ракурсы, лицо, части тела, кисти рук, есть даже гениталии (странно, если б не было); посмотрите на него в трусах, в галстуке на голое тело, в шляпе, в бандане, во фрачной паре; с гитарой, с бейсбольной битой и т.д., и т.п., и мн. др. А потом проанализируйте собственные ощущения. Не покажется ли вам, что к нему вообще не пристаёт пошлость и грязь, что ему всё равно, как его используют, чтоб прорекламировать трусы или просто приколоться? Что эти попытки то ли унизить его, то ли возвыситься самим за его счет, делают его ещё ПРЕКРАСНЕЕ в сравнении с этой ерундой? Мне показалось так несколько минут назад, даже смешно стало. Так или иначе, Давид притягивает, как магнит. Он и есть точка притяжения, в которой сосредоточено нечто, заставляющее вглядываться в него и разгадывать тайну: почему он ПРЕКРАСЕН?
А теперь главное, ради чего я пишу.
Всё сказанное выше — ощущения и мысли просто от созерцания Давида, не более того. Про историю его создания, про время, когда это происходило, о самом Микеланджело я знал до последнего времени совсем немного, только общие сведения. Но год назад прочёл великолепную книгу Ирвинга Стоуна «Муки и радости». Это вся жизнь Микеланджело: от начала его учёбы в художественной мастерской в 14 лет до купола собора Святого Петра, который был завершением его удивительного пути. На мой взгляд, книгу надо прочесть каждому, и вовсе не для того, чтобы изваять грандиозную статую. Чтобы понять, как надо жить. Одна из глав книги посвящена Давиду. Называется она Гигант, и когда я прочёл, КАК Микеланджело его создавал, Давид стал для меня воплощением не только красоты и совершенства, но и силы духа, умения выкладываться до предела и за предел человеческих возможностей; он стал воплощением подвига, на который способен человек. А то, что это был именно подвиг, не приходится сомневаться.
Почитайте, как ОДИН человек ДВА года, вручную, мучился с 5-метровым испорченным куском мрамора, чтобы получилось то, что уже было в его воображении — совершенная статуя. Как легко было всё погубить одним неверным ударом! Сколько технических и инженерных проблем пришлось ему решить, от чего отказаться, сколько здоровья потерять и сколько врагов нажить! Почитайте, почитайте. А потом живите дальше с этим знанием. Или поскорее забудьте, чтоб не осложнять себе жизнь. Микеланджело хватило бы одного Давида, чтобы навсегда войти в историю. Но потом был плафон Сикстинской капеллы, Страшный суд, собор Святого Петра, и не только. Когда он изваял Давида, ему было не полных 29 лет, но он и до этого не сидел, сложа руки. Ещё в юности Микеланджело сказал примерно так: «Жизнь моя будет пуста, если в ней не будет множества прекрасных статуй». И — трудился, трудился, трудился, измеряя жизнь не годами, а своими творениями. Когда думаешь о таких людях, как-то стыдно лениться, тратить время на ерунду, делать пакости.
У меня была задача — написать о любимом произведении искусства. Есть у меня любимые книги, любимые картины, любимые фильмы. Много любимой музыки (именно о музыке я и хотел писать вначале). Но Давид перевесил. Немудрено — более пяти метров белого мрамора. Закройте глаза и представьте: перед вами лежит глыба весом в 6 тонн, и вы должны с этим что-то сделать. Для начала хотя бы поставить вертикально и закрепить. А потом — просто убрать лишнее.
И знаете, если более четырёхсот лет мой эталон считается ОДНОЙ ИЗ ВЕРШИН ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ГЕНИЯ В ЦЕЛОМ, значит у меня не такой уж плохой вкус.
P.S: Друзья,
Литературная Гостиная с радостью представила вам эссе одного из членов жюри Свободных Чтений — Игоря Филатова. Напомню, что 18 декабрямы начнём принимать ваши эссе. Каждому из вас придёт уведомление о начале приёма работ, нужно просто перейти по ссылке в конкурсный модуль. В Свободные Чтения будут отобраны эссе о литературных произведениях (прозаических или поэтических), эссе о любимых писателях, поэтах, художниках или музыкантах, а также об известных произведениях искусства, включая живопись, музыку, оперу, балет и театральные постановки. К тому же эссе участников Чтений может быть приурочено к празднованию Нового года или Рождества, то есть можно будет использовать в ваших рассуждениях предметы искусства, имеющие отношение к этим праздникам в контексте литературы и искусства.
Более подробно об анонсе Свободных Чтений вы можете прочесть здесь
В следующем выпуске Литературной Гостиной вас ждёт публикация ещё одного эссе, автором коего также будет почётный представитель жюри Свободных Чтений.
Всем вдохновения!
