Поговорим по душам. Наталья Возжаева. Запись 19

Марина Якимович (Марина): Наталья, я благодарю Вас за согласие дать интервью. Первый вопрос традиционен. Расскажите о детстве. О родительской семье. Поделитесь дорогими воспоминаниями той поры. Что там, в детстве, было хорошего и что плохого. Я знаю, что Вы родились в Грозном. Расскажите об этом. Наталья Возжаева (Наталья): Хорошее было детство. Всё было: бабушки, блины со сгущёнкой, сандалии из свиной кожи, «айда гулять!», босиком по лужам и траве, домики на деревьях, «классики», «выбивалы», бумажные куклы, тетрадки-песенники, синий букварь и красный ранец. Как-то вспоминали с родителями это время, слушала-слушала нас моя (тогда десятилетняя) дочь и расплакалась. «Мама, почему у нас сейчас не так?» Потому, что «сейчас», моя хорошая. В каждом времени свои прелести. Что было плохого? Ничего, если не считать постоянные падения с деревьев, укусы пчёл и ос, страх перед коровами и гусями). Марина: Вы стали филологом. Почему? Наталья: потому, что по остальным предметам у меня двойки). Шутка. Я хорошо училась. Читать стала рано, в 4 года. Читала всё подряд. Вывески, газеты, журналы, естественно – книги. В более осознанном возрасте поняла несовершенства школьной программы в старших классах в области литературы. Особенно, помню, обидно было за Маяковского). Нежнейшая, тонкая лирика была напрочь отметена. Остался большой, грохочущий, жёсткий с зазубринами Поэт. Марина: Ваш творческий стаж Вы отсчитываете с 17-ого года. Скажите, почему Вы не писали до этого и почему стали писать теперь? Есть какая-то причина? Наталья: сложный для меня вопрос. Причина–свободное время. Сейчас оно есть. А мысли были всегда. Но ведь мысли–это вода). В худом ведре не донесёшь. Вот и попробовала всё это «оформить». Марина: Наталья, почему поэзия? Почему не живопись или вокал? Наталья: Ну отчего же?)) Рисую я много и с удовольствием. А вот с вокалом беда. Медведь меня не обошёл)): Марина: Почему Вы пишете? Что за этим стоит? Любопытство? Тщеславие? Наталья: Ни то, ни другое. Во всяком случае, не это является «движущей силой». Почему-то хочется сравнить этот процесс с вязанием). Удовольствие от самого действия и удовольствие от результата). Марина: «Когда б вы знали, из какого сора»… Наталья, из какого сора растут Ваши творения? Это откровения или фантазии? Вы когда-нибудь пробовали писать от имени участника событий, о которых знаете лишь понаслышке? Например, от имени солдата Великой Отечественной. Наталья: Хорошие слова). «Сор» здесь не «мусор», а, скорее, соринка, мизер, который может сподвигнуть на целый ком размышлений. Сценка на улице, случайно услышанная фраза, отрывок из книги, обрывок мелодии, воспоминания… Можно перечислять бесконечно, если вы струна, то любое прикосновение вызовет звук). Конечно, я пробовала «надеть» на себя чужую жизнь, «войти в образ», но некоторых тем, всё же, стараюсь избегать. Великая Отечественная в их числе. Марина: Ахматова советовала: «…умейте домолчаться до стихов..», Вы когда-нибудь брали этот совет на вооружение? Вообще можно ли сказать, что затянувшаяся пауза пугала Вас? Наталья: Нет. Паузы меня не пугают. Более того, я уверена, что они должны быть. Некоторым авторам хочется иногда сказать «горшочек, не вари!»)) Марина: Скажите, вот стихотворение написано, что приходит на смену? Восторг? Опустошённость? Головная боль? Наталья: Удовольствие). В случае, если мне удалось «схватить мысль за хвост» и, ещё большее удовольствие, если кинул «в топку» то, что «вымучивалось» насильно. Марина: Скажите, Наталья, Вам доводилось выступать со своими стихами перед публикой? Расскажите об этом опыте. Что напрягало? Понравилось ли? Чувствовали ли Вы обратную связь. Наталья: Приходилось неоднократно. Люди приходили именно на «поэтический вечер», никто не ждал зрелищ и «развлекалово», пришли слушать и слушали. Бывало и такое, когда компания увлекалась разговором). Простая пауза возвращает внимание). Понравилось ли? Не думала об этом. Хотя, конечно, приятно видеть перед собой внимательные глаза и знать, что тебя слушают. Не слышат, а слушают. Марина: Скажите, Вы нуждаетесь в критике? У Вас бывает так, что после написания стихотворения, Вы его стремитесь кому-нибудь показать, чтобы Вам указали на то, что сами Вы уже не видите из-за «замыленного» взгляда? Наталья: К критике я отношусь с большим уважением. Но есть нюанс). Я немного разбираюсь в критике. И остро чувствую оттенки: с каким посылом от критикующего она исходит. Профессиональность и отстранённость-лучшие критерии. Марина: Вы когда-нибудь писали по заказу? Получалось? Наталья: Пару раз было). Но это не моё. Не ходит ко мне Муза по вызову). Марина: У Вас бывает так, что и тема неплохая и вроде все в порядке, но по силе выразительности Вы не достигли желаемого. Что Вы делали, выбрасывали и забывали или брались за дело с нуля? Наталья: Выбрасывала. Марина: Случается ли, что к Вам за советом обращаются новички? Наталья: Случается). Я и сама-то не «матёрый» автор, сочувствие мне не чуждо. А так как я не считаю процесс учения конечным, то, набираясь определённых знаний, не жадничаю делиться ими). Марина: Я знаю, зачем читателям нужны поэты. Скажите, зачем поэту нужны читатели? Наталья: Читатель для поэта—в некоторой степени собеседник. Пусть молчаливый). Марина: Наталья, давайте поговорим о Вас. Охарактеризуйте себя. Вы какая? Как Вы относитесь к себе? Вы себя любите? Наталья: Да, люблю). Должен же быть хоть кто-то, кто любит вас просто так)). Марина: Вы о себе сказали: «характер вредный». Ужасно интересно, в чём Ваша вредность? Наталья: Увлекаясь правдой, я забываю о чувствах людей. Разбирая тексты, я забываю, что за каждым словом— живой человек. Марина: Вы в Инстаграмме ведёте свой блог. Расскажите моему читателю об этом. Что Вами движет? Расскажите о целях и средствах Наталья: Ни для кого не секрет, что соцсети дали огромную возможность самовыражения. Каждый второй-писатель, каждый третий—поэт. Монетизация «таланта» имеет печальные последствия. Если в «шапке» профиля автора написано, что он «член какого-либо союза, номинант и лауреат»--это совершенно не значит, что этот профиль предлагает читателю хорошую литературу). В своём блоге я собираю коллекцию из действительно достойного. Предвосхищаю вопрос: кто так решил? Я)). Но, прежде чем обвинять меня во «вкусовщине», стоит всё же ознакомиться с содержимым. Марина: Как Вы думаете, что недопустимо в публикациях. Наталья: Популяризация мата (хорошо, обсценной лексики). Я не падаю в обморок от грубого слова, более того, умею и пользуюсь, даже с удовольствием читаю то, где это совершенно к месту, но. Слишком этого много сейчас вокруг, чтобы неискушенный читатель разобрался – где виртуозное владение, а где дешёвый эпатаж. Марина: Что более бесполезно: подметать улицы каждый день или писать стихи? Наталья: Если совместить эти два действа, то вопрос о бесполезности того и другого отпадёт сам собой). Марина: Вам случалось открыть в себе какой-то недостаток и изживать его? Что Вы себе запрещаете? Наталья: Я уже в том счастливом возрасте, когда и мир, и себя воспринимаешь как данность. Пожурить себя за что-то могу, но казнить не стану. Я очень социально-адаптированный человек. Это не просто «не садиться пьяным за руль» и не использовать лифт не по назначению. Это система поведения «не навреди и не помешай рядом живущим». Марина: Если бы Ваша жизнь легла в основу киносценария, как назывался бы этот фильм? Наталья: «Остаться в живых и не скурвиться» -- так можно?)) Марина: Представьте, что Вам предоставлена возможность реализовать любое желание. О чём бы Вы попросили? Наталья: Здравомыслие в старости и смерть во сне в один день с любимым). Просить о мире во всём мире бессмысленно). Марина: О чем Вы мечтали в юности? Мечта сбылась? Наталья: Я мечтала есть и не поправляться)). Нет, не сбылась)). Шучу опять)). Вот в юности я и мечтала о мире без границ и путешествиях длиною в жизнь. И опять не сбылось, разве что частично)). Марина: Ну и последний вопрос. О чём мечтаете теперь? Наталья: О том же). Марина: Я благодарю Вас за откровенность и уделённое мне время. Наталья: Я благодарю Вас за интерес ко мне. Маленькая просьба)). Не убирайте )) вот эти скобочки из текста, пожалуйста. Это улыбки. Ирония, самоирония и доброжелательность) Сволочи На полу раздолбанной маршрутки Места и двуногим-то впритык. Погоди, водила, скину куртку. У войны совсем не бабий лик. Крошево от гусеничных траков, Небо нашпиговано свинцом. У войны лицо моей собаки. Нет, не морда. Именно лицо. Помнишь знойный зуд мушиных сонмищ? Помнишь трупов бурые кули? Ты же ни черта потом не вспомнишь, Кроме пса, сидящего в пыли. Я тогда ещё умела плакать. После ссохлось всё, как солончак. Места не хватило для собаки. Крови было мало сволочам. Ты, господь, нас вёл до Малгобека, Дальше сами, дальше – на авось. Живы. Но с глазами человека В сгустке сердца поселился пёс. Жить конечно можно, только нечем. Бог, да совесть – тот ещё балласт. Ты поймёшь, что мир бесчеловечен, Предавая тех, кто не предаст. Наталья Возжаева Дорогие читатели, я предлагаю задать свой вопрос моей гостье. Автор лучшего вопроса будет премирован 50-ью серебряными монетами.