Литературная Гостиная
Литературная Гостиная
29 сентября 2019
Автор рубрики: Иванна Дунец
Марк Анатольевич Захаров
«Контакты на разных уровнях» |1988|,
«Суперпрофессия» |2000|,
«Театр без вранья» |2007|,
«Ленком – мой дом. Лицедейство без фарисейства» |2015|
«Начну с того общепланетарного открытия, которое сделано задолго до моих писаний: основная ценность театра — актерский организм, обладающий мощной энергетикой и гипнотической заразительностью, развивший свои нервные, психические ресурсы до высоких степеней, неподвластных строго научному измерению…»
«Претензия на деяния по духовному совершенству ближних может привести не только к смешным глупостям, но и к опасным профессиональным заболеваниям. Психика человека, возомнившего себя выдающимся режиссером, очень часто не выдерживает, человек погружается в разного рода поведенческие аномалии и даже начинает писать книги…»
«Рыцари ничего не делают потихонечку — они такие глупые. Они все делают открыто и честно. А это здесь никому не нравится, кроме Дракона. Конечно, ведь открытый человек — отличная мишень…»
М.А. Захаров
Вчера, когда я уже дописывала эссе об удивительной книге Стивена Хокинга «На плечах гигантов. Хронология революционных идей о природе Вселенной» для сегодняшнего выпуска Литературной Гостиной, пришло известие об уходе Марка Анатольевича Захарова. И тут же перед глазами, словно в немом чёрно-белом кино, стали проноситься кадры из фильмов, которые я люблю. Которые любят миллионы людей. Его Кино. Оно очень разное. И о разном. Но оно каким-то чудесным образом стало неотъемлемой частью жизни каждого из нас, ведь так? И это не пафос. Это не высокие слова. Это правда.
Помню, как однажды в магазине, когда я выбирала для бабули фильм с «каким-нибудь сериалом, типа «Скарлетт», продавец протянул мне золотой диск с фамилией Захаров на обложке: «Возьмите. Это не то, что вы ищете. Но это ХОРОШИЕ фильмы! Каждый, по-своему!». В моих руках оказалась коллекция фильмов Марка Анатольевича. До сих пор благодарна молодому человеку (с, несомненно, хорошим вкусом), что познакомил меня с творчеством великого режиссёра и сценариста. Так, какой из фильмов стал любимым, спросите вы? По гамбургскому счёту, наверное, все. «Мюнхгаузен» стал школой, как быть самим собой и не отрекаться, не предавать себя. «Убить Дракона», как научиться быть вне лицемерия и лжи. «Обыкновенное чудо», как любить, даже если завтра для вас не существует. «Формула любви» — истине, что любовь есть чудо. А «Юнона и Авось» тому, что ни жизнь, ни смерть не способны убить это чудо.
Марк Анатольевич был не только талантливым режиссёром, но и талантливым писателем и сценаристом. Его рассказы можно найти в интернете. А книги, аннотации (и даже авторские предисловия) к которым я с радостью приведу ниже, в книжных магазинах или библиотеках. Первую книгу Марк Анатольевич написал в далёком 1986 году. Это были «Контакты на разных уровнях». Издали её в 1988 году общим тиражом в 25 000 экземпляров. На обложке была чёрно-белая фотография сцены из рок-оперы «Юнона и Авось». Второе издание вышло спустя одиннадцать лет в 1999 году, тиражом почти в два раза меньше.
Из предисловия М.А. Захарова ко второму изданию книги «Контакты на разных уровнях»:
«Контакты на разных уровнях» были написаны мной в конце 1986 года, когда цензурный аппарат неофеодально-тоталитарного государства уже начал разрушаться, но отдельные его механизмы продолжали с чудовищным упорством следовать прежним идеологическим установкам. Один из таких механизмов все еще функционировал в руководстве издательства, которое заказало мне эту книгу. Я не ставил перед собой никаких политических задач и, тем не менее, со многими достаточно невинными суждениями вынужден был расстаться. Возвращать выброшенные цензурой абзацы сегодня нет ни возможности, ни желания. Заниматься коренной переработкой написанного тоже не захотелось, потому что книга была написана, что называется, на одном дыхании и делать вид, что в 1986 году я дышал как-то по-другому, показалось излишним. И все-таки кое-какие коррективы внести захотелось. Что-то пояснить из тех суждений, что носились тогда в моем сознании, и дописать хотя бы чуть-чуть из того, что носится в моих усталых мозгах сегодня.
Многие из моих чисто человеческих и режиссерских воззрений, профессиональных интересов и методологических поисков остались неизменными. Они оказались любопытными для тех, кто интересуется искусством вообще и театром в частности, поэтому книга, изданная издательством «Искусство» в 1988 году, почти мгновенно разошлась среди читателей. Я очень благодарен издательству «Центрполиграф» за его нынешний интерес к моим прошлым контактам, да еще на разных уровнях. Разумеется, я не удержался на определении «чуть-чуть» и при переиздании книги позволил себе несколько видоизменить отдельные страницы и даже написать новые. Делал я это осторожно, сдержанно, а иногда вдруг резко и решительно. Режиссер должен совершать непредсказуемые поступки. Наитие, сумасбродные идеи и спонтанные выбросы не проверенных наукой противоречивых, непоследовательных утверждений повышают доверие к режиссерской личности. Такова специфика нашей профессии…»
Второй его книгой стала «Суперпрофессия», изданная в 2000 году. Вот каким образом он в начале рукописи комментирует её странное название: «переиздавая «Контакты на разных уровнях», я самонадеянно написал о своей производственной специальности как о «суперпрофессии». Эту главу, несколько видоизменив ее и дополнив, мне захотелось включить в новую книгу, и издательство «Вагриус», надо отдать ему должное, согласилось на такое повторение моих выстраданных чувств и расплывчатых воспоминаний. В книгу, названную «Суперпрофессия», я включил также некоторые биографические мотивы, каких никогда не касался прежде, некоторые фрагменты из написанного по другому поводу — перебеливать эти страницы заново не имеет смысла хотя бы потому, что уже никогда я не смогу сформулировать свои мысли и наблюдения лучше, чем это когда-то получилось с разбега и сгоряча. Огромный недостаток настоящего издания — почти полное отсутствие подробных описаний моей интимной жизни с точным указанием списка лиц, которые вступали со мной в нетоварищеские отношения. Не хочу комкать столь распространенный ныне жанр мемуаристики, полагая, что это тема для отдельного объемного издания в том же издательстве. В «Суперпрофессии» я время от времени занимаюсь собственным жизнеописанием, но очень непоследовательно, невнятно, недоказательно и непредсказуемо. Скорее, это ощущения благоприобретенной профессии, утопленные в потоке сознания».
Из аннотации к книге «Суперпрофессия»:
«По мнению Марка Захарова, режиссер - это суперпрофессия, ибо он совмещает в себе черты драматурга и актера, художника и инженера и еще с десяток театральных профессий. А еще режиссер должен быть поэтом и политиком, дипломатом и хозяйственником, философом и... иногда просто тираном. Если режиссёр - это действительно суперпрофессия, то нельзя не признать, что Марк Захаров в ней является суперпрофессионалом. Иначе чем объяснить, что каждая постановка в возглавляемом им Ленкоме становится подлинным событием для театралов, а любители кино видят в фильмах Захарова только один недостаток - то, что они выходят на экраны далеко не ежегодно. В своей книге Марк Захаров вспоминает о нелегком пути к вершинам своей суперпрофессии о многих забавных, а порой и грустных эпизодах, приключившихся на театральных репетициях и киносъемках, рассказывает об актерах труппы Ленкома Евгении Леонове и Татьяне Пельтцер, Олеге Янковском и Инне Чуриковой, Николае Караченцове и Леониде Броневом, а также о спектаклях и фильмах, уже вошедших в золотой фонд нашего искусства - "Тиле" и "Мюнхгаузене", "Юноне и Авось" и "Обыкновенном чуде", "Поминальной молитве" и "Убить Дракона"…»
Третьей книгой стал его «Театр без вранья», вышедший в 2007 году.
Из предисловия М.А. Захарова к «Театру без вранья»:
«Режиссёр — профессия амбициозная. Режиссёру мерещится порой, что он знает о жизни что-то такое, чего не знают другие. Разумеется, режиссёрское самомнение может помочь в обретении профессии, но оно должно непременно смениться периодом вдумчивого и неторопливого анализа — кто ты и что ты? Чего ты добился сам, а что с тобою просто случилось. Мне кажется, что я готов к такому трезвому самоанализу. Очень надеюсь, что некоторые аспекты моих сценических и кинематографических сочинений будут не бесполезны для тех, кто интересуется театром. Путь в режиссёрскую профессию неотделим от жизненного пути человека, посвятившего свою жизнь сочинительству. Рассуждая о театре, я не могу уклониться от некоторых событий автобиографического характера. Впрочем, мои режиссёрские заметки хороши тем, что их можно читать с середины, можно с конца, а еще лучше — вообще отложить до лучших времен. «Лучшие времена» у нас почему-то всегда в прошлом или далеком будущем. Пытаюсь шутить, но, на самом деле, серьезен, как никогда…»
Свою последнюю книгу «Ленком – мой дом. Лицедейство без фарисейства», которая вышла в 2015 году, Марк Анатольевич посвятил любимой дочери Александре Захаровой. И откровенно рассказал о своём серьезном признании «любой ценой вызвать у людей иронию по отношению к себе и к предмету данного разговора. Так легче и веселее жить. Так удобнее рассуждать о высоких материях и низменных проблемах».
Из аннотации к книге «Ленком – мой дом. Лицедейство без фарисейства»:
«Марк Захаров, бессменный руководитель театра Ленком с 1973 года, выступает в этой книге в непривычной для прославленного режиссёра роли — роли зрителя. Искушенного, умного и слегка ироничного — особенно по отношению к самому Марку Захарову. Это книга о том, как Захаров — «случайно» — стал режиссёром. И о тех людях, которые его режиссёром сделали, и о тех, кого актерами делал уже он. О том, что происходит в свете рампы и за кулисами. О том, как Захаров творил Ленком, а Ленком — Захарова. О том, как Ленком выплеснулся за пределы театральной сцены — на экраны кино и телевизоров, на улицы города, страны, всего мира. Добро пожаловать в мир Марка Захарова. В мир лицедейства без фарисейства!»
85 лет.
Занавес.
Марк Анатольевич, браво!
