Около рифм

Рубрика Влада Южакова

МОРХИ

Книга – это хорошо. Книга – это полезно. Книга расширяет кругозор и заставляет думать. Ну, во всяком случае, так принято считать. Однако опыт подсказывает, что иногда это работает, а иногда – нет. Но как бы там ни было, всякий автор хочет издаться. Правда, статистика говорит о том, что люди читают примерно 10 % из всего изданного в мире… Но давайте плюнем на это. Книга – она же книга. У меня самого их семь. И это правильно. А иначе – зачем?

В январе 1992 года Россия из Страны вечнозеленых помидоров в один момент превратилась в Страну непуганых идиотов. Началось новое время: вставшие заводы, бешеная инфляция, нищета, феерическое обогащение, челноки, малиновые пиджаки, стрельба на улицах, финансовые аферы, свобода от всего. Не знаю, как другим, а мне это время тогда нравилось своей честностью: хочешь взять – бери, не умеешь – умри. Мир был открыт для всех. Вчера ты был недостижимый герой советского мира, а сегодня стал без денег, и я могу потрогать тебя руками. С высоты сегодняшнего опыта понимаю, что это было страшно. Но нам тогда было весело, поскольку было чуть больше двадцати.

В это волшебное время мой друг детства Гена решил стать писателем-фантастом. Авантюрности ему хватало. По деньгам он неоднократно пролетал, но иногда везло, что в какой-то момент дало ему возможность потратиться на покупку редкого тогда еще в быту компьютера, на котором он щелкал главу за главой. Время было подходящее. Сегодня ты очкастый ботан, а завтра рулишь чувствами и мыслями мира.

Рассказы и притчи лились из него потоком, который его друзья были вынуждены разгребать. Но пришло время, и Гена начал писать великую эпопею. И временами проверял на мне и моих товарищах, как идет дело, зачитывая главы.

Дело шло хреново.

«Это невозможно читать», - говорили мы Гене. – «Это разве что подросток примет по своей недалекости». «А может, я для них и пишу», - отвечал нам фантаст. «Ну, твое дело», - отвечали мы.

Но пришло время, и великий роман был написан. Весь он состоял из дословного пересказа фильма «Чужой-2» (режиссер Джеймс Кэмерон, 1986), но имел неожиданно креативное название «Морхи». Морхами у Гены в романе звались мерзкие твари, которые поедали героических космических морпехов. Как к человеку, умеющему рисовать, Гена обратился ко мне за иллюстрациями. Я прочел пару глав и сказал: «Нет, прости. Не вижу образов главных героев – ты их вообще никак не прописал, вижу только фамилии». «Ну так в этом же и дело!», - воскликнул Гена. – «Нарисуешь их – и образы появятся!». Мы долго ругались, и я даже сделал эскиз обложки, где бились два членистоногих чудовища. На что наш общий приятель Слава сказал: «Это тараканы трахаются?». Короче, с иллюстрациями не пошло.

Но книга вышла. В Ульяновске - там всегда было дешевле. Тиражом в несколько тысяч экземпляров. На желтой газетной бумаге, с невнятной бледно-розовой обложкой. Внешне она была очень похожа на брошюру о борьбе с алкоголизмом, но у друзей гения фантастики и таких на тот момент не было, что скрывать. Обмыли, сидя на упаковках с книгами. А утром Гена, экономя расходы, пошел сам разносить пробную партию книг по киоскам «Союзпечати». А следующим утром начал обход киосков в ожидании миллионов, критических статей в «Новом мире», Нобеля и вселенской славы.

Выглядело это примерно так. Гена засовывал лицо в квадратное отверстие киоска и сурово спрашивал: «Морхи есть?». «Шта?», - переспрашивала напуганная тетка за шестьдесят. «Я говорю, где Морхи?», - настаивал Гена. Тетка начинала суетиться, хлопать себя по несуществующим карманам, лезть в сумочку, а потом с облегчением видела обложку и говорила: «Есть «Морхи»! Еще пока никто не приобрел».

Сидя на пачках с книгами, мы у Гены выпивали еще много лет. Пока он не купил стулья.

Еще раз скажу: книга – это хорошо. И добавлю – нужно. Вопрос – кому.