Кубок: интервью с Ольгой Девш
Мы продолжаем ближе знакомиться с судейским составом предстоящей Квалификации и Финала Кубка.
Сегодня на ваши вопросы отвечает Ольга Девш.
Romana:
- В ходе судейства вы скорее оцениваете общий образ и идею стиха или частности его стихосложения?
ОД:
– Общее образуется частностями, целое – деталями. Смотришь на человека и думаешь: «О какой!», не вырывая из контекста его глаза или дорогие часы на руке, всё оценивается вместе, но, конечно, обращаешь внимание при рассматривании и на кокетливую родинку над губой, и на вульгарный маникюр. Если они есть. Со стихами примерно так же. Не могу пропустить стилистические ляпы, ведь с ними искажённое изображение авторского содержания не доносит до меня, как читателя, смысла. Вложено одно (задумано красиво), а высказано другое (передано нелепо). К техническим недочётам (размер, рифма и пр.) отношусь как к рабочему моменту: проскочил, допустим, нужное ударение – всегда можно вернуться и сделать, как надо. А к устройству образов присматриваюсь пристально. Слова имеют своё естество и соединять их без тщательной проверки на совместимость нельзя. Почему ель не растёт в пустыне? Потому что не естественно это, не предусмотрено природой. По этой же причине не люблю «ёлки» в стихах и оцениваю по Станиславскому небо в алмазах.
Алёна Воскобойник:
- Существует ли «женская поэзия»? Если да, то на каком месте она в «поэтической иерархии»?
ОД:
– В чьей «поэтической иерархии»? В моей? Я сама женщина, а определять себе место всё равно, что разлиновать лист для рисования: будущая картина может не вместиться в отведённую заранее колонку. Если же говорить о поэтической иерархии всерьёз, то на кого равняться? На Пушкина, Иванова, Слуцкого или Бродского? Разве Ахматова или Цветаева не в ряду великих? А ведь они как раз представляют так называемую «женскую» поэзию, причём два её разных вектора. Вообще же их три. И тема полемичная, имеющая богатый потенциал для литературоведческих исследований. Если интересен этот вопрос, почитайте отличную статью Елены Погореловой «Оне» в «Арионе» (№ 1, 2019). Мне важно, чтобы, независимо от рода, поэзия была поэзией.
Ирина Чуднова:
- Что для вас - писать стихи и что для вас - не писать стихи? Как вы справляетесь с периодами затишья в творчестве?
ОД:
– Я, слава богу, не страдаю «патологическим стремлением к многописательству, к сочинению произведений, претендующих на публикацию в литературных изданиях, псевдонаучных трактатов и т. п.» – т. е. графоманией (цитирую по Википедии). У меня есть чем занимать душу: двое моих сыновей особенно «энергозатратны»J. К тому же я редактор, и работа над улучшением чужого текста тоже даёт драйв, и результат приносит удовлетворение. А последнее время пишу рецензии и небольшие мини-эссе о стихах современных поэтов, называю их «дегустациями». Скучать не приходится. Стихи же… вольны приходить и уходить.
Ирина Кабачкова:
- Кого вы можете назвать вашими учителями и наставниками из литературных деятелей второй половины 20 века? Кого категорически не приемлете из первой половины 20 века?
ОД:
– В юности любила больше других Ахматову. Но о влиянии творчества Анны Андреевны или о моей подражательности говорить не тактично. Я слишком низко «порхала», да и стремилась к абсолютной уникальности, что не привело ни к чему, кроме беспомощной зауми. Хотя футурист из меня не вышел, конечно. Как и с более близкими мне символизмом и акмеизмом не срослась. Повзрослев, я поняла, что напиться необходимо из освящённых родников многих мастеров, чтобы подготовить почву для своего. И дышать не забывать.
- Как бы вы пояснили выражение «поэтическое мышление»? Что это такое?
ОД:
– Философский вопрос. Думаю, находить отражение времени в собственном мироощущении, явленное в образах, т. е. обращённое к знаниям как разума, подпитанного культурой, искусством, опытом, так и души, глубину познаний которой никто не ограничивает и не в силах измерить.
- Стихотворение – это интуитивное постижение или мастерски отточенное исполнение?
ОД:
– Это бриллиант. Нужен самородок и труд, чтоб его получить.
- Почему, на ваш взгляд, в современных поэтических конкурсах часто побеждает рифмованная проза или лирический нарратив?
ОД:
– Литпроцесс либерализовался. Двадцать первый век амбициозен, хочет удивлять. Классическая просодия оттенена стереотипом: будто устарела и исчерпала ресурс. Но это неправда. Дело в том, что она требует уверенной искусной строфы. А свободные формы раскрепощают, не требуется техническая виртуозность, достаточно сосредоточиться на содержании и для некоторых конкурсов этого хватает. Однако, к примеру, на Международном литературном конкурсе «7-й открытый Чемпионат Балтии по русской поэзии – 2018» победила подборка Дмитрия Артиса, отнюдь не верлибров.
- Что, по-вашему, в стихах непременно должно присутствовать и чего категорически быть не должно?
ОД:
– У каждого поэта личный рецепт. Универсальный состав, наверно, был найден Аристотелем, но второй том его «Поэтики» не дошёл до нас. Если верить Эко, то это страшное знание. Конкретно для меня в стихах обязательно должно быть что-то такое, что заставит верить написанному, поможет увидеть собственные ассоциации, отзовётся мембранным звуком. А не приемлю в поэзии позёрства и надуманности, стихи не перчатка и не маска.
Виктория:
- Есть определённые суеверия, как например, – страх употреблять в разговорной речи слова и выражения, несущие, как считается, отрицательную энергетику (например, чёрт, депрессия, кошмар, ужас, нет денег, мат и т. д.). Считаете ли Вы целесообразным применение этих слов в литературных произведениях, в т. ч. в стихотворениях?
ОД:
– Любое суеверие начинает работать в момент вашей мысли: «А вдруг?..» Если боишься, не пиши. А если художественная правда требует соответствующей лексики, то автору следует ей дать то, что она хочет. Иначе он будет лжецом. «Мастер и Маргарита» – яркий образец суеверий актёров и авторской честности. И лермонтовский «Демон» прекрасен и «Фауст» Гёте не проклял создателя. Разве только немеркнущей славой. Так что, что сам накличешь, то и придёт.
Андрей Мансветов:
- Могли бы вы предложить три совета начинающему гению?
ОД:
– Во-первых, не слушать ничьих советов. Во-вторых, не лениться. В-третьих, любить людей и доверять себе.
Виктория Беркович:
- Интертекст в поэзии (аллюзия или цитация)- это ловушка для автора? Используете ли сами интертекст и как часто? Как сделать так, чтобы он работал? Апеллировать исключительно к тому, что известно абсолютно всем?
ОД:
– Это нормальная практика, неизбежная в условиях многовекового накопления культурного опыта. Плох тот писатель (это родовое понятие, сюда относится и поэт, и прозаик), который не знает родословную своей культуры и литературы. Переклички должны быть, чтобы поддерживать связь поколений. Без фундамента сооружение не станет жилым домом. Зачастую я подсознательно апеллирую к классикам, потому что их творчеством прошит мой литературный геном. Иногда нужна прямая цитата, как приём, как параллель или авторитетное мнение, чаще аксиома. А гибкость аллюзии хорошо срабатывает в поэзии, прибавляя объёмности, даря ощущение причастности к великому. Словно твой голос не одинок.
Роман Смирнов:
- Скажите, есть ли в поэзии запретные темы, как вы думаете? Ещё вопрос, почему почти все филологи пишут (учителя ещё) и только единицы становятся действительно поэтами? В чём причина?
ОД:
– Поэтической амброзии мало. Как говорила Цветаева: «Успех – это успеть». Талант надо успеть найти, осознать, обработать и нести, нести, не опуская рук. Способности к версификации есть у многих. А переход на высшую ступень – волшебство, контекст, труд. Атмосфера, окружение имеют большое значение. Если б Ахматова не признала талант Бродского, кто знает, как долго он бы поднимался. Должна быть в поэте какая-то… сила, сродни силе атланта. Взвалить на себя мир не каждому под силу. Что касается запретных тем… Для меня табу на разжигании ненависти, пропаганде любого насилия и войны. А также пошлость, граничащая с уничижением личности.
Сергей Касатов:
- Вы уже поработали с частью конкурсных работ полуфиналистов Кубка. Часть из них успели оценить. Каковы ваши впечатления в сравнении с другими поэтическими конкурсами в интернете? Что-то можете сказать об уровне авторов?
ОД:
– Ещё очень рано говорить о впечатлениях. Я только-только начинаю входить в субпространство Поэмбука и Кубка в частности. Но то, что здесь непривычный для меня климат, не помешает объективности. Наоборот. В комментариях к стихам, где могу, я стараюсь объяснить своё решение. И пусть конкурсанты не обижаются, но я не вступаю в дальнейший диалог – думаю, что конкурс не походит на судебное заседание с выступлениями обвинения и защиты. Поэтому всем желаю удачи! И не зацикливаться на оценках.
Спасибо!
