Около рифм

Рубрика Влада Южакова

Морской волхв

Питер – это поэзия. Сам по себе, как таковой. И не только потому что Блок, Гумилев и Бродский. А потому что атмосфера особая, которая диктует определенное поведение, когда ты не можешь вести себя иначе, чем предписывает тебе этот город. Поэтому на его улицах с тобой случается множество маленьких добрых историй, которые остаются в памяти. И понемногу из них, как из паззлов, складывается портрет города. И в какой-то момент понимаешь, что это Блок, Гумилев и Бродский потому что Питер, а не наоборот.

Вот одна из таких историй, случившаяся на католическое Рождество более десятка лет назад.

***

В сувенирном магазине у станции метро «Черная речка» особым блеском выделялся отдел новогодних украшений. Магазин этот мне был рекомендован дизайнершей нашей газеты Леночкой, закончившей «Муху» и имевшей прекрасный художественный вкус: «Зайди обязательно, там такие роскошные голландские стеклянные ангелочки – глаз не оторвать!». Магазин я нашел быстро, и теперь стоял, разглядывая обилие сияющих, мерцающих, переливающихся разноцветных чудес. Искомые украшения нужны были позарез – праздник на носу, а в доме им пока и не пахло: ни шариков, ни гирлянд, ни серпантина. Я разглядывал рождественскую красоту, пребывая в полном отчаянии – денег на все про все было катастрофически мало. Леночка, конечно, молодец, и вкус у нее отменный, но, черт возьми, эта красота требовала таких финансовых жертв, на которые я на тот скорбный момент был попросту не способен. Два-три ангелочка made in Netherlands, я бы еще потянул, но для новогодней елки этого было явно мало. Да и, собственно, елку еще надо было на что-то купить…

Я с тоской ходил по отделу, остро ощущая собственную критически низкую покупательную способность, смотрел на ценники и понимал, что мне с моей наличной суммой в этом магазине не светит даже самый бюджетный вариант украшения дома к Новому году. И вот – о, чудо! – в самом углу отдела, на самой верхней полке я увидел ЭТО: стройный, где-то метра в полтора высотой, сплетенный из тонких лакированных веток конус, празднично поблескивающий неисчислимым количеством алых шариков. Вот оно, подумал я. То, что надо, подумал я. Во-первых, это красиво. Во-вторых, креативно и свежо. В-третьих, многоразово. В-четвертых, я получаю елку и украшения в одном флаконе – никаких лишних хлопот, купил, поставил дома, и сразу джингл беллс! И самое главное – у меня хватает денег на этот новогодний арт-объект! В общем, глянулась мне эта елка. Гип-гип ура, праздник к нам приходит!

Воодушевленный грядущим счастливым финалом моих мучений, я позвал продавца. Но когда он снял с полки мою (мою!) плетеную елку, праздничные краски вновь померкли, а эйфория сменилась прежним отчаянием… Увы, оказалось, что я плохо разглядел ценник – на покупку не хватало полторы тысячи рублей.

-Ой, извините, - шумно вздохнул я. – У меня, к сожалению, не хватит денег…

В этот момент кто-то похлопал меня по плечу. Я обернулся. Рядом стоял неизвестный мне человек. Одет он был в дорогое кожаное пальто, держался прямо, говорил связно, и только по глазам было понятно, что он изрядно пьян.

-Слушай, парень, - сказал он мне, дыша хорошим коньяком,- А давай купим твою елку вскладчину.

-То есть? – оторопел я. – Как это – вскладчину? А делить как будем? Пополам распилим?

-Ты не понял, - пояснил человек в кожаном пальто. – Давай так: я тебе просто добавлю столько, сколько тебе не хватает, и ты ее купишь.

Потом добавил:

-Дай мне свой номер телефона. После Нового года я тебе позвоню, и ты мне отдашь деньги.

Я честно написал ему свой номер на какой-то бумажке. Он добавил недостающую сумму, и продавец упаковал мою елку в красивый большой пакет. И когда я прощался с моим волхвом у выхода из магазина, он пожал мне руку и многозначительно произнес:

-И запомни: остались еще в России настоящие морские офицеры…

После Нового года он, конечно, не позвонил. Думаю, он вряд ли вообще наутро вспомнил этот эпизод. Но я этого человека помню. И если мы где-нибудь пересечемся, обязательно приглашу его выпить по стаканчику. За мой, конечно, счет.

Много лет прошло с тех пор. И я уже давно не работаю в той газете, и сама газета со временем трансформировалась в бесплатный рекламный листок, и дизайнерша Леночка уже два года как умерла от сердечного приступа, а вот история про настоящего морского офицера осталась. Одна из многих историй, создающих поэзию вокруг нас.

С Новым годом.

С новыми добрыми историями.