Литературная Гостиная
Литературная Гостиная
31 августа 2017
Ведущая рубрики: Иванна Дунец
Морис Метерлинк
«Синяя птица»
|феерия в шести действиях, двенадцати картинах, 1908 г.|
«Люди обычно говорят, что они этого не видят... Надо быть смелым, надо уметь различать и то, что не на виду! Странный народ эти Люди! Когда Феи вымерли, Люди ослепли, но они даже не замечают этого...»
М. Метерлинк
Друзья, а Вы счастливы?
На прошлой неделе я всем своим знакомым и друзьям задавала этот вопрос. И знаете, что меня удивило? Люди отвечали на него очень быстро, почти не задумываясь — «конечно, да!», а через несколько секунд, когда речь уже шла о чём-то привычно-бытовом, я видела, как они «зависали» где-то глубоко внутри себя… Возможно, они пытались ответить на заданный вопрос сами себе — честно и «без купюр»?
Конечно, вся литература пронизана поисками ответов на «вечные вопросы», но если они связаны с поисками счастья, мой ассоциативный ряд произведений возглавляет философская пьеса «Синяя птица» Мориса Метерлинка. Почему она, спросите Вы? Это же просто обычная детская сказка! Нет. Не обычная. И не детская. Она вне возрастов людей, она, своего рода, притча о самом главном внутри каждого из нас. И, прежде всего, она о том самом настоящем счастье «без купюр», о котором мы все — знаем всё, но почему-то вырастая — забываем.
Из статьи Александра Блока «О «Голубой птице» Метерлинка», прочитанной им перед актёрами БДТ 16.11.1920 г.:
«… Метерлинк прославился описанием едва уловимых движений души, тончайших чувств в минуты любви, смерти, разлуки, которые выражены в его стихах и в маленьких философских драмах девяностых годов. Метерлинк создал этот особый, узкий род литературы и породил массу подражателей во всех странах Европы. Особняком стоит его последняя пьеса «Голубая Птица», пьеса, которая обошла русские сцены под неверным заглавием «Синяя Птица». Совсем не педантизм с моей стороны — придираться к слову синий и передавать словом голубой французское слово Blue, но дело в том, что за пьесой-сказкой Метерлинка лежит длинная литературная традиция, которая тянется от народных сказок, сквозь их литературное преломление у французского сказочника Perrault, с одной стороны, и сквозь целую большую полосу германского романтизма, с другой. Метерлинк очень много занимался немцем Новалисом (главное произведение его есть неоконченный роман о Голубом Цветке — «Die blaue Blume»), он переводил его и как бы заново открыл для французов, тесно связав его имя с символизмом. Метерлинк — один из тех, кому мы обязаны установлением тесной литературной связи между ранними романтиками начала XIX века и символистами конца века. Пьеса-сказка Метерлинка есть символическая, или неоромантическая сказка. Нет нужды для нас сейчас утяжелять толкование пьесы и разбирать тот сложный философский фундамент, который, несомненно, подведен под неё. Это завело бы нас в очень глухие дебри, мы узнали бы очень много любопытного, но нарушили бы самую свежесть сказки. Нам необходимо подойти к пьесе с большой простотой, именно как к сказке, и тогда вся её глубина откроется сама собой, без академических изысканий. Только сказка умеет с легкостью стирать черту между обыденным и необычайным, а в этом — вся соль пьесы.
«Голубая Птица» — это сказка о счастье. Птица всегда улетает, её не поймать. Что еще улетает, как птица? Улетает счастье. Птица — символ счастья, а о счастье, как известно, давно уже не принято разговаривать. Взрослые люди разговаривают о деле, об устроении жизни на положительных началах; но о счастье, о чуде и тому подобных вещах не разговаривают никогда; это даже довольно неприлично; ведь счастье улетает, как птица; и неприятно взрослым людям гоняться за постоянно улетающей Птицей и пробовать насыпать ей соли на хвост. Как-то неудобно заниматься такими делами взрослому человеку. Иное дело — ребенку; дети могут забавляться этим; с них ведь не спрашивается серьезности и приличий. Нам совсем нет нужды и даже очень вредно углубляться в детскую психологию, чтобы понять все это. Нам нужно найти в самих себе или припомнить то состояние души, для которого во всех этих происшествиях, также как и во всех дальнейших приключениях, действительно нет ровно ничего удивительного. Право, это не удивительно для художника; потому что художником имеет право называться только тот, кто сберег в себе вечное детство. Надо только понять и припомнить первую минуту после пробуждения от сна; иногда, если сознание ещё притушено, в такие минуты всё кажется не совсем обыкновенным, немножко непохожим на вчерашнее и потому — праздничным. От не совсем обыкновенного к совсем необыкновенному только один шаг. У взрослого вспыхнувшее будничное сознание затемняет свет, исходящий из окружающих предметов. Если мы не допустим до этого будничное сознание (а дело художника — уметь вовремя не пустить сознание совершить такую часто уродливую и разрушительную работу), то увидим все окружающее нас в новом свете, увидим его простым детским зрением. Надо только не стыдиться этого, желать этого, упражняться в этом, и тогда можно найти сразу верный тон — тон особой убежденности…»
Морис Полидор Мари Бернар Метерлинк (1862 — 1949) — бельгийский поэт, писатель, драматург и философ. Он является лауреатом Нобелевской премии по литературе 1911 года за его «многостороннюю литературную деятельность и особенно — драматические произведения, отличающиеся богатством воображения и поэтической фантазией». Мистик и философ. Сказочник и историк. Известный эссеист. Граф. Человек, который не боялся рассказывать людям о наличии настоящего в людях. Многие исследователи творчества Метерлинка считают его последователем идей Шопенгауэра, который, как нам известно, был фаталистом. Но я в корне не согласна с их мнением. Ведь, человек, который верит в судьбу (фатум), не способен был бы верить в то, что Человек может преодолеть и себя, и обстоятельства, и тем самым найти себя истинного. А Морис, по-моему, верил в каждого из нас. Верил, что мы способны прозреть. Пусть даже на время, на несколько часов, читая его произведения, но способны. И то, что мы сможем разглядеть в себе и в мире, останется с нами. И, может быть, станет неотъемлемой частью нашего нового постижения бытия.
Из статьи Дмитрия Быкова «Вперед, к победе символизма!» о творчестве Мориса Метерлинка:
«… 29 августа 1862 года, в Генте родился Морис Метерлинк, нобелевский лауреат 1911 года, прозванный в критике «бельгийским Шекспиром». Более ста лет назад он передал Станиславскому право на первую постановку своей феерии 1905 года «Синяя птица», которая в переводе символиста Николая Минского и его жены Людмилы Вилькиной была впервые представлена московской публике 30 сентября 1908 года. Обратите внимание, как популярны были в СССР прочие символистские произведения — "Маленький принц" Экзюпери, написанный под явным влиянием Метерлинка, "Чайка Джонатан Ливингстон" Баха, написанная под явным влиянием Экзюпери. «Синяя птица» — это очень хорошая пьеса. Может быть, лучшая пьеса в двадцатом веке. Не только потому, что она учит верить в мечту и искать Истинные Блаженства — это как раз довольно просто (и не зря Станиславский ругал в письмах к друзьям «метерлинковские банальности»). А потому что она — как и все символистское искусство — учит правильному мировоззрению…»
P.S: Друзья, с сентября рубрика Литературная Гостиная будет по-прежнему выходить каждую неделю, но по Четвергам (ранее днём её выхода было Воскресенье). В середине сентября я планирую запустить очередные Чтения. Тему пока не буду озвучивать, но надеюсь, что она непременно Вас заинтересует. Следите за анонсами ЛГ в Альбоме.
И ещё, наш уважаемый меценат — администрация Поэмбука — подарит одному из Вас 15 золотых монет за самый интересный комментарий к выпуску ЛГ. Данное нововведение останется с нами до конца 2017 года. Хорошего Вам чтения!
И, конечно, будьте счастливы, друзья :)
