Литературная Гостиная.
Литературная Гостиная
16 апреля 2017
Ведущая рубрики: Иванна Дунец
Уильям Сомерсет Моэм
«Узорный покров»
|роман «The Painted Veil», 1925 г.|
Посвящается
my Space
Друзья, неисповедимы пути наши — искренне убеждаюсь в этом всегда, но особенно сейчас, когда пишу это эссе. Ведь, если бы Данте Алигьери в 1321 году не написал «Божественную комедию», то миръ не увидел бы в 1925 году романа «Узорный покров» Моэма. Но об этом позвольте Вам рассказать самому автору романа — Уильяму Сомерсету Моэму (1874—1965) — талантливому английскому романисту, драматургу, автору коротких рассказов и эссе.
Из предисловия автора к роману «Узорный покров»:
«На замысел этой книги меня натолкнули следующие строки из Данте:
…Когда ты возвратишься в мир земной
И тягости забудешь путевые, —
Сказала третья тень вослед второй, —
То вспомни также обо мне, о Пии!
Я в Сьене жизнь, в Маремме смерть нашла,
Как — знает тот, кому я в дни былые,
Меняясь перстнем, руку отдала...
"Ад" Данте я уже прочел раньше (с помощью перевода на английский, но добросовестно отыскивая незнакомые слова в словаре), так что с Эрсилией (она давала уроки итальянского языка Моэму) мы начали с "Чистилища". Когда мы дошли до того места, которое я процитировал выше, она объяснила мне, что Пия была сиенской дворянкой, чей муж, заподозрив её в неверности, но опасаясь мести её знатной родни в том случае, если он велит её убить, увез её в свой замок в Маремме, в расчете, что тамошние ядовитые испарения с успехом заменят палача; однако она не умирала так долго, что он потерял терпение и приказал выбросить ее из окна. Откуда Эрсилия всё это знала - понятия не имею, в моем издании примечание было не столь подробное, но история эта почему-то поразила моё воображение, я мысленно поворачивал её так и этак в течение многих лет, снова и снова размышлял над ней по два-три дня кряду. Я все повторял про себя строку "Сиена породила меня, Маремма меня погубила".
Но это был лишь один из многих сюжетов, теснившихся у меня в голове, и я подолгу вообще не вспоминал о нем. Я, разумеется, представлял себе какую-то современную повесть и никак не мог придумать, в какой современной обстановке такие события могли бы произойти, не утратив правдоподобия. Нашел я такую обстановку лишь после того, как совершил долгое путешествие в Китай. Пожалуй, это единственный из моих романов, который я писал, исходя не столько из характеров, сколько из фабулы. Объяснить, как соотносятся характеры и фабула, нелегко. Нельзя создать персонаж в безвоздушном пространстве: как только начинаешь о нем думать, представляешь его себе в какой-то ситуации, он совершает какие-то поступки; и выходит, что характер и хотя бы основное действие зарождаются в воображении одновременно. Но в данном случае персонажи были подобраны в соответствии с сюжетом; и списаны они были с людей, которых я давно знал - правда, при других обстоятельствах…»
Названием и эпиграфом к роману «Узорный покров» Уильяма Сомерсета Моэма служат замечательные строки из сонета английского поэта Percy Bysshe Shelley:
Узорный не откидывай покров,
Что жизнью мы зовем, пока живем,
Хотя, помимо призрачных даров,
Не обретаем ничего на нём;
Над бездною, где нет иных миров,
Лишь судьбы наши: страх с мечтой — вдвоем…
1818 г.
Путь к написанию автором романа «Узорный покров» оказался невероятно долгим — более 30 лет, но что эти цифры по сравнению с веками, что отделяют идею, в лице Данте Алигьери, от воплощения его истории в действительность Сомерсетом Моэмом! Герои этой драмы — Китти Гарстин и Уолтер Фейн, нелюбимый муж и любимая жена, которые предстают перед нами в самый непростой период своей жизни. Суть прочитанной у Данте истории Моэм сохранил, пожалуй, за исключением её окончания. И, если позволите мне быть субъективной, то эта история о нелюбви и любви Китти. Это летопись её пути — её Дао, её личностные ипостаси, в которых она предстаёт перед нами на протяжении нескольких лет своей жизни. Мы видим, как она растёт и падает, как она презирает, и как она любит, как она равнодушна к осознанию и пониманию, и как в ней просыпается её истинная удивительная суть. И так трогательно, что в завершении романа уходит от неё всё это наносное, ненастоящее, то, чем наделяет себя человек, умышленно отгораживаясь от истины своей души.
Из романа «Узорный покров» У.С. Моэма:
«… Китти стиснула руки в горестном недоумении.
- А если "жизни бесконечной" нет? Подумайте, что это значит, если со смертью действительно кончается всё? Монахини от всего отказались - и не получили ничего. Их обманули. Одурачили.
Уоддингтон ответил не сразу.
- Вот не знаю. Не знаю, так ли уж это важно, что их высокая цель оказалась иллюзией. Жизнь их сама по себе прекрасна. Мне представляется, что на мир, в котором мы живем, можно смотреть без отвращения только потому, что есть красота, которую человек время от времени создает из хаоса. Картины, музыка, книги, которые он пишет, жизнь, которую ему удается прожить. И больше всего красоты заключено в прекрасно прожитой жизни. Это — самое высокое произведение искусства.
Китти вздохнула. Его рассуждения показались ей сухими. Ей было этого мало.
- Вы бывали на симфонических концертах? - продолжал он.
- Бывала, - улыбнулась она. - В музыке я мало что смыслю, но слушать очень люблю.
- Каждый музыкант в оркестре играет на своем инструменте, и много ли ему известно о тех сложных гармониях, что из этого рождаются? Он играет только свою, порой очень скромную партию. Но он знает, что симфония чудесна. Чудесна, даже если никто её не слышит, и он доволен тем, что в ней участвует.
- Вы как-то говорили о Дао, - сказала Китти. - Объясните мне, что это такое.
Уоддингтон кинул на неё быстрый взгляд, секунду колебался, а потом заговорил с едва заметной улыбкой.
- Это Путь и Путник. Это вечная дорога, по которой движется всё живое, но её никто не создал, ибо она сама — живая. Она всё и ничто. От неё всё возникает, ей подчиняется и к ней, в конечном счете, возвращается. Это квадрат без углов, звук, неслышный уху, образ без формы. Это необъятная сеть, и, хотя ячейки её огромны, как море, она ничего сквозь себя не пропускает. Это святая святых, где все могут найти прибежище. Оно - нигде, но его можно увидеть и не выглянув из окна. Не желай желать, учит оно, предоставь всему идти своими путями. Смиряющийся будет сохранен. Сгибающийся будет выпрямлен. Неудача - основа успеха, а в успехе таится зародыш неудачи; но кто скажет, когда одно сменится другим? Стремящийся к нежности может уподобиться малому ребенку. Доброта приносит победу нападающему и спасение защищающемуся. Могуществен тот, кто одолеет себя.
- А это что-нибудь значит?
- Когда… смотришь на звезды, иногда кажется, что как будто и значит.
Наступило молчание…»
И, конечно же, нельзя обойти стороной удивительный и, такой отличный от романа, художественный фильм «Разрисованная вуаль», снятый в 2006 году. Если Вы просто прочли книгу, то смело смотрите фильм! Но если Вы ещё не читали роман, то я бы посоветовала сначала прочесть, а потом уже смотреть. Так как основная идея романа очень сильно отличается от той, что пытаются донести до нас авторы экранизации. И я могу понять создателей фильма — в нашем современном мире так мало взаимной, понимающей и принимающей всё в нас самих и других, любви. Но за этой неприкрытой попыткой изменить наше восприятие «моэмовской» истории, теряется что-то более ценное, что-то такое незыблемое, о чём и хотел рассказать нам Сомерсет Моэм. Решать Вам — искать ответы на Ваши вопросы у писателя, либо просто принять версию, изложенную кинематографистами. Несмотря на эти противоречия, мне нравится этот фильм. Главные роли в нём исполнили Наоми Уоттс и Эдвард Нортон. Их игра изумительная. Пейзажи, диалоги, паузы — великолепно всё. А музыка — она прекрасна! Её написал к фильму французский композитор Alexandre Desplat. Восьмикратный номинант и лауреат премии «Оскар», лауреат премий «Грэмми» и BAFTA. За музыку к фильму «Разрисованная вуаль» он получил премию «Золотой глобус». Его музыку просто нужно слушать и… слышать!
https://music.yandex.ru/album/2501664/track/21785175
Да, была ещё одна экранизация романа Моэма в 1934 году, где Грета Гарбо блистала в главной роли, но о ней я, к сожалению, могу сказать мало приятного (хотя, может быть, кому-то именно эта киноверсия романа будет интересна). Что ж, друзья, читайте роман «Узорный покров», смотрите художественный фильм «Разрисованная вуаль», любите взаимно, и главное — учитесь слышать друг друга, даже если Вы с разных «галактик» нашего мира! Вы думаете, о любви всё сказано? Надеюсь, что нет… О ней как о явлении мы будем говорить вечно, ну, или хотя бы столько времени, сколько будет существовать род людской на нашей планете, то есть до тех пор пока мы с Вами дышим, чувствуем и осознаём происходящее…
P.S: И я позволю себе проститься с Вами словами одарённого писателя Уильяма Сомерсета Моэма, которые так важно не просто понять, а принять нашему сердцу: «Иногда шаг навстречу другому — величайшее путешествие в жизни»…
роман «Узорный покров» У.С. Моэма
поэма «Божественная комедия» Данте Алигьери
стихотворения Перси Биши Шелли
