Ищу Критика! Пилигриммм.

Ищу критика!

13 декабря 2016

Пилигриммм.

Автор: Колчин Сергей

МАДАМ ЛАМОЛЬ

Ах, Янсен! Не знаю, не знаю...

Я слабой бываю не часто...

Я в завтрашний день убываю    –      Многовато местоимений Я на таком коротком отрезке текста. Глагольная, чисто грамматическая рифма.

В погоне за призраком счастья.

Возможно лишь через столетье

Дождёшься меня, мой поклонник.

Костюмчик из кожи и плети

Сложи-ка на тот подоконник.    –     Здесь налицо – конфликт из фраз, которые реальны только в личном живом общении, и фраз, которые могут составлять лишь молчаливые рассуждения лирической героини. Первая, вторая, пятая и шестая строки возможны для обеих версий, третья и четвёртая – только в ассоциации мыслей лирической героини, а седьмая и восьмая – только в устном общении.

Особняком скажу о содержании этих двух строк. Поняв, что речь идёт о монологе из «Гиперболоида…», я ощутил от них диссонансную оторопь. Настолько они противоестественно прозвучали бы в устах Алексея Толстого. Здесь вкус явным образом изменил автору.

Я знаю, что ты терпеливо    –  Боюсь, эпитет ТЕРПЕЛИВО здесь неуместен, поскольку он требует принудительного сохранения событий в памяти лирического героя. Здесь уместнее использовать эпитет БЕРЕЖЛИВО.

Хранить будешь день мой вчерашний,  –  БУДЕШЬ осталось безударным, поэтому при чтении сливается с одним из слов, стоящих рядом.

Когда мы с тобою игриво–  Рифма – сугубо грамматическая.

Вершили любовные шашни.  –ШАШНИ – о своих любовных похождениях не говорят, поскольку само слово несёт негатив. Шашни – любовные интриги, греховные ухаживания…Даже если такое имеет место, в свой адрес такие слова может применять только запредельно вульгарный циник. К тому же – неуютно пафосному глаголу ВЕРШИТЬ находиться рядом с существительным ШАШНИ. Хоть игриво, хоть всерьёз.

Ради рифмовки идти на смысловые грехи поэт не вправе, смысл – первичен, рифма – третьестепенна, хорошие стихи вполне способны обойтись без рифм, в то время как хорошая рифмовка – бессмыслицу стихами никогда не сделает.

Давайте посмотрим на прототип стихотворного ремейка. Алексей Толстой, «Гиперболоид инженера Гарина», диалог Зои и Янсена:

— Мадам Ламоль, — сказал Янсен умоляюще — я не видал вас целый месяц. Покуда вы ещё свободны. Пойдёмте в море. «Аризона» отделана заново. Мне хотелось бы снова стоять с вами на мостике под звёздами.

Зоя взглянула на него, лицо её стало нежным. Усмехаясь, протянула руку. Он прижался к ней губами и долго оставался склонённым.

— Не знаю, Янсен, не знаю, — проговорила она, касаясь другой рукой его затылка, иногда мне начинает казаться, что счастье — только в погоне за счастьем… И ещё — в воспоминаниях… Но это в минуты усталости… Когда-нибудь я вернусь к вам, Янсен… Я знаю, вы будете ждать меня терпеливо… Вспомните… Средиземное море, лазурный день, когда я посвятила вас в командоры ордена «Божественной Зои»… (Она засмеялась и сжала пальцами его затылок.) А если не вернусь, Янсен, то мечта и тоска по мне — разве это не счастье?

Ошибку вызвала невнимательность к прототипу и психологическая несосредоточенность при написании ремейка. Одно дело – ТЕРПЕЛИВО ждать свою возлюбленную, другое – ТЕРПЕЛИВО помнить о прошлом. Это совсем разные и совсем по-разному окрашенные психологические моменты.

О мой командор! Ты из стали,  –  После О – запятая.

Ты сносишь любые побои.   –    Это намёк на садо-мазо, на кожу и плети? Жаль, если так.

Недаром тебя посвящали

В мой орден "Божественной Зои"!  –  Рифма, не имеющая созвучных согласных, бедна.

Мой викинг, потомок разбоя      –   Запятая. А что такое – потомок разбоя? Как это? Каких детей плодит РАЗБОЙ? Разор, страх, смерть, ненависть… Автор ошибся. Не РАЗБОЯ, а РАЗБОЙНИКА или ПИРАТА.

К тому же автор забыл, что строфы с одинаковыми рифмами теория рекомендует разносить хотя бы на две строфы. Тем более, что слова ПОБОИ и РАЗБОЯ – однокоренные, что не может не бить по чуткому уху.

Не хмурься, мы все в божьей власти...   –  БОЖЬЕЙВЛАСТИ – сдвигология,  Божьей – с заглавной буквы. Лиргероиня пытается снять с себя ответственность за страдания лирического героя, лукаво переводя ответственность за свои поступки на Бога. Честное слово, женское коварство границ не имеет.) Но – могла ли Зоя произнести эти слова? В смысловой ряд её речей они вписываются, а вот насчёт конкретного озвучивания… Мне видится, что это – не её строй. До Бога ли ей?.. Слишком она любит себя.

Тоска обо мне, без покоя,  –  Строчка прописана плоховато. Тоска без покоя? Лирическая героиня – без покоя? Или без покоя – сам викинг? Это, конечно, ошибка.

Рифма опять – без опоры на согласные звуки. Это просто вошло уже в привычку у автора.

Не это ли в сущности - счастье?  –    Неплохая была задумана концовка, но выражена неточно, поскольку последняя строка должна быть противопоставлением предпоследней. А значит – начинаться с союза НО. Смысл такой:

Но разве не в этом – счастье?

или

Но только не в этом ли – счастье!

2011 – а вот это едва ли хорошая черта под произведением. Душком от неё тянет…

Когда поэт берётся за ремейк на какое-либо произведение, он обязан помнить, что должен развить тему прототипа, оставив нетронутой оригинальную атмосферу. И при этом – написать он должен по крайней мере – не хуже, чем в это сделано в оригинале.

Увы, боюсь, с поставленной задачей автору справиться едва ли удалось. Вне сомнения, личностный портрет Зои получился неплохо, за исключением некоторых моментов. Но ошибки и неточности увели автора от решения поставленной задачи.

Прибавлю ещё, что вторичность в литературе не позволяет автору истинно раскрыться, если он не привнёс в написанное своего жизненного мироощущения и своего эмоционального опыта. Здесь мы этого – не увидели.

Автор: Елена Лесная

ЛЮБОВЬ НЕ ВЕРИТ

 А я не знаю, как мы столкнулись   –  В прозаическом тексте такое или подобное начало нужно было бы посчитать ошибкой. Слава Богу, поэзия позволяет нам в языке – несколько больше вольности, поскольку обычными средствами языка далеко не всегда можно выстроить поэтический образ. В прозе это могло бы звучать так: Не понимаю, как… А здесь союз А, стоящий в самом начале произведения, союз, выражающий противопоставление тому, что не было сказано, прекрасно срабатывает: автор с его помощью как бы погружает читателя в досюжетную часть течения жизни лирического героя (героини), даёт понять, что вся предшествовавшая жизнь шла своей размеренной поступью, не предполагая неожиданностей.

На перекрёстке чужого лета.   –   Многообещающий образ. Сработал бы!

Брусчаткой выжженной старых улиц  –  СТАРЫХУЛИЦ – сдвигология, возникшая не из-за греха в размерности строки, как это чаще всего случается, а просто из-за неудачного соседства слов в строке.

Бродило счастье за нами следом.

И солнце щурилось, багровея,

И ветер веткой окно царапал

Кафе, плывущего каравеллой,  

Разжавшей города скверы-лапы.  –  Инверсия. Нежелательная, но не смертельная. И ветер царапал веткой окно кафе, плывущего каравеллой, разжавшей лапы-скверы города. Вот расписал в строку – и получилось, что кафе разжало скверы-лапы города. У меня не вырисовывается такой образ.

Хозяин, жадно считая прибыль,

Играл с клиентами в переглядки.  –  Хозяин здесь выставлен дураком: едва ли умный хозяин заведения станет ЖАДНО считать ПРИБЫЛЬ на глазах у клиентов. Но, видно, так задумано…

А мне тепло от твоих улыбок

Вливалось пьяно, вливалось сладко.

Казаться было смешно степенней –

Рассудок – слабый любви соперник.

А мы считали шаги ступеней

И целовались потом на верхней.–  Не выходя из кафе, ОНИ шли по ступеням… На второй этаж? Ой!) Не хватило штриха, чтобы показать, что ступени были уже вне кафе. Но эти живые фактурные ступени, ассоциированные со ступенями восхождения к любви – образ замечательный.

Нас проворонил уставший город –   – Глагол ПРОВОРОНИЛ говорит о том, что этой истории, этой встречи вообще не должно было быть. Она – вне судьбы лирических героев.

Под одноногими фонарями

Сбежал с платформы со свистом скорый,   –Вот в тысячах случаев нельзя было бы простить авторам то, что поезд забирался на платформу. А здесь – не получается не верить глазам лирической героини. Можно ли нарушать теоретические принципы, логику структурного построения произведений, естественную логику описываемых событий и прочая…- ? В абсолютном большинстве случаев – конечно, нет. но, как говорит философия, исключения из правил – самих правил не опровергают. Случайность есть лишь одно из проявлений закономерности.

А ассоциация романтической истории с промелькнувшим скорым поездом – чудесна. Он возник на фоне того врЕменного прорыва как бы в иное измерение-пространство чужого лета, в котором волею случая оказалась лирическая героиня. Образность сложная, наслоенная, но, поскольку сравнительные ассоциации разнесены в произведении, друг другу не мешают.

По рельсам дней выводя орнамент.  –  А вот с тем, что скорый поезд может выводить на рельсах ОРНАМЕНТ я бы поспорил. Лично я поиграл бы с рифмой ЦУНАМИ…

Не понимали, живя часами,

Какой беды впереди преддверье.

И больше нет ничего меж нами.  –  Резковатый переход от непонимания к обрушению. И резюме – слишком категоричное. Из памяти счастливые моменты вытравить невозможно.

Мы это знаем.

Любовь не верит. –  Вот оно! Вот та концовка, наполненная оптимизмом настолько, что от избытка его давления вот-вот лопнет вся фабула произведения, ведущая к беде, к утрате любви. Тот самый эффект взрывной неожиданности, которой так хотелось читателю, не смевшему поверить в счастье лирических героев. И при этом – не ставящая точки над И.

Оставлять читателя в состоянии растерянности или раздумья, пытающегося заглянуть за рамки произведения, чтобы найти свой внутренний покой. При этом психологически у читателя образуется тот информационно-эмоциональный вакуум, при котором хочется, чтобы произведение не заканчивалось на этих словах. Разве не к этому должен стремиться творец!

Браво! Интересная работа талантливого автора.

Но когда я читал стихи Елены, мне вспомнилось стихотворение Сергея Крюкова, которое слышится как бы дополнением, второй стороной описанной романтической истории.

* * *

Эти наши встречи на вокзале…

Эти расставанья впопыхах…

Сколько нам объятия сказали,

Сколько прочитали мы в глазах,

Сколько говорили поцелуи

На виду у множества людей! –

Громко ты кричала в них: «Люблю я!»

Я шептал: «И разлюбить не смей!»

Я сжимал в руке твои ладони.

В пальцы дрожь бежала от руки.

А на сиротеющем перроне

Торопили нас проводники.

Мы цеплялись жадными глазами,

Нервно разнимая пальцы рук…

Расставались, словно ускользали

В чёрную дыру людских разлук.

Не давая думать об отсрочке,

Время подгоняло нас: «Пора!»,

Будто зная: это лишь цветочки –

Злых разлук бездонная дыра…

Комментарии излишни.