Стихи Михаила Анчарова — самые популярные.

Михаил Леонидович Анчаров (1923–1990) — советский поэт, бард, художник и прозаик. Один из основоположников авторской песни в России. Его песни и романы («Самшитовый лес») стали символом шестидесятнической интеллигенции. Близок по духу к Окуджаве и Визбору. Один из первых советских бардов, создавших особый мир городской романтики.

Михаил Анчаров • 80 стихотворений
Читайте все стихи Михаила Анчарова онлайн.
Полное собрание стихотворений с комментариями и оценками.
ДАТА Все время
ЯНВ
ВЕФ
МАР
АПР
МАЙ
ИЮН
ИЮЛ
АВГ
СЕН
ОКТ
НОЯ
ДЕК
ПН
ВТ
СР
ЧТ
ПТ
СБ
ВС
ЖАНР Все

Губы девочка мажет
В первом ряду.
Ходят кони в плюмажах
И песню ведут:
Про детей, про витязей
И про невест…
Вы когда-нибудь видели
Сабельный блеск?

Поднимается на небо
Топот и храп.
Вы видали когда-нибудь
Сабельный шрам?
Зарыдают подковы —
Пошел
Эскадрон.
Перетоп молотковый —
Пошел эскадрон!

Черной буркой вороны
Укроют закат,
Прокричат похоронно
На всех языках.
Среди белого дня
В придорожной пыли
Медсестричку Марусю
Убитой нашли…

Отмененная конница
Пляшет вдали,
Опаленные кони
В песню ушли.
От слепящего света
Стало в мире темно.
Дети видели это
Только в кино.

На веселый манеж
Среди белого дня
Приведите ко мне
Золотого коня.
Я поеду по кругу
В веселом чаду,
Я увижу подругу
В первом ряду.

Сотни тысяч огней
Освещают наш храм.
Сотни тысяч мальчишек
Поют по дворам.
Научу я мальчишек
Неправду рубить!
Научу я мальчишек
Друг друга любить!

Ходят кони в плюмажах
И песню ведут.
Губы девочка мажет
В первом ряду…

0

Рост у меня
Не больше валенка.
Все глядят на меня
Вниз,
И органист я
Тоже маленький,
Но все-таки я
Органист.

Я шел к органу,
Скрипя половицей,
Свой маленький рост
Кляня,
Все пришли
Слушать певицу
И никто не хотел
Меня.

Я подумал: мы в пахаре
Чтим целину,
В вoине — страх врагам,
Дипломат свою
Преставляет страну,
Я представляю
Орган.

Я пришел и сел.
И без тени страха,
Как молния ясен
И быстр,
Я нацелился в зал
Токкатою Баха
И нажал
Басовый регистр.

О, только музыкой,
Не словами
Всколыхнулась
Земная твердь.
Звуки поплыли
Над головами,
Вкрадчивые,
Как смерть.

И будто древних богов
Ропот,
И будто дальний набат,
И будто все
Великаны Европы
Шевельнулись
В своих гробах.

И звуки начали
Души нежить,
И зов любви
Нарастал,
И небыль, и нечисть,
Ненависть, нежить
Бежали,
Как от креста.

Бах сочинил,
Я растревожил
Свинцовых труб
Ураган.
То, что я нажил,
Гений прожил,
Но нас уравнял
Орган.

Я видел:
Галерка бежала к сцене,
Где я в токкатном бреду,
И видел я,
Иностранный священник
Плакал
В первом ряду.

О, как боялся я
Свалиться,
Огромный свой рост
Кляня.
О, как хотелось мне
С ними слиться,
С теми, кто, вздев
Потрясенные лица,
Снизу вверх
Глядел на меня.

0

…Давайте попробуем
Думать сами,
Давайте вступим
В двадцатый век.

Слушай, двадцатый,
Мне некуда деться,
Ты поешь
У меня в крови.
И я принимаю
Твое наследство
По праву моей
Безнадежной любви!

Дай мне в дорогу,
Что с возу упало —
Вой электрички,
Огонь во мгле.
Стихотворцев много,
Поэтов мало.
А так все отлично
На нашей земле.

Прости мне, век,
Танцевальные ритмы,
Что сердцу любо,
За то держись,
Поэты — слуги
Одной молитвы.
Мы традиционны,
Как мода жить.

Мы дети эпохи,
Атомная копоть,
Рыдают оркестры
На всех площадях.
У этой эпохи
Свирепая похоть,
Все дразнится морда,
Детей не щадя.

Не схимник, а химик
Решает задачу.
Не схема, а тема
Разит дураков.
А если уж схема,
То схема поэмы,
В которой гипотеза
Новых веков.

Простим же двадцатому
Скорость улитки,
Расчеты свои
Проведем на бегу,
Давайте же выпьем
За схему улыбки,
За график удачи
И розы в снегу.

Довольно зависеть
От прихотей века,
От злобы усопших
И старых обид.
Долой манекенов!
Даешь человеков!
Эпоха на страх
Исчерпала лимит!

И выдуем пыль
Из помятой трубы.
И солнце над нами
Как мячик в аллее,
Как бубен удачи
И бубен судьбы.

Отбросим заразу,
Отбросим обузы,
Отбросим игрушки
Сошедших с ума!
Да здравствует разум!
Да здравствуют музы!
Да здравствует !
Да скроется тьма!

0

Впереди колонн
Я летел в боях,
Я сам нащупывал цель,
Я железный слон,
И ярость моя
Глядит в смотровую щель.

Я шел как гром,
Как перст судьбы,
Я шел, поднимая прах,
И автострады
Кровавый бинт
Наматывался на тракт.

Я разбил тюрьму
И вышел в штаб,
Безлюдный, как новый гроб,
Я шел по минам,
Как по вшам,
Мне дзоты ударили в лоб.

Я давил эти панцири
Черепах,
Пробиваясь в глубь норы,
И дзоты трещали,
Как черепа,
И лопались, как нарыв.

И вот среди раздолбанных кирпичей, среди
разгромленного барахла я увидел куклу.
Она лежала, раскинув ручки,- символ чужой
любви… чужой семьи… Она была совсем рядом.

Зарево вспухло,
Колпак летит,
Масло, как мозг, кипит,
Но я на куклу
Не смог наступить
И потом убит.

И занял я тихий
Свой престол
В весеннем шелесте трав,
Я застыл над городом,
Как Христос,
Смертию смерть поправ.

И я застыл,
Как застывший бой.
Кровенеют мои бока.
Теперь ты узнал меня?
Я ж любовь,
Застывшая на века.

0

В небе змеи
Плывут как косы.
В речке косы –
Коса твоя.
Стало быть, я
Лежу на откосе
И рассуждаю
Насчет бытия…

В небе застыли
Мои гороскопы,
А по реке –
Беготня жучков.
В небе стрекочет
Мой геликоптер,
В черном небе
Твоих зрачков.

Ехал грек
Через эту реку,
Вдруг увидел –
Течет река.
Вдруг он понял,
Что в эту реку
Дважды ему
Не войти никак.

Она играет,
От волн рябая,
Она другая,
Она – поток,
Она сейчас
Тебя настигает
И не откладывает
На потом.

Стало быть, пей ее,
Если смеешь,
Струи чистые
Угадав.
Не дожидайся,
Что мудрость змея
Сама настигнет
Тебя в годах,

Что за горами
И за лесами
Живет объясняющий
Человек.
Давайте попробуем
Думать сами,
Давайте вступим
В двадцатый век.

Двадцатым он
Потому считается,
Что воздух зловонием
Заражен,
Потому что в нем
Проживают скитальцы,
С голоду лезущие
На рожон.

Что в каземате
Хищный ученый,
Подъяв самопишущее
Стило,
Стремится,
Проблемою увлеченный,
Вырастить вошь
В полтора кило,

Чтоб она помогала
В неслыханном деле,
Чтоб знала крови
Соленый вкус,
Чтоб мир застыл,
Ощутив на теле
Сыпнотифозный
Ее укус.

Что день и ночь
Социальные парки
Пряжу жизни твоей
Прядут,
Что ты, как попка
В чужом зоопарке,
Всего лишь функция
И продукт.

Что ты предрешен,
Обусловлен, измерен,
Предсказан,
Вычислен до корней,
Что ты для себя самого
Утерян,
Что ты – это личность,
Которой нет.

Уж лучше я буду
Бродить по дому,
Чем на пути
Попаду в капкан,
Уж лучше я буду
Живой подонок,
Чем мертвый остануся
В дураках.

Зачем мне ветер?
Зачем мне флаттер?
Все удобства мои
При мне.
А вдруг повезет,
И родимая хата
Опять окажется
В стороне!

Я продукт,
Я учился в школе.
Школьный продукт, –
Какая тоска!
Зачем мне тогда
Свобода воли,
Зачем мне личность
Свою искать?

Так пропади же ты,
Век проклятый!
Бегу от тебя
И ночью и днем!
Я бегу,
А искомая хата,
Увы, находится
Под огнем.

Слушай, двадцатый,
Мне некуда деться,
Ты поёшь
У меня в крови.
И я принимаю
Твое наследство
По праву моей
Безнадежной любви!

Дай мне в дорогу
Что с возу упало –
Вой электрички,
Огонь во мгле…
Стихотворцев много,
Поэтов мало,
А так все отлично
На нашей земле.

Прости мне, век,
Танцевальные ритмы.
Что сердцу любо –
За то держись.
Поэты –
Слуги одной молитвы.
Мы традиционны,
Как мода жить.

…Лодки, лодки,
Веселые лодки,
Зеленые лодки,
Голубая вода.
Идет на одиночке
Девчонка-красотка,
Плывут в одиночку
Глаза-невода.

Пришел на рассвете
Немец с пистолетом –
«Вальтер» в руке,
Прыщик на щеке.
На рассвете в кювете
Заплакали дети,
Убитые пограничники
Плывут по реке…

Отец, покойник,
Воевал спокойно.
Он вообще-то
Спокойный был такой.
На таран самолет
Повел спокойно.
О река, с пограничниками
Душу его упокой!

Девочку, девочку,
Не видели девочку?
Трех лет,
Такая рыжая?
Не видали девочку?
Нашлась девочка.
Ничего, курносая,
Выжила.

Трость-зонт в руки,
Диплом – в зубы,
Чулок тонкий,
Ночная мгла…
Идет на шпилях
Сиреневая девчонка,
Что в гонке одиночек
Первой пришла.

0

Давайте попробуем
Думать сами,
Давайте вступим
В двадцатый век.

Слушай, двадцатый,
Мне некуда деться,
Ты поешь
У меня в крови.
И я принимаю
Твое наследство
По праву моей
Безнадежной любви!

Дай мне в дорогу,
Что с возу упало —
Вой электрички,
Огонь во мгле.
Стихотворцев много,
Поэтов мало.
А так все отлично
На нашей земле.

Прости мне, век,
Танцевальные ритмы,
Что сердцу любо,
За то держись,
Поэты — слуги
Одной молитвы.
Мы традиционны,
Как мода жить.

Мы дети эпохи,
Атомная копоть,
Рыдают оркестры
На всех площадях.
У этой эпохи
Свирепая похоть,
Все дразнится, морда,
Детей не щадя.

Не схимник, а химик
Решает задачу.
Не схема, а тема
Разит дураков.
А если уж схема,
То схема поэмы,
В которой гипотеза
Новых веков.

Простим же двадцатому
Скорость улитки,
Расчеты свои
Проведем на бегу,
Давайте же выпьем
За схему улыбки,
За график удачи
И розы в снегу.

Довольно зависеть
От прихотей века,
От злобы усопших
И старых обид.
Долой манекенов!
Даешь человеков!
Эпоха на страх
Исчерпала лимит!

Мы рваное знамя
«Бээфом» заклеим
И выдуем пыль
Из помятой трубы.
И солнце над нами
Как мячик в аллее,
Как бубен удачи
И бубен судьбы.

Отбросим заразу,
Отбросим обузы,
Отбросим игрушки
Сошедших с ума!
Да здравствует разум!
Да здравствуют музы!
Да здравствует Пушкин!
Да скроется тьма!

0