Стихи Эзоп — самые популярные.

Голодная лисица увидела виноградную лозу со свисающими гроздьями и хотела до них добраться, да не смогла; и, уходя прочь, сказала сама себе: «Они еще зеленые!»

Ворон унес кусок мяса и уселся на дереве. Лисица увидела, и захотелось ей получить это мясо. Стала она перед вороном и принялась его расхваливать: уж и велик он, и красив, и мог бы получше других стать царем над птицами, да и стал бы, конечно, будь у него еще и голос.

Ворону и захотелось показать ей, что есть у него голос; выпустил он мясо и закаркал громким голосом.
А лисица подбежала, ухватила мясо и говорит:
«Эх, ворон, кабы у тебя еще и ум был в голове, — ничего бы тебе больше не требовалось, чтоб царствовать».

Голубь, измученный жаждой, увидел картину, изображавшую чашу с водой, и подумал, что она настоящая. Он бросился к ней с громким шумом, но неожиданно наткнулся на доску и разбился: крылья его переломались, и он упал на землю, где и стал добычею первого встречного.

Один человек купил эфиопа. Он подумал, что цвет его кожи стал таким от нерадивости прежнего хозяина, и потому, как только привел его домой, стал его отмывать всеми водами и всеми щелоками. Но кожа, какой была, такой и осталась, а от его усилий эфиоп только заболел.

У одной женщины муж был пьяница. Чтобы отвадить его от этого пристрастия, придумала она такую хитрость.
Она дождалась, чтобы муж ее напился и заснул, и когда он стал бесчувственным, как мертвец, она взвалила его на плечи, отнесла на кладбище, положила там и ушла. А когда, по ее расчету, он уже должен был протрезвиться, она подошла к воротам кладбища и постучала.
Крикнул муж:
«Кто там стучится у ворот?»
— «Это я, — отвечала она, — несу покойникам поесть!»
А он: «Не поесть, а попить принеси мне лучше, милейшая! Для меня мука слышать, как ты говоришь о еде, а не о вине!»
Тут ударила она себя руками в грудь:
«Несчастная я! никакого мне толку от моей хитрости! Видно, ты, муженек, не только не образумился, а стал еще хуже, чем был: привычка стала природою».

Один богач выкармливал гуся и лебедя, но с разной целью: гуся — для стола, лебедя — ради пения. А когда пришло время принять гусю ту участь, для которой его растили, была ночь, и нельзя было распознать, который кто: и вместо гуся схватили лебедя.
Но запел лебедь, почуяв смерть, и пение это обнаружило его природу и спасло от гибели.

Щенок бежал за одним прохожим; от долгого пути и от летней жары он устал и под вечер улегся поспать на росистой траве возле пруда.
Заснул он, а лягушки по соседству подняли громкий крик, как у них водится. Щенок проснулся, рассердился и решил подойти к воде поближе и гавкнуть на лягушек, чтобы они перестали квакать и он мог бы спать спокойно.
Но сколько он на них ни лаял, ничто не помогало; обозлился он и, уходя прочь, сказал:
«Я был бы глупее вашего, если бы вздумал вас, крикливых и несносных, научить уму и вежливости».

Лев, состарившись, заболел и залег в пещере. Навестить своего царя явились все звери, кроме одной только лисицы.
Воспользовался этим случаем волк и стал наговаривать льву на лисицу: она, мол, звериного владыку ни во что не ставит и потому не пришла навестить его.

А лисица тут и появилась и расслышала последние слова волка.

Рявкнул на нее лев; а она тотчас попросила дать ей оправдаться.

«Кто из всех здесь собравшихся, — воскликнула она, — поможет тебе так, как помогла я, которая бегала повсюду, искала тебе лекарства у всех врачей и нашла его?»

Тотчас велел ей лев сказать, что это за лекарство.

А она: «Должен ты ободрать заживо волка и завернуться в его шкуру!»

И когда волк простерся мертвый, лиса с насмешкою сказала:
«Не на зло, а на добро побуждать надо властителя».

Зима насмехалась над весною и попрекала ее: только она появится, как никто не знает покоя, одни идут в луга и рощи, где любо им рвать цветы, любоваться лилиями и розами и вплетать их себе в кудри; другие садятся на корабли и плывут за море, посмотреть, кто там живет; и никто уже не думает ни о ветрах, ни о ливнях.

«А я, — говорила зима, — правлю как самовластный царь и вождь: я заставляю людей смотреть не в небо, а под ноги, в землю, заставляю их дрожать и трепетать, и они стараются по целым дням не выходить из домов».

— «Вот потому люди и рады всегда проститься с тобой, — отвечала весна, — а мое им даже имя кажется прекрасным, клянусь Зевсом, прекраснее даже всех имен. И когда меня нет, они меня помнят, а когда я прихожу, они мне рады».

Забивали в стену клин сильными ударами, и стена, расступясь, крикнула:
«Зачем терзаешь ты меня, ведь я тебе ничего дурного не сделала!»
А клин в ответ:
«Не я виноват, а тот, кто так бьет по мне сзади».

Осел и собака шли вместе по дороге. Нашли они на земле запечатанное письмо; поднял его осел, сломал печать, открыл и стал читать, чтобы собака слышала, а в письме говорилось про скотный корм: про сено, про ячмень, про солому.
Противно было собаке слушать, как осел про это читает, и сказала она ослу:
«Пропусти, дружок, немножко: может, там найдется что-нибудь и про мясо и про косточки?»
Просмотрел осел все письмо, но ничего не нашел, о чем собака спрашивала.
Сказала тогда собака:
«Брось, дружок, это письмо опять наземь: нету в нем ничего путного»

Волк увидел огромную собаку в ошейнике на цепи и спросил:
«Кто это тебя приковал и так откормил?»
Ответила собака:
«Охотник».
— «Нет, не для волка такая судьба! мне и голод милей, чем тяжелый ошейник».

Решили однажды деревья помазать над собой царя. Сказали они оливе:
«Царствуй над нами!»
Ответила им олива:
«Я ли откажусь от моего масла, которое так ценят во мне и бог и люди, чтобы царствовать над деревьями?»
Сказали деревья смоковнице:
«Иди царствуй над нами!»
Ответила им смоковница:
«Я ли откажусь от моей сладости и от добрых моих плодов, чтобы царствовать над деревьями?»
Сказали деревья терновнику:
«Иди, царствуй над нами!»
Ответил деревьям терновник:
«Если действительно вы помажете меня царем над собою, то придите, покойтесь под тенью моею; если же нет, то выйдет из терновника огонь и пожрет кедры ливанские».

Лев не раз жаловался Прометею: сотворил его Прометей и большим, и красивым, в пасти у него — острые зубы, на лапах — сильные когти, всех он зверей сильнее.
«И все-таки, — говорил лев, — боюсь я петуха!»
Отвечал ему Прометей:
«Зря ты меня винишь! все, что мог я сделать, ты от меня получил; просто душа у тебя слишком слабая!»
Начал лев плакаться на свою судьбу и жаловаться на свою трусость и решил наконец покончить с жизнью. Шел он с такой мыслью и встретил слона, поздоровался и остановился поговорить.
Увидел он, что слон все время шевелит ушами, и спросил:
«Что с тобой, почему у тебя такие беспокойные уши?»
А вокруг слона в это время как раз порхал комар.
«Видишь, — сказал слон, — вон этого, который маленький и жужжит? Так вот, если он заберется мне в ухо, то я погиб».
Сказал тогда лев:
«Зачем мне умирать? ведь я должен быть настолько же счастливее слона, насколько петух сильнее комара!»

Шел один трус на войну. Закаркали над ним вороны, он бросил оружие и притаился. Потом подобрал оружие и пошел дальше.
Снова они закаркали, снова он остановился, но сказал, наконец:
«Кричите сколько хотите: мною вы не полакомитесь!»

Жаворонок попал в западню и сказал, рыдая:
«Бедная я и несчастная пташка! Ни золота не крала я, ни серебра, ни иного чего ценного — из-за малого хлебного зернышка принимаю смерть».

Собака и петух решили жить в дружбе и вместе пустились в дорогу. К ночи они пришли в рощу.
Петух взлетел на дерево и устроился в ветвях, а собака заснула внизу в дупле.
Прошла ночь, занялась заря, и петух по своему обычаю громко запел.
Услыхала это лисица, и захотелось ей его сожрать; подошла она, стала под деревом и кричит ему:
«Славная ты птица и полезная людям! Спустись, пожалуйста, и споем вместе ночную песню — то-то приятно будет нам обоим!»
Но ответил ей петух:
«Подойди, милая, поближе да окликни там у корней сторожа, чтобы он постучал по дереву».
Подошла лисица, чтобы окликнуть сторожа, а собака на нее как выскочит; схватила она лисицу и растерзала.

Два петуха дрались из-за кур, и один другого побил.
Побитый поплелся прочь и спрятался в темное место, а победитель взлетел в воздух, сел на высокую стену и закричал громким криком.
Как вдруг орел налетел и схватил его; а тот, который прятался в темноте, спокойно с этих пор стал владеть всеми курами.

Одна собака имела привычку глотать яйца. Увидела она однажды улитку, приняла ее за яйцо, разинула пасть и сильным глотком проглотила.
Но, почувствовав в желудке тяжесть, сказала она:
«Поделом мне: не надо было думать, будто все, что ни круглое, то и яйцо».

Лев и человек шли вместе по дороге.
Человек провозгласил:
«Человек сильнее льва!»
Ответил лев:
«Лев сильнее!»
Пошли они дальше, и указал человек на каменные плиты с резными фигурами, на которых изобразили львов, укрощаемых и попираемых людьми.
«Вот, — сказал он, — видишь, каково приходится львам!»
Но отвечал лев:
«Кабы львы умели резать по камню, немало бы ты увидел на камне и людей, попираемых львами!»