1.
Обвяжите, скорей обвяжите, вокруг шеи
Белые руки галстуком,
А сумерки на воротнички подоконников
Клали подбородки грязные и обрюзгшие,
И на иконе неба
Луна шевелила золотым ухом.
2.
Глаза влюбленных умеют
На тишине вышивать
Узоры немых бесед,
А безумие
Нелюбимых поднимается тишины выше,
Выше голубых ладоней поднебесья.
3.
Прикажет и лягу проспектом у ног,
И руки серебряными панелями
Опущу ниц —
Руно
Молчания хорошо собирать в кельи
Зрачков сетью ресниц.
4.
Губами жевать красную ветвь
Губ. Глазами синевы дерн
Глаз. Из сапога ночи выдернул
Рассвет
Желтую ногу
И опустил в утренних облаков гуд.
5.
Не было вас — и не были дня, не было сумерек,
Не горбился вечер
И не качалась ночь.
Сквозь окно
На улицы, разговаривающие шумом рек,
Выплыл глазами опавшими, как свечи.
6.
К пристаням безумия и вчера и сегодня
Мыли бросали галок ленты
И опускали сходни.
Сейчас, сейчас же,
Извлеките квадратный корень из коэффициента
Встречи около чужого № в гостинице для приезжающих.
7.
Вечер — швейцар
В голубой ливрее — подавал Петербургу
Огненное пальто зари.
Почему у одних глаза швыряются
Звездной пургой,
А у других из ворот век не орут даже, как автомобильные фонари.
8.
И снова голые локти
Этого, этого и того дома
В октябре зябли,
И снова октябрь полировал льдом
Асфальтов серые ногти,
И снова уплывали часы, как корабли.
9.
Не было вас, и все-таки
Стал день, вытекли сумерки,
Сгорбился вечер и закачалась ночь —
Потому что: время перебирало четки,
Дымилось весной,
И солнце белую мякоть снега грызло золотой киркой.
10.
Никнуть кривыми
Губами клоуна
К лицу белее чем сливки.
Спутанной гривой
Волновой любви разлив
Топит маяками зажженные луны.
11.
Ах, проройте же
Зубами на теле траншеи
И обвяжите
Вкруг
Шеи
Галстуком белые руки.
