Не правда ль, добрый Бог?А стал, как пес бродячий.Не радость мне дает лучейТвоих тепло —Сильней зудится грязьи горше крест собачий.Ах, где конец беде и ктоутешит плоть? Омыть теперь, омыть быноющее телоЗаботливой рукой, прозрачноюводой.Счесать с волосьев пыльи в ласковой постелиШептать, что пройден путьи кончен бой с нуждой. Как сладко бы теперьсквозь окна голубыеСмотреть, как гаснет день,и звезды-воробьи,Проклевывая твердь, о недоступнойбылиСеребряную песнь сбираются пролить. И слушать до Утра, как с тихоюмолитвойБлуждает за окном весенняякапель,И знать, что новый день,неомраченный битвой,Мне солнечный калачположит в колыбель. О, дай мне, дай мне Бог,Ты в ризах белотканных,Покоем и теплом единый миг дышать,Как тихо бы Тебе, избитая пинками,Не помня горьких ран, молиласяДуша.Певуче бы расцвел за долгий путьв награду,Как лилии озер, на сердце скорбныйчас,А мысли улеглись приятнейвинограда,Успевшего созреть и вовремяупасть. Ах, где же, где конец моейсобачьей доле?Продлись хоть ты, мечта, с тобоймне легче зло.Совсем больна душа, и от зудящейболиЗатасканным щенкомрасплакалася плоть.
