Музыка
на диване промятом,
где пахнет мастикой и кленом сухим,
наполненной музыкой и закатом,
дыханием,
голосом,
смехом твоим.
Я в комнате той,
где смущенно и чинно
стоит у стены, прижимается к ней
чужое разыгранное пианино,
как маленький памятник жизни твоей.
Всей жизни твоей.
До чего же немного!
Неистовый,
жадный,
земной,
молодой,
ты засветло вышел.
Лежала дорога
по вольному полю,
над ясной водой.
Все музыкой было —
взвивался ли ветер,
плескалась ли рыба,
текла ли вода,
и счастье играло в рожок на рассвете,
и в бубен безжалостный била беда.
И сердце твое волновалось, любило,
и в солнечном дождике смеха и слез
все музыкой было,
все музыкой было,
все пело, гремело, летело, рвалось.
И ты,
как присягу,
влюбленно и честно,
почти без дыхания слушал ее.
В победное медное сердце оркестра
как верило бедное сердце твое!
На миг очутиться бы рядом с тобою,
чтоб всей своей силою,
нежностью всей
донять и услышать симфонию боя,
последнюю музыку жизни твоей.
Она загремела,
святая и злая,
и не было звуков над миром грозной.
И, музыки чище и проще не зная,
ты,
раненный в сердце,
склонился пред ней.
Навеки.
И вот уже больше не будет
ни счастья,
ни бед,
ни обид,
ни молвы,
и ласка моя никогда не остудит
горячей, бедовой твоей головы.
Навеки.
Мои опускаются руки.
Мои одинокие руки лежат...
Я в комнате той,
где последние звуки,
как сильные, вечные крылья, дрожат.
Я в комнате той,
у дверей,
у порога,
у нашего прошлого на краю...
Но ты мне оставил так много, так много:
две вольные жизни —
мою и твою.
Но ты мне оставил не жалобу вдовью
мою неуступчивую судьбу,
с ее задыханьями,
жаром,
любовью,
с ночною тревогой, трубящей в трубу.
Позволь мне остаться такой же,
такою,
какою ты некогда обнял меня,
готовою в путь,
непривычной к покою,
как поезда, ждущею встречного дня.
И верить позволь немудреною верой,
что все-таки быть еще счастью
и жить,
как ты научил меня,
полною мерой,
себя не умея беречь и делить.
Всем сердцем и всем существом в человеке,
страстей и порывов своих не тая,
так жить,
чтоб остаться достойной навеки
и жизни
и смерти
такой, как твоя.
1942
Разбор стихотворения классика «Алигер Маргарита» — «Музыка»
Анализ стихотворения «Музыка»
Стихотворение Маргариты Алигер «Музыка» (1942) — это пронзительный реквием, посвященный погибшему возлюбленному. Оно написано в тяжелый военный период, что накладывает отпечаток на его трагический, но одновременно и жизнеутверждающий пафос.
Тема и основная мысль
Центральная тема стихотворения — это память и связь жизни со смертью через искусство. Музыка здесь выступает не просто как вид искусства, а как метафора самой жизни — бурной, страстной, полной борьбы, счастья и горя. Основная мысль — любовь и духовное наследие способны победить физическую смерть. Лирическая героиня не просто скорбит, а принимает урок ушедшего: жить «полной мерой», не щадя себя.
Композиция
Стихотворение имеет кольцевую композицию. Оно начинается и заканчивается образом «комнаты той» — сакрального пространства памяти, где всё еще слышны «последние звуки». Эта замкнутость подчеркивает, что героиня осталась в прошлом, но постепенно приходит к осознанию, что прошлое дает ей силы для будущего.
- Экспозиция (1-2 строфы): Описание «комнаты промятой» как локуса памяти, где материальные предметы (пианино) превращаются в памятники.
- Развитие (3-5 строфы): Воспоминание о жизни героя, которая была «вся музыкой». Счастье и беда, любовь и борьба — всё было наполнено ритмом и звучанием.
- Кульминация (6-7 строфы): Сцена гибели. «Последняя музыка жизни» — это «симфония боя», которая забирает героя. Он склоняется перед ней «навеки».
- Развязка (8-12 строфы): Принятие утраты и трансформация скорби в волю к жизни. Героиня просит позволения остаться «такой же» — верной его памяти и его жизненному принципу.
Художественные средства
Алигер использует богатый арсенал выразительных средств, создавая образ мира, пронизанного музыкой:
- Метафоры: «пианино, как маленький памятник жизни твоей», «счастье играло в рожок», «в бубен безжалостный била беда», «сердце оркестра», «тело, налитое звуком». Мир оживает и звучит.
- Анафора и синтаксический параллелизм: Повтор «Я в комнате той», «всё музыкой было» создаёт эффект заклинания, навязчивого воспоминания.
- Градация: «всё пело, гремело, летело, рвалось» — нарастание эмоционального напряжения, характеризующего жизнь героя.
- Антитеза: «победное медное сердце оркестра» — «бедное сердце твое», «святая и злая» музыка, «задыханьями, жаром, любовью» — состояние героини.
- Эпитеты: «неистовый, жадный, земной, молодой» (о герое), «одеревенелые плечи», «бедовая голова».
- Повторы-лейтмотивы: «навеки», «все музыкой было».
Ритм и звукопись
Размер стихотворения — трехстопный дактиль с пиррихиями, что придает ему энергичный, скачущий ритм, напоминающий дыхание задыхающегося от чувств человека. Обилие звуков [р] и [д] («гремело», «рвалось», «дорога», «дрожат») создает ощущение «победного медного сердца оркестра», набата и тревоги.
Образ лирического героя
Перед нами два главных героя: ушедший — «молодой, неистовый, жадный до жизни», и живая — скорбящая, но решительная. Героиня не просто варится в «жалобе вдовьей», а берет на себя ответственность жить дальше «полной мерой», воплощая его характер в себе. Она становится хранительницей его «вольной жизни».
Значение финала
Заключительные строки — это клятва верности. Героиня просит позволения жить так, чтобы быть «достойной навеки и жизни и смерти такой, как твоя». Это свидетельство того, что даже через трагедию человек способен обрести новый смысл, и что настоящая любовь не заканчивается с уходом любимого, а становится источником силы.
Стихотворение «Музыка» — это не просто военная лирика, а глубокое философское размышление о бессмертии духа, о силе памяти и о том, что искусство (музыка) является высшим выражением человеческого существования.
Рекомендации для прочтения:
- Если вас тронула тема военной лирики и памяти, обратите внимание на стихи Юлии Друниной и Семена Гудзенко.
- Для более глубокого погружения в поэзию Маргариты Алигер рекомендуем прочитать её поэму «Зоя», посвященную подвигу Зои Космодемьянской.
- Тема музыки как спасения и смысла жизни часто встречается у Бориса Пастернака (особенно в цикле «Тема с вариациями»).


