Из понтийского. Ссылка в То́мы

Ни ветра, ни ветрил, пустынный брег,
ошу́ю город, море одесну́ю,
оставишь слуг компанию честную,
плащ запахнёшь – здесь сыро в ноябре;
пройдёшь вдоль волн текучего металла
туда, где буря утром разметала
рыбацкие лодчонки, обнажив
изнанку ремесла, подгнивших днищ
дощатую убогость и унылость...
И ты не то чтоб слишком сир и нищ,
но помнишь, как, едва попав в немилость,
Назонов избалованный потомок
внезапно обнаруживает в Томах
себя и свой превознесённый дар...
Пусть не стихия, но каков удар!
Давно ль к тебе, повесе и болвану,
с весёлым смехом забиралась в ванну
твоя Коринна, лучшая из нянек
по части восхитительных утех,
давно ль... Но полно, ныне ты изгнанник,
растаял вздор времён беспечных тех,
ни попируй, ни няньки не потискай,
и липкий страх разлит в ночи понтийской...
Ты постоишь ещё, незваный гость,
положишь на причал монеток горсть.
Хоть здесь не Рим, другие берега там,
иные ветры – можно жить богатым
вдали, в глуши, не глядя вслед легатам,
Юпитера не видя и быков,
ходить на берег, слушать рыбаков,
и знать, что ни сегодня, ни потом
тебе уже не выбраться из Том.